Бывшие одноклассники. Училка для миллиардера - Саяна Горская

– Вы играете? – Спрашивает неизвестно откуда взявшаяся домработница.

– Нет, увы, – качаю головой. – А чей это инструмент?

– Яна Дмитриевича, конечно.

Я удивлённо моргаю.

– Он умеет играть?

– О, ещё как! Иногда на него находит вдохновение, и он весь вечер напролёт проводит за фортепьяно. А как хорошо он это делает… – Она мечтательно качает головой. – У него явно талант.

Я молчу.

Ян…

Музыка. Книги. Французский. Бизнес.

Чего ещё о тебе я не знаю? Что ты скрываешь от меня за маской деланного веселья и безразличия?

Входная дверь хлопает.

Я вздрагиваю и, забыв о фортепиано, бегу в коридор.

– Ян, я и не знала, что… – Осекаюсь.

Это не Ян.

На пороге стоит женщина. Красивая, молодая, эффектная. Волосы идеально уложены крупными локонами, безупречный макияж придаёт её породистому лицу свежести.

Тоже домработница? Интересно, она только квартиру убирает, или в доме Яна у нее есть ещё какие-то функции?

Женщина без церемоний бросает сумочку на комод, поднимает голову. Смотрит на меня холодно и оценивающе.

– А ты ещё кто такая? – Слишком уж дерзко для домработницы.

– Я… Я репетитор Яна. По французскому. А вы?

Женщина вздёргивает с вызовом бровь, на её лице появляется надменная усмешка.

– Прислуга совсем охамела, – тянет она, смерив меня с головы до ног взглядом. – А я, милочка, жена Яна!

Хватаюсь за дверной откос, чтобы не упасть…

Глава 14

Ян.

Паркую машину на подземной стоянке, вырубаю двигатель. На лице – дурацкая улыбка, и с этим уже ничего не поделаешь, потому что… Потому что Иванова у меня дома.

Подумать только!

Юля.

В моей квартире.

Не сон ли это?

Признаться честно, я думал, что затащить её к себе в гости получится лишь одним способом – зажав нос тряпочкой, смоченной в хлороформе. Слава всем богам, что к таким радикальным мерам прибегать не пришлось – это слишком даже для такого говнюка, как я.

Поднимаюсь на лифте вверх, глядя на своё отражение в зеркальной стене.

Улыбка не сходит с лица. Просто не выходит стереть это блаженное выражение.

Ну и пусть!

Я чертовски доволен.

Эта девчонка, которая ещё в школе вызывала во мне дрожь по всему телу, до сих пор действует на меня, как чёртов гипноз. Сколько бы я её ни отталкивал, как бы ни убеждал себя, что так будет правильно – всё это пустое. Бесполезное.

Мы как два магнита, тянущиеся друг к другу, несмотря ни на что.

И я почти готов сдаться.

Почти готов перестать быть идиотом и дать неизбежному случиться.

Потому что я в жизни ничего не хотел так сильно, как её.

Да, страшно. Проклятье мужчин нашей семьи – реальная штука, я видел его последствия своими глазами. Видел, как рушились жизни. Как всё, что казалось вечным и фундаментальным, превращалось в пыль.

Проклятье может коснуться меня так же, как коснулось отца и Дана.

И всё же…

Соблазн попытаться перевешивает всё остальное.

Будем честны, ты, Петров, долгие годы вёл себя, как мудак последний, чтобы держать Юлю подальше от себя. И к чему это привело?

К тому, что она теперь сидит в твоей квартире!

Как это произошло? Вопрос с подвохом.

Выхожу из лифта, тяну ладонь к ручке двери, но не успеваю коснуться – дверь распахивается сама, а передо мной возникает раскрасневшаяся Иванова.

Она, по старой доброй привычке, влетает в моё плечо и отскакивает назад.

Поднимает голову, но тут же опускает, пряча взгляд.

– Иванова! – Усмехаюсь, упираясь рукой в косяк и преграждая ей путь. – Так ты и правда здесь! А я всю дорогу думал, что ты решила меня разыграть.

Она сжимает пальцы в кулаки.

– Прости, мне не следовало приходить, – говорит тихо. – Я уже ухожу.

Так…

Вот как знал, что нужно было её забрать!

Иванову же ни на секунду нельзя одну оставить – в её светлой голове тут же собирается масштабное совещание тараканов. А эти усатые твари вечно выносят вердикт не в мою пользу.

– В чём дело? Ты чего? – Делаю шаг ближе, беру её за плечи. Тёплая. Такая хрупкая и нежная в мои руках. – Я приехал. Я уже здесь.

Но она тут же отступает, стряхивая мои руки, будто я обжёг её своим прикосновением.

И в этот момент дверь за её спиной открывается шире.

Ира.

Сдавленно цежу проклятия через сомкнутые зубы.

Ну, конечно, мать твою!

Картинка мгновенно проясняется. Могу представить, что Ира ей наговорила, за этой коброй не заржавеет.

– Юль, погоди, я сейчас тебе всё объясню.

– Не нужно, – её голос спокоен, но в глазах… Мне страшно смотреть в её глаза, потому что там лютая стужа и отчуждение. И всё в мою честь. – Всё в порядке, Ян, но мне лучше уехать.

– Нет, не лучше, – отрезаю.

– Пускай девушка уезжает, раз ей так хочется, – голос Иры – сладкий яд. – Чего ты в неё вцепился?

– Ира, исчезни. Тебя это не касается!

Рывком захлопываю дверь перед её лицом, даже не удостоив взглядом.

Снова перехватываю Юлю за плечи.

– Я понимаю, как это выглядит, но…

– Ты сказал, что против брака, – поднимает на меня огромные влажные глаза. – Сказал, что холост. Свободен, как ветер в поле. Это твои слова?

– Мои, но…

– Видимо, мы с тобой слишком по-разному понимаем значение этих слов. Потому что «свободен» – это противоположность «женат». Хотя… Ты же Петров, – роняет она с такой болью и усталостью в голосе, что внутри меня всё рвётся на лоскуты. – У тебя всё не как у людей. Ладно, что с тебя взять? Сама, дура, виновата.

Она проходит мимо, задевая меня плечом. Идёт к лифту.

– Юль, давай поговорим. Как взрослые.

– Раньше нужно было как взрослые, – надломленным шёпотом. – Сейчас я тебя не хочу видеть. Прости, занятие сегодня отменяется. Мне нужно немного… Впрочем, не важно.

Створки лифта медленно закрываются, отрезая от меня Юлю.

Остаюсь один.

Просто стою и обречённо смотрю, как уходит женщина, в которую я влюблён по самые чёртовы уши.

Какого хрена?

Какого хрена всё именно так?

А может, это сама судьба вмешалась, чтобы взять под контроль жизнь Юли и не дать мне разрушить её до основания?

Чертыхнувшись, захожу в квартиру. В нос бьёт запах, но, к величавшему моему разочарованию, вовсе не Ивановой.

А Иры.

Приторный, дорогой, въедливый. Как и она сама.

– Милая девочка, – комментирует она и закидывает ногу на ногу, сидя на моём диване. – Кто она?

– Я же сказал тебе не появляться без предупреждения, –