Блог «Серп и молот» 2025 - Петр Григорьевич Балаев

авиацию, сколько военных летчиков было у Германии после 1918 года до 1935 года. И еще — а сколько красных военлетов было награждено Орденом Красного Знамени за Гражданскую войну? Наверно, с этого нужно начинать, чтобы разобраться с тем, как так могло случиться, что на третий день после начала войны, после тяжелых наших потерь на разбомбленных аэродромах, немцы стали вдруг терять самолетов больше, чем мы, а потом их операция «Тайфун» вообще лишилась авиаразведки.

И — да, эту бомбу тоже Ленин заложил. Бомбу под люфтваффе. С Ленина всё началось…

* * *

По одной из версий, и эта версия мне представляется самой правдоподобной, его подбил в ходе воздушного боя Александр Иванович Гусев на И-16, немец сел на вынужденную. Гусев кружил над ним, не давая немецкому летчику убежать, пока не прибыл патруль республиканских солдат. Дело были в Испании в 1937 году. Подбил Александр Иванович новый немецкий самолет Ме-109.

Сначала трофей доставили для испытаний во Францию. Облетывал трофей русский эмигрант летчик Розанов. И он «мессер» очень высоко оценил. После облета самолет вернули испанским республиканцам, а те уже передали его Советскому Союзу. Так первый «мессер» попал в руки наших соколов. «Покатались на нем» Степан Павлович Супрун и Петр Михайлович Стефановский. Ну, без особого восторга «покатались». С таким заключением:

«Мессершмидт-109 с двигателем Юмо-210 по своим тактико-техническим данным стоит ниже быстрейших истребителей ВВС РККА.»

Быстрейший тогда истребитель ВВС РККА — И-16. А вы к другим оценкам привыкли? Да я и сам считал, что замена И-16 на истребители следующего поколения, представителями которых были МИГГи, ЯКи и ЛАГГ связана с тем, что боевые возможности «мессера», продемонстрированные им в Испании напугали наших военных. Да ничем особым этот мало похожий на настоящий истребитель никого из наших военных не напугал, единственное, было неприятным, что оно легко удирало от наших самых быстрейших истребителей. Скорость — это его сильной стороной было. Такой скорости И-16 при любой модернизации уже дать не мог, время И-16 уже истекало.

«Худой», как наши летчики прозвали творение Вилли Мессершмидта имел… Да это чудо немецкой техники, творение сумрачного тевтонского гения… прошу прощения, сумрачный тевтонский гений здесь не при чем, просто безвыходная ситуация… Но — да, «худой», кроме ужасно тесной кабины, очень неудобной для летчика, имел много оригинальных, так их назовем, решений.

Какое самое оригинальное? Если бы я был председателем жюри, которое оценивала бы оригинальность находок Вилли, первое место получил бы бензобак самолета. О-о! Даст ист фантастиш! Сам по себе бензобак — так себе бензобак, даже почти не протектированный. Точнее, протектирован он только так, что бы его не порвали при сборке самолета, на защиту от пулевых пробоин не рассчитан. Но вот место, куда его Вилли воткнул — просто зашибись! Бензобак у «мессера» расположен сразу за спинкой кресла пилота. Т. е., ас люфтваффе защищен сзади не только бронированной спинкой своего летчицкого кресла, но еще и бензобаком. Гы-гы! Вот что значит — забота о личном составе люфтваффе! Не то, что у нас, у нас на И-16 бензобак прямо перед пилотом Поликарпов расположил. Нашего сокола сзади только бронеспинка кресла защищала, а у немцев еще и полная канистра высокооктанового бензина. Оцените.

А если серьезно, повредить бензобак И-16 в бою было почти невозможно. Спереди его прикрывала моторная группа, если вести огонь по «ишаку» при лобовой атаке, сзади — бронеспинка пилота, которая не только пилота защищала, но и… бензобак. Попасть в бензобак И-16 можно только если вести огонь при пересекающихся курсах, что практически невозможно, вероятность близкая к нулевой. И в воздушном бою истребители ведут огонь друг по другу почти исключительно только по задней полусфере. Т. е., в реальном бою немецкому летчику при такой конструкции самолета реально очень и очень страшно. У него шансов погибнуть невероятно много по сравнению с нашими, у нас уже у Яков и Ла бензобаки даже не спереди, а в крыльях, в плоскостях. Да еще и нормально протектированные, немцы свои так и не научились протектировать. Почему Вилли не засунул канистры с бензином в крылья? Да там места для них не было, в крыльях у него водорадиаторы располагались. У него всё наоборот по сравнению с нормальными конструкциями, у него даже двигатель был прикручен к фюзеляжу… вверх ногами. В перевернутом состоянии. На этой картинке это хорошо видно:

И видно, что из-за этого Мессершмидту пришлось стойки шасси сделать очень высокими. Я бы даже сказал — нелепо высокими. Но с шасси еще не всё. У нормальных самолетов шасси крепятся либо к крыльям, либо их делают вот такими

Но таких возможностей у Вилли не было, эта конструкция слишком тяжела для поршневого истребителя, поэтому «мессер» получился с очень узкой колеёй шасси, что существенно осложняло его взлет и посадку. Да, наши соколы летали на трофейных «мессерах» и их взлет-посадка особо не беспокоили, но так это наши, их же обучали по программе «взлет-посадка». А вот за каждым немецким асом, даже если мемуары этих хвастунов читать, по 2–3 машины разбитых при взлете-посадке. Это если они ухитрялись вернуться на свой аэродром несбитыми, а часто они даже не успевали увидеть, кто их сбивает, и наши летчики отмечали этот момент, так и описывали, что бывало сзади к «мессеру» заходят, уже на дистанцию огня подходят, а немецкий летчик — ноль внимания, даже не реагирует. А что ему реагировать, если у него обзора назад — нет. Он ничего сзади не видит. Ему там обзор гаргрот закрывает, а убрать гаргрот не позволяет конструкция фюзеляжа. Я в книге «Клевета на Красную армию» даже написал, что нашим соколам легко быть смелыми, у них самолеты Яколева, Лавочникова и Р-39 были. Даже на И-16 смелым гораздо легче быть, чем на этом недоразумении, считающемся почему-то одним из лучших истребителей ВМВ. Нам-то с вами понятно, почему его таким считают — чтобы обосновать астрономические счета хартманнов. Но дело в том, что «мессер», этот Ме-109, BF-109 — даже не истребитель. Точнее, это приспособленная под истребитель конструкция…

* * *

Если вы интересовались историей советской военной авиации, особенно истребительной авиации, то, уверен, вы точно знаете, почему авиаконструктор Поликарпов создавал именно такие истребители — как окурки. Ну да — для маневренности. Советское военное руководство считало, что главное для истребителя — маневренность. Потому что бомбардировщики — тихоходные, для того, чтобы их