Серебряные ведра - Александр Виссарионович Китаев

Та Мария той Зареме

Не подумай, что сестра,

Но вдвоем в твоем гареме

Не дождаться им добра.

Милый мой! Тебе Зарема

Будет другом и женой,

А Мария, как поэма,

Будет пламенной мечтой».

20 января 1916

Ветер нежный

Я вышел рано. В светлом поле

Роса стояла на траве

И на цветах. И образ Оли

В моей пронесся голове.

Она легка, как ветер нежный,

Она светла, как ясный день…

Так образ, с городом не смежный,

Родился возле деревень.

Сонет

Простой тростник в моих руках как лира

Звучал. Я был задумчивый поэт.

И думал я о сотвореньи мира.

И было мне тогда двенадцать лет.

Как я мечтал! Корона и порфира

Заменят мне вериги тяжких бед,

На целый мiр устрою праздник мира

И замету войны последний след.

Чтоб человек мог всю глубину измерить

Своей души, земли, небес, морей

И в рай войти с подругой поскорей…

Мне двадцать шесть. Но продолжаю верить,

Как прежде, в мой прекрасный идеал,

Мечтать, о чем в двенадцать лет мечтал.

29 января 1916

Разлука

Ты в час разлуки смотришь ясно,

И золотые дали мне,

Не то, что грубо и опасно,

Сулят, что грезилось во сне.

И конь мой, умный и горячий,

Молчит и слушает тебя.

И рядом с ним какою клячей

Лежит моих врагов судьба.

29 января 1916

Любовь к монашке

Давно забытое веселье!

Река, и мост, и лунный свет.

Дорога к монастырской келье

И по росе обратный след.

Да, я любил одну монашку

С глазами, как небесный свет,

И для нее цветы и кашку

Я собирал с полей в букет.

Она была моей Лаурой,

И под холодною луной

Мы в келье маленькой и бурой

Шептали Богу гимн ночной.

Когда же, убежав из кельи,

Под небом звездным средь полей

Мы с ней справляли новоселье, —

В цветах, она была моей.

29 января 1916

Рифма

Рифму звонкую упорно

Цепью речи не зови:

Ведь любовникам просторно

В их объятиях любви.

Отчего ж, влюбленный в слово,

Не могу я уберечь

Рифмой старою иль новой

От забвенья мысль и речь!

Отчего ж в стихах преданья

Рассказать я не могу

В час прекрасного свиданья

На печальном берегу!

Верить песне полюбовной

Отчего ж я не могу,

Если рифмы бьются, словно

Кокольчик об дугу!

30 января 1916

Грусть и любовь

Грустно в комнате моей,

И в душе моей печально…

Но в словах твоих – елей,

Но в глазах – свет идеальный…

Улетай, моя печаль,

В дали синие за горы.

Грустной комнаты не жаль…

Страстны ласковые взоры…

21 февраля 1916

Новая печаль

Мы надеялись на солнце,

На веселую любовь.

Что же вышло? Ночь в оконце,

И печально сердце вновь.

Вслед за утренней прохладой

Отойдем с тобой навек

От того, чему так радо

Было сердце в пору нег.

23 февраля 1916

Редкая дружба

Я так любил его, как волны

Могли любить небес лучи,

И я пришел к нему безмолвный,

А в сердце были палачи.

Не подвергая сердце гневу,

Я с ним расстаться был готов:

Мы полюбили оба деву

Прекраснее зари и снов…

Я разлюбил его так нежно,

Когда не понял он меня,

Когда он гордо и небрежно

Сказал: «Оставь! Она моя!»

23 февраля 1916

Тоска

Вечера тоски унылые

Снова реют надо мной,

Юности картины милые

Покрывают черной мглой,

Все прошедшее, желанное,

Невозвратное – во мгле!..

Дни, мечтою осиянные,

И любовь моя – в земле!

25 февраля 1916

Черный паж

Улыбаясь, дремлет дева,

Полулежа на ковре.

Черный паж стоит налево

С чашей звонкою в руке.

Паж дыханью девы внемлет

С чашей звонкою в руке.

Улыбаясь, дева дремлет,

Полулежа на ковре.

Где вы, дикие напевы,

Милой девы? Вдалеке!

Внемлет паж дыханью девы

С чашей звонкою в руке.

3 марта 1916

Вопрос

Не тот ли я, которого ждала

    Россия столько лет,

Когда стихов таинственная мгла

    Цвела средь зол и бед?

Не тот ли я, которому дана

    Власть над душой певцов,

Чтоб светлою певучею страна

    Была со всех концов?

Не тот ли я (взгляни и назови!),

    Кому судьба-кузнец

Кует талант и счастие любви

    И золотой венец?

3 марта 1916

Весна

Поет весна! Томит весна!

Тревожит сон! Туманит ум!

Любви полна! Тоски полна!

Неясных чувств! Неясных дум!..

Друзья мои! Бегу от вас

(Пронесся вихрь, и след исчез!),

От бледных слов, от темных глаз —

В глухую