Стратег из ниоткуда. Книга 4 - Михаил Александрович Атаманов

— Тут такое дело… — Ольхен Ёж откровенно смутился и несколько затянул с ответом. — Альвар, видел ты тогда костяк единой армии Водного Духа, а он сейчас у Ночного Скорпиона по большей части. Или погиб в двух больших кровавых сражениях. У меня же, сам наверняка сегодня рассмотрел, половина армии новобранцы, старики и юнцы. Пришлось в строй ставить вообще всех, кто способен был держать топор, поскольку там не до выбора было. Ночной Скорпион же, хоть и потрёпан, но набирает силу. Мы пока успешно отбиваемся и даже выиграли два сражения, но вот для перехода к атаке силёнок всё же не хватает. Да и победи я в итоге, сколько у меня останется бойцов? Пара сотен или даже меньше? Ты же первым в таком случае и нападёшь на обескровленный род Красного Полоза. А не ты, так род Хранителей Соли или банды кочевников Голодного Шакала. Или снова великаны спустятся с гор, раз охрана на границе ослабела.

Что ж, вот теперь ситуация стала мне предельно ясной. До сегодняшнего дня вождь Ольхен не рассматривал меня всерьёз, однако увидел перешедшую болота двухтысячную армию Жёлтой Рыбы и призадумался. Воевать на два фронта сил у него однозначно не хватает. Затягивать время тоже не получается, поскольку противник усиливается быстрее. Серьёзные же сражения с Ночным Скорпионом приведут к большим потерям и риску нападения Жёлтой Рыбы, которой достаточно теперь просто выжидать, а потом напасть на ослабленного победителя схватки двух осколков Водного Духа.

Так может действительно именно так и поступить и выждать, не вмешиваясь в чужую войну? Вот только противостояние Красного Полоза и Ночного Скорпиона может растянуться не на один сезон, а постоянно держать на этих землях армию я не смогу, надёжных же осведомителей у меня тут нет. И слишком велик риск, что удобный момент я пропущу, какая-либо из воюющих сторон найдёт другого сильного союзника и победит, в результате чего территории отойдут другому хищнику. К тому же, чего греха таить, у меня самого имелись такие же проблемы, как и у Красного Полоза, и половину армии Жёлтой Рыбы составляли зелёные новобранцы, у многих из которых не было пока что даже самых простеньких доспехов. Да и эльфы Мудрого Филина со мной лишь на этот боевой поход, а потом уйдут восвояси…

В общем, думал я совсем недолго. Защита южной границы представлялась самой проблемной сейчас задачей, и надёжный союзник на юге племени Жёлтой Рыбы был крайне важен. А потому…

— Я тебя понял, Ольхен Ёж, и готов помочь в твоей войне. Вот только и ты не обмани! Поговорим тогда обстоятельно после боя поединщиков, а то нас поди уже заждались.

Я посчитал разговор оконченным и развернулся к двери, собираясь вернуться в большой зал с судьёй, но орк меня остановил.

— Подожди, Альвар! Раз уж по основному вопросу мы договорились, то есть ещё одно дело. Видишь ли, один из трёх бойцов Красного Полоза — мой родной сын Тамир. Последний мой ребёнок. Плоть от плоти. Он с жёлтой повязкой на голове и оберегом из раковины на шее. Пусть он выживет! И ты приобретёшь не просто соседа, а друга!

Едва мы с Ольхеном вернулись в зал, как тучный судья продолжил обратный отсчёт, причём с цифры шесть, на которой ранее остановился. И как тут за оставшиеся секунды выполнить просьбу соседнего вождя, да ещё и так, чтобы остальные присутствующие в зале не поняли⁈ Я едва успел крикнуть Мурене на человеческом языке, что центрального бойца противника убивать нельзя, а его нужно попробовать взять живьём. Хотел отдать такой же приказ, только ментальный беззвучный, Гы Безжалостному Убийце, но запнулся, неожиданно вспомнив, что свой серебряный медальон орк отдал жирному судье. Это меня сбило на секунду-другую, и я потерял драгоценное время.

Я ведь столько раз объяснял оркам Жёлтой Рыбы огромное значение этих совершенно ненужных по сути медальонов, призванных лишь скрывать мою геройскую способность общаться с избранными беззвучно и на большом расстоянии! Так что в критический момент и сам попался на эту уловку, не сразу сообразив, что медальон-то мне и не требуется. И когда я всё же отдал ментальную команду своему «головорезу» Гы Безжалостному Убийце, обратный отсчёт судьёй уже был закончен, и сражение началось. В итоге сделал только хуже. Гы в самый неподходящий момент замер в недоумении, да и Мурена после полученной команды тоже излишне осторожничала, оставшись на месте и не ринувшись вперёд. А потому на тройку врагов с рёвом в одиночку кинулся лишь Мага Выдавливающий Глаза.

Он и умер первым, не сумев отразить обрушившийся на него град ударов сразу троих опытнейших противников и пропустив сперва проникающее ранение в грудь, а затем и косой удар, начисто снёсший этому огромному орку клыкастую башку. Целый фонтан крови хлынул из отрубленной шеи моего поединщика, брызги обильно окропили всех окружающих, отдельные капли крови долетели даже до меня. Огромное обезглавленное тело постояло ещё секунды три, а затем выронило ятаган и шмякнулось на пол. Минус первый из тройки моих бойцов, двое других же замерли в смятении и оглядывались на меня — мол, неужели так и было задумано⁈

Нет, так задумано вовсе не было, но ситуация в бою резко стала критической, в итоговой победе моей стороны я уже вовсе не был уверен. А ещё жутко заорал командир моих берсеркеров Аах Венорез, которому убитый Мага приходился двоюродным братом. Лишь своевременное вмешательство массивных Костолома и Уголька, повисших на плечах обезумевшего орка и поваливших его на пол, помешало командиру берсеркеров выхватить клинок и ринуться на арену.

Но тут Мурена наконец-то пришла в себя и незримой стремительной тенью побежала в обход тройки ободрившихся и довольно орущих противников, на ходу раскидывая метательные ножи. Три ножа, три попадания. Вот только если убийца Маги получил лезвие прямо в глаз и теперь стоял, непонятно живой или уже нет, то два других снаряда оказались не столь смертоносными. Сын вождя Тамир получил попадание в левую ногу чуть выше колена, а третий орк и вовсе отделался лишь рассечённым ухом.

— Да я ваши мёртвые тела (вырезано цензурой) за смерть товарища!!! — оглушительно закричал во всё горло Гы, привлекая внимание противников именно к себе, а затем своим же ятаганом полоснул себя по груди, глубоко рассекая плоть и вызывая обильное кровотечение.

После чего с рёвом кинулся на врагов. Пинком ударил в грудь мёртвое уже по сути тело орка с торчащим в глазнице ножом, чтобы не мешало и не отвлекало, и труп улетел прямо в бассейн к судье. Затем сошёлся