Серебряные ведра - Александр Виссарионович Китаев

К ритму плавному стихов…

Может быть, лишь только в этом

Назначение мое,

Только в том, чтоб быть поэтом,

Песней славить бытие.

16 января 1916

Старый сад

Пусть цветы лелеет дева

У своих подножий, ты

Не проявишь чувства гнева,

Покровитель красоты.

Но зачем, зачем вороны

Целой стаей к нам летят?

Я люблю твои короны,

Мой зеленый старый сад!

16 января 1916

На полях

Побывал я на днях

На родимых полях,

Где хлеба, васильки

И немного тоски.

И хочу я опять

Там весной побывать,

От тоски городской —

Улететь к полевой.

16 января 1916

Аониды

Я буду плакать и молиться,

Пока восторг не озарит,

Как небо – огненная птица,

Моих туманных аонид.

С восторгом первым хороводы

Моих туманных аонид

Пройдут леса, поля и воды

И мглу завистливых обид.

В глуши, во мраке непогоды,

Во мгле завистливых обид

Я вижу в пламени свободы

Моих туманных аонид.

17 января 1916

Путь жизни

О, юность! Ветреные годы

Ты будешь с грустью провожать

И вспоминать дары природы

Как Неба светлую печать.

Ничто к тебе не возвратится.

Ничто! Зови иль не зови:

Ни радость, легкая, как птица,

Ни звонкий смех, ни жар любви.

На деловом дворе с восторгом

Ты будешь в пору зрелых лет

То увлекаться жадным торгом,

То торопиться на обед.

В пустыне старости печальной

Забудешь идеальный свет.

Тебе лишь камень погребальный

Напомнит чувства прежних лет.

18 января 1916

Приготовление шашлыка

В степном саду под тучей черной,

На почве желтой, как башлык,

Сначала шумно и задорно,

Мы все готовили шашлык.

Трещал огонь. Топилось сало

И звонко падало в костер.

И от огня пылали ало

Немые губы двух сестер.

Одна в губах держала ветку

И косу русую плела.

Другую, смуглую брюнетку,

Хотелось мне раздеть дотла:

Богиней бронзовой стояла

Она у алого костра,

И был ей вместо пьедестала —

Узор бухарского ковра.

Уж с неба капал дождь осенний.

Костер, слабея, потухал.

Сестер задумчивые тени

Вечерний ветер колыхал.

И на террасу всей гурьбою

Пошли мы пробовать шашлык.

Проголодались, словно с бою,

И каждый – вертел нес, как штык.

18 января 1916

Луна и ветер

Ветер колышет листы.

Я на террасе и ты.

Наши уснули. Пойдем —

Счастье в степи мы найдем.

Может быть, счастья и нет.

Может быть, есть только свет

Лунный, холодный?.. Ну, что ж!

Счастье не скоро найдешь!

Лодку возьмем. Далеко

Вниз по теченью легко

Нас унесет. И потом

Оба вернемся в наш дом.

18 января 1916

На бунтах

Мы с девчоночкой-беляночкой

Ночевали на бунтах,

Называла «милым Санечкой»

С поцелуем на губах.

Черноглазая да шустрая,

Не заставила скучать.

Ночь прошла, и вижу утро я:

Нас приходит разлучать.

«Что же делать, мой миленочек,

Посмотри: совсем светло!

Хоть не очень много до ночи,

А расстаться тяжело!»

18 января 1916

Самосожжение

Любить и плакать над тобою

И хоронить мою мечту!

Нет, в этот час я не любовью —

Самосожжением цвету.

Камина алые зарницы

Тревожно блещут визави.

Горят последние страницы

Из книги пламенной любви.

Какою скорбною судьбою

Ты мне назначена была, —

Когда я плачу над тобою,

И сожжена душа дотла!

20 января 1916

Волны черемшана

Мы будем жить во мгле вечерней —

Как свет звезды, туман речной,

И становиться суеверней

В тиши полей, во тьме ночной.

Уйдем в леса. Забудем осень.

На черемшанских берегах,

Средь красноствольных стройных сосен,

Мы встретим свет зари в мечтах.

Песков сыпучих Черемшана

И грустных волн береговых

Мы не оставим слишком рано

На радость сплетниц городских.

20 января 1916

Возмужалость

Сонет

Туманных дней туманная игра,

Колебля ум, мне душу разлагала.

Я возмужал. Определить пора

Ясней черты и формы идеала.

Мой идеал – искусство, красота.

Осуществить прекрасные начала

В огне любви великая мечта,

И мирный труд осуществить не мало.

И песнь моя, свободная от пут,

Других людей украсит жизнь и труд,

Воспламенит холодных светлой страстью.

И для меня придет потомства суд:

«Он жил, как все; стихи его живут,

Как вечный свет, как путь свободный к счастью».

20 января 1916

Мария и Зарема

Мне цыганка нагадала

Много счастья и любви:

«Волны быстрые Урала

Для тебя звучат в степи.

Для тебя в шатре пустынном

Две цыганки расцвели:

Подарит Зарема сыном,

От Марии песни жди.