Призвание - И. ?. Григорьев

нет ходить в библиотеку, так мы ей книги приносим. Прочитала она «Обыкновенную жизнь», говорит — второй раз прочитаю, уж больно интересная, а вчера ей принесли «Соль земли» Георгия Маркова. Вон какая толстая, посмотрите.

— Ничего, осилю, — услышав, о чем идет речь, сказала из кухни Евгения Ивановна.

— И верно, осилит, она у нас знаете какая…

И хотя Таня не досказала, какая у нее мать, потому что спешила в школу, но по выражению ее лица можно было понять: «Сильная, настойчивая!»

…Взволнованная, раскрасневшаяся, Евгения Ивановна медленно идет домой, прислушивается, как хрустит под ногами снег, а сама все думает, думает. Перед ее глазами — зрительный зал клуба, знакомые лица. Один за другим сменяются ораторы. Они говорят о правах граждан страны социализма, о родной партии, о лучшей свинарке Троицкого района, верной дочери колхоза.

— Мама, это правда, что тебя выдвигают в Верховный Совет. Скажи, правда? — сверкая счастливыми глазами, спрашивает Таня.

— Правда, дочка.

— Вот здорово! — убежденно, по-мужски говорит сын Костя.

Время неумолимо идет вперед. Позади остался радостный, счастливый день в жизни колхозницы Евгении Ивановны Немчиновой. 3 марта 1963 года замечательная труженица колхоза «Путь к коммунизму» была избрана депутатом Верховного Совета РСФСР.

Передовая свинарка Евгения Ивановна Немчинова всю свою кипучую энергию отдает тому, чтобы умножить производственные успехи родного колхоза, дать стране больше продуктов животноводства.

А. Софронов

СТРАНИЦЫ ЖИЗНИ

Бывают у человека такие минуты, когда прожитые годы просматриваются за короткое время. Будто смотрит человек на свою жизнь со стороны, проверяет ее партийной совестью. Задумался над прожитым и Константин Иванович Туманов, механизатор Борового совхоза Брединского производственного управления.

Первая страница.

1942 год. Пассажирский пароход «Память товарища Маркина» отвалил от причала Волгоградской пристани. На борту — раненые защитники города-героя. Идут на Астрахань. У Черного Яра налетели фашистские самолеты. Закипела Волга вокруг парохода. Шестнадцатилетний кочегар-практикант Костя Туманов не думает о собственной жизни. Юноша там, где рвутся бомбы. Вот обожгло плечо, но он не обращает внимания на ранение, продолжая наравне со всеми сражаться с пожаром на пароходе.

Вторая…

Астраханское ремесленное училище судомехаников, где учился Константин Туманов, эвакуируют в Омск. В городе важная стройка — ТЭЦ-2. Из астраханцев создается особый отряд трудовых резервов для монтажа первой турбины. В отряд вступает и комсомолец Туманов.

Работа на монтаже турбины идет круглые сутки. Тут же в цехе для молодых рабочих установлены койки. Час-другой вздремнут — и снова у турбины. Осунулись ребячьи лица, впали от усталости и недосыпания глаза.

— На фронте разве легче? — говорит Костя. Там, хлопцы, еще тяжелее. А ну, приналяжем!

Турбину смонтировали досрочно. Потом новые фронтовые задания получили: установку двух паровых котлов. И тут отличились.

Как-то, читая на досуге книгу Николая Островского «Как закалялась сталь», Туманов заметил:

— Будто про нас, ребята, написано, — и добавил, — знаю я, как сейчас закаляется сталь…

Третья…

Сентябрь 1944 года, Туманов едет на фронт. Надо спешить.

Ведь война близится к концу, а у него есть свой счет к фашистам. Сражается боец Константин Туманов в составе одной из артиллерийских частей 3-го Украинского фронта вместе с другими советскими воинами, освобождая народы Европы от гитлеризма. Закончилась война. Часть находится в Болгарии. Трудящиеся братской страны приступают к строительству социализма. В деревне создаются первые сельскохозяйственные кооперативы. Но нет тракторов, чтобы распахать межи. В часть поступает приказ маршала Толбухина:

— Отцепить пушки и пахать на тракторах землю болгарских крестьян.

Тогда Туманов еще не умел водить трактор. Он стал прицепщиком.

— Спасибо, содруги, — говорили советским воинам болгарские крестьяне. Они сердечно жали руку рядового Туманова, а у него в горле от волнения будто комок застрял. Вот она — пролетарская солидарность! Наверное, ему бы позавидовал и сам Николай Островский.

Четвертая…

Солдат прощается с родным полком. Куда ехать? Решил — на Урал, в город Копейск, где жила сестра. Поступил на завод имени С. М. Кирова в первый механический цех слесарем-сборщиком. За отличный труд имел почет и уважение. Дали хорошую квартиру. В 1952 году коммунисты цеха приняли Туманова в члены КПСС. Кажется, что еще нужно от жизни? И вот пришли газеты с материалами сентябрьского (1953 г.) Пленума ЦК КПСС. Партия говорит правду народу: в тяжелом состоянии находится сельское хозяйство. И решает слесарь Туманов: поеду в деревню, чтобы принять участие в подъеме сельского хозяйства. Но как сказать об этом жене Ольге. Она — коренная горожанка. Кроме того, у них двое детей. Старшему Женьке всего два года, а Юрка еще грудной. Нелегко решиться, но партийная совесть мучает: «Ты, Туманов, коммунист, партия к тебе в первую очередь обращается». Знает Костя, что от угрызений совести не будет ему покоя. Сказал жене. Она не отговаривала мужа.

— Если надо, Костя, поедем. Ничего, привыкну к деревне.

…И Туманов стал земледельцем. Приехал в Никольскую МТС Октябрьского района, учился в Аргаяшском училище механизации сельского хозяйства. Вернулся как раз к уборке. Сразу же на комбайн. И в первый же год отличился: 400 гектаров хлебов убрал в колхозе «День Красной Армии», 60 гектаров — в соседней артели «Урал», 211 — в зоне Кочердыкской МТС. Потом погрузил комбайн на железнодорожную платформу и поехал на подмогу хлеборобам Кемеровской области.

Последние четыре года этот неугомонный человек живет и работает на целинных землях. Почему?

— Интересно там, где труднее, — улыбается Константин Иванович. — Помните у Островского: жизнь прожить надо так, чтобы не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы…

Сидишь и любуешься этим человеком. Сколько у нас выросло таких людей, дела которых, как вехи, ведут к коммунизму!

Пятая…

Весной Константин Иванович Туманов водит трактор, в уборку — самоходный комбайн, зимой работает на ремонте двигателей.

На узле их трое: трактористы Андрей Шрайнер, Дмитрий Юсупов и он. Вот уже четвертую зиму работают вместе, одной бригадой. Так сдружились, что водой не разольешь. Официально старшего в бригаде нет, все слесари равны, получают одну зарплату. Туманов даже обиделся, когда его назвали бригадиром.

— Да не бригадир я вовсе, а слесарь, — говорил он.