Так себе жертва - Яна Каляева

Эфира теперь хватало, так что я сконцентрировалась и поставила щит. Кривенько получилось, искусству защиты я не училась, но авось от пустоцвета прикроет. Нельзя недооценивать мага, которого загнали в угол — это я, как маг, которого попытались загнать в угол, заявляю со всей ответственностью.

Только после этого я обошла бочки. Парень, совсем молодой, почти мальчишка. В дорогой, но уже разодранной куртке с яркой эмблемой какого-то частного отряда на рукаве. Он лежал на спине, придавленный куском бетонной плиты. Даже не помню, как обрушила ее — случайно, быть может, или это вообще не моя работа. Тут и до меня все держалось на честном слове дворянина, иными словами, ни на чем.

Парень смотрел на меня мутными глазами и мелко тряс головой.

— Не уходи… — прошептал он. — Не бросай меня…

Я вздохнула:

— Ты вот сейчас слегка не по адресу обращаешься.

— Пить… — попросил парнишка.

Я достала флягу, но когда он потянулся, убрала:

— Сначала разговор.

Он беспомощно всхлипнул и затараторил:

— Я все скажу, только не убивай, пожалуйста, я же ничего тебе не сделал…

— Кто вас навел? — перебила я. — Откуда вы знали, что я еду из Кузомени? Как меня выследили?

Он замялся, и я наклонилась ближе, глядя ему прямо в глаза.

— Слушай сюда, — сказала я тихо, почти ласково, вытащив пистолет и направив ему в живот. — Я могу сделать так, что ты будешь умирать долго. А сама уйду и даже не стану слушать, как ты орешь. Ты будешь кричать от боли часами, и никто не услышит. Так что ответь-ка лучше на мои вопросы.

Парень задрожал. Слезы побежали по грязным щекам.

— Финкель, — выдохнул он. — Шестерка с базы Гольдфагена. Он позвонил, сказал, что ты приезжала за оружием. От Кузомени тебя вели по камерам. И еще Финкель трекер поставил в твой мотоцикл.

Ну понятно теперь, почему ждали возле границы земских территорий. В земщине плохая Сеть, трекер мог потерять сигнал. Да и камер практически нет, это во владениях они на каждом перекрестке. И, значит, Мезенцев уже контролирует управляющий камерами искин… А хорошая новость в том, что в Архе мы в относительной безопасности.

— Мы должны были перехватить тебя, взять живьем и выведать, где та, другая девка, которая наследница. В расход тебя велено было пустить только после этого.

Значит, Финкель. Который чай приносил. С бутербродами.

— Гольдфаген знал? — спросила я.

— Не… не знал, — парень замотал головой, давясь слезами. — Финкель стремался его, когда звонил…

Парень захрипел, закашлялся. Кровь выступила на губах. Я поднесла ему флягу, и он жадно прильнул к ней, почти всю воду проливая мимо.

Парнишка чуть старше, чем я… Но поймать меня и выпытать, где Рейка — это была работа, за которую он взялся. Мало ли у него было на то причин? Деньги край до чего нужны, все крутятся как могут, время такое, жизнь такая… Какая мне разница?

— П-помоги… — прошелестел он.

Я быстро выстрелила парнишке в лоб, поморщившись от отдачи. Помогла, чем смогла.

Села на «Рысь» и неспешно поехала к воротам: меньше всего мне хотелось случайно догнать беглецов, эта встреча доставила бы мне ничуть не больше радости, чем им. Краем глаза приметила темное пятно на парковке… тело. Еще один раненый наемник? Нет. На нем ватник, а маги все были одеты с претензией…

Это тот самый седоусый охранник, которому я велела уходить с завода. Кажется, он пытался последовать моему совету, почти дошел до своего старенького «Солонца».

Я остановила «Рысь» и спешилась. Дядьку походя прикончили ледяным шаром, на волосах и ресницах застыл иней. Но… зачем? У него даже пистолета не было, а хоть бы и был — пули немного стоят против эфирных щитов. Что он мог сделать отряду боевых магов? Строго запретить входить на закрытую территорию? Вызвать милиционера Ежова, чтобы тот выписал штраф за неправильную парковку? Для чего понадобилось убивать беспомощного и беззащитного цивильного?

Я провела ладонью по лицу мертвеца, закрывая глаза. На его пальце блеснуло золотое обручальное кольцо. Кто-то в земщине не дождется со смены отца и мужа…

Я сжала кулаки так, что ногти впились в ладони. Магов, по большому счету, не жалко никаких, мы владеем силой и должны за это отвечать. Хотя магами не рождаются, первая инициация происходит в раннем подростковом возрасте: у аристократов и их потомков — почти всегда, у ребят из земщины — исчезающе редко, в среднем у одного на шесть-семь сотен. С этого момента маг считается пустоцветом, хотя лет до двадцати пяти это условный статус — до этого возраста может произойти инициация второго порядка, которая делает пустоцвета полным магом. Такое случается примерно с пятой часть — четвертью пустоцветов и только в момент предельного нервного и эмоционального напряжения. Но даже те, с кем инициация второго порядка не произошла, сильнее цивильных примерно настолько же, насколько полные маги сильнее их самих. И даже пустоцветы, даже земского происхождения, становятся элитой Государства и получают колоссальные возможности выстроить свою жизнь. Надо приложить много усилий, чтоб эти возможности профукать.

А цивильным не достается от мироздания никаких удивительных сил и талантов. Им приходится всего в жизни добиваться самим… или, как бывает куда чаще, ничего особенного не добиваться. Поэтому когда маг поднимает руку на цивильного, который ничем ему не угрожает — это всегда подлость, словно ребенка обидеть…

Мне вдруг пришло в голову, что сейчас я не вижу целей за рамками истребления рода Мезенцевых, но ведь если нам это удастся, то Рейка станет владетельницей не только нашей Пинеги, но и Мезени. Про Пинегу, ее проблемы и возможности мы все в общих чертах понимаем, отец готовил Рейку себе в преемницы, ну и я все время была на подхвате. А Мезень больше Пинеги в шесть раз, там множество поселений, производств и разработок, о которых мы не знаем ни черта. И не в том дело, что мы упустим какую-то прибыль. Вообще не в деньгах счастье, нас с Рейкой я могу и собственным трудом прокормить, в организации тех же сталкерских баз я неплохо шарю. Но ведь предприятия во владениях обеспечивают тысячи рабочих мест для цивильных, и если мы облажаемся с управлением, все они останутся без куска хлеба…

Так, что-то я уже рыдаю над шкурой неубитого медведя! Стресс и эфирное истощение сказываются, не иначе. Сейчас есть более срочные задачи. Для начала надо