Разрушительная литература. Проклятые и одаренные - Олеся Александровна Карпачева-Серая

Пока Мэри была в Шотландии, в доме Годвинов-Клэрмонт на Скиннер-стрит в Лондоне появился молодой баронет Перси Биши Шелли. Красавец с длинными волосами и голубыми глазами, одаренный, возвышенный, легко впадающий в продолжительные экстатические монологи о высоком. Он был восторженным поклонником книги Годвина «Исследования о политической справедливости», и восхищение философом побудило его написать Годвину лично. После обмена письмами молодой Шелли получил от Годвина приглашение и к очному знакомству. Так Шелли и его восемнадцатилетняя жена Гарриет появились на Скиннер-стрит и скоро стали частыми гостями в семье, где все, а особенно девушки, Фанни и Джейн, были совершенно очарованы Шелли.

Шелли в это время 21 год, он написал свою первую философскую поэму-утопию «Королева Маб» и уже тогда был человеком, который имел смелость противостоять общественному мнению. В Оксфорде, куда он сообразно своему рождению попал, он подружился с Томасом Джефферсоном Хоггом. Совместно они написали атеистическую брошюру «Необходимость атеизма». Текст был напечатан анонимно, но довольно быстро авторство стало известно. Извиняться за свои убеждения Шелли не собирался, он всегда оставался верен себе, какие бы неприятности ему это ни сулило. И в результате скорого профессорского суда друзья были отчислены за неподобающее поведение.

Хогг до самой смерти Шелли оставался его другом и после поддерживал Мэри. В преклонном возрасте он написал свои воспоминания о Перси Шелли: Life of Р. В. S. (1858).

Кроме атеизма Шелли также ощущал непреодолимое влечение к социалистическим идеям. Он легко расставался с деньгами, считая правильным раздавать их нуждающимся и тратить на социальные проекты и благотворительность. Его преданность своим принципам: равные права для всех, права женщин, равнодушное отношение к наследству и титулу, щедрость, отсутствие эгоистических мотивов, свободная любовь, вера в образование и возможность совершенствования людей – не имели компромиссов. И в воспоминаниях современников Шелли часто предстает как «чистый дух», «лучезарный ангел», лишенный какого бы то ни было своекорыстия. Йейтс даже предположил, что Шелли обладал даром psychic – ясновидения. Иначе как объяснить потусторонний космос, в который погружает его поэзия?

Автор биографии «Быть Шелли» Энн Ро (Being Shelley, Ann Wroe, 2008) структурирует свой текст не по хронологии, а по четырем стихиям: «Земля», «Вода», «Воздух», «Огонь». Где свободный дух Шелли интерпретируется через его «взаимоотношения» с этими элементами вселенной. Главу «Вода», например, автор начинает с фразы: «Нельзя сказать, что вода была Шелли другом» – и перечисляет истории, где Шелли, который не умел плавать, страдал от встречи с этой стихией, конечно, упоминая и его печальную гибель в море.

После исключения сына из Оксфорда баронет Тимоти Шелли положил Перси минимум содержания. Наверное, так сделал бы не только он. И, как многие родители, стал ожидать, что сын в стесненных обстоятельствах образумится.

Однако же Шелли, гонимый за идеи, все больше утверждался в своем пути борца против любого угнетения и несвободы. Он продолжал жить той жизнью, которая казалась ему наиболее правильной в рамках его убеждений: много читает, гуляет, пишет, ведет интеллектуальные беседы с друзьями, размышляет. Любит пускать кораблики и смотреть на фейерверки, его обожают дети и женщины. Он знакомится с шестнадцатилетней Гарриет Вестбрук, пансионной подругой его сестер, – хорошенькой дочерью владельца кофейни. Гарриет много читает, и Шелли с удовлетворением видит, что его влияние прекрасно действует на это подающее надежды юное существо. Он посчитал, что это его Галатея, податливая глина, из которой он слепит личность, и его задача – развить ум Гарриет.

Шелли, как и учил Годвин в своей «Политической справедливости», – брак расценивал как возможность освободить женщину от деспотии семьи. Гарриет в это время много жаловалась на отца, который ограничивал независимость юной девушки. И Шелли решил, что просто должен помочь ей сбежать от отцовской авторитарности. В итоге он увозит ее из отцовского дома, что в случае Шелли возможно было больше следствием его убеждений и принципов, чем романтической страстью. Но скоро он сам не заметил, как женился. Подобный союз нимало не способствовал его примирению с отцом, а молодые супруги отправляются путешествовать и чувствуют себя счастливыми.

Шелли с женой побывали в Ирландии, где поэт, поглощенный идеями освобождения ирландцев, раскидывал брошюры о равноправии прямо на прохожих с балкона. Его неприятно поразили бытовое пьянство и грубость. А из солидарности с бедными ирландцами, у которых не было денег на говядину, Шелли стал вегетарианцем. Когда-то и Уильям Годвин с Мэри Уолстонкрафт, будучи аболиционистами, отказались есть сахар из-за того, что он производился в результате использования рабской силы.

Наивность, непрактичность, прекраснодушие и оторванность от жизни, как они виделись современникам, сегодня, два столетия спустя, характеризуют Шелли как визионера, который предвидел многие изменения, которые станут реальностью. В таком состоянии духа Шелли принимает решение познакомиться с Годвином, автором «Политической справедливости», и пишет ему письмо.

Для Перси Шелли Годвин был своего рода учителем, вдохновителем, человеком высоких нравственных убеждений и единомышленником. Годвину, в свою очередь, льстило быть наставником юному баронету, также он постоянно нуждался в деньгах, и положение Шелли внушало ему надежды на денежную помощь сродни меценатству. По крайней мере, только справедливо, что бездельник баронет обеспечит средствами к безбедному существованию оригинального философа (собственность по праву наследования Годвин считал особенно вопиющим случаем несправедливости). Это соответствовало представлениям о добре и справедливости самого Шелли, но правда была в том, что какими-то значительными суммами он не располагал. И вскоре после знакомства, чтобы помочь Годвину и его семейству, Шелли часто прибегал к кредитам в надежде покрыть долги будущим наследством.

Когда Мэри вернулась из Шотландии в Лондон и молодые люди встретились, Перси был сразу очарован этой грациозной девушкой с ореховыми глазами, которая (наконец-то!) была не только замечательно красива, но и очень умна. Его собственный брак в этот период переживал неприятную трансформацию. Обаяние легкой влюбленности прошло, и Гарриет оказалась обычной цветущей молодой женщиной, жаждущей модных платьев, красивой обстановки и семьи «как у всех». У них родилась дочь – Ианта (названная в честь героини поэмы «Королева Маб», которую Шелли в начале их отношений посвятил Гарриет). И если в начале их знакомства Гарриет много читала, учила греческий язык, то впоследствии эти занятия, к которым она, возможно, не имела внутренней склонности, ей наскучили. Она все больше увлекается модой, обстановкой квартиры, житейскими вопросами, пошлость которых угнетала поэта. Когда Шелли убедился, что Гарриет теперь мало интересует интеллектуальное развитие, он пришел к выводу, что их брак – ошибка. «Живой и мертвый слились в