Братство рыжих - Лилия Владимировна Волкова

они сделать ничего не могут. Или не хотят. Я не знаю. Саш, ты извини, мне пора. Я тут из-за приюта учёбу запустила, мне нужно к завтрашнему дню кучу всего прочитать и написать. А то с родителями уже проблемы.

– Слушай, я могу чем-нибудь помочь? Не с уроками, конечно, а с приютом.

– Я не знаю даже. Нет, наверное. Этим взрослые занимаются: узнают, встречаются, договариваются. Понимаешь, проблема ещё в том, что территория для приюта должна быть в безлюдном месте. Собаки лают, иногда воют по ночам, так что рядом с жилыми домами их поселить нельзя. Но земля далеко за городом нам тоже не годится: все, кто постоянно работает в приюте, и волонтёры живут в Москве, им будет неудобно добираться. Слушай, а у вас в районе нет каких-нибудь складов или пустырей? Ты поспрашивай там. Может, родители подскажут. Если найдёшь такое место, узнай его адрес, а я передам кому надо. Ладно?

После разговора с Леткой Сашка пошёл к Балу и оттуда позвонил сначала маме, а потом Петьке. Мама сказала, что приедет часов через четыре-пять. Сашка доложил, что всё у него в порядке, что он здоров, что позавтракал и что сейчас у отца. Но о том, что папа в отъезде, как и Вера, снова почему-то не сказал, хотя, наверное, стоило. Тогда мама отругала бы его по телефону, а к возвращению уже успокоилась бы.

Потом он попытался дозвониться до Петьки, но там всё время отвечали то «телефон абонента выключен», то «абонент недоступен». Странно. В какие дебри забрался его друг, что там даже телефон не ловит?

Петька объявился часа через три, когда Сашка был уже дома и расстреливал монстров из гранатомёта. Из-за Петькиного звонка он не успел вовремя нажать клавишу и… Чёрт!

– Петь, ты, как всегда, вовремя! – Сашка был сердит и даже не пытался это скрыть. – Когда ты нужен, то абонент недоступен. А когда…

– Да ладно, чувак! Ну чего ты? Давай ко мне, я тебе такое покажу!

– Ладно. А может, ты ко мне? У меня дома никого.

– Не, лучше ты. Мои все тут и вряд ли меня отпустят. – Петька понизил голос: – А если ты придёшь в гости, они тебя не выгонят. Ты им нравишься. Ну, давай, чел. Я тебя жду.

По дороге Сашка уже не в первый раз думал, что с Петькой что-то не так. Но что именно, так и не успел ни понять, ни сформулировать: идти было недалеко, всего два дома и за угол повернуть. Петька открыл дверь сразу, будто дожидался прямо в коридоре, и потащил Сашку в свою комнату, даже не дал толком поздороваться с тётей Олей, которая стояла в дверях кухни с Мухой на руках.

– Смотри, что мне подарили! – Петька вынул из кармана новый смартфон – с большим экраном, в матовом металлическом корпусе. – Крутяк, да? Не айфон, конечно, но по сравнению с моим прежним – реально крутой. Мне папин друг подарил. Увидел мой телефон, говорит: «Георгий, чего это у тебя сын с таким старьём ходит?» А потом принёс вот этот – новенький, прямо в коробке. Вроде кому-то собирался дарить, но отдал мне. А старый мой вообще сразу хотел в помойку швырнуть, но я сначала с него всё в этот перекинул. Ну, крутой же, да? Я музыки накачаю, а потом отец мне колонку купит, буду ходить по улице и слушать где захочу. А дача, где мы были, как раз его, Игоря Николаевича. Но вообще это не дача никакая, а загородный дом. Огромный, двухэтажный, в пристройке даже бассейн есть. Всего пятнадцать метров, правда, но всё равно норм, я четыре раза плавал. И сауна при бассейне. Я не пошёл, не понимаю я этого – сидеть в жаре и потеть. Мы в это время с Тимом – это сын Игоря Николаевича – в приставку резались. Потом шашлыки жарили. Вообще, народу много было. Все весёлые. И ко мне нормально отнеслись. Спрашивали, как я учусь и кем хочу стать…

Петька ещё долго рассказывал про дом, про зимний сад и камин, который они разжигали с другом отца. Про огромную барбекюшницу, куда поместилось килограммов десять шашлыка, и стейки, и сосиски длиной с полруки. Восхищался машинами, на которых приехали гости. Говорил про Тима, который уже умеет водить и надеется, что на совершеннолетие отец ему подарит спорткар. Планировал, как на неделе они с отцом наконец-то купят обещанную портативную колонку. Сашка сидел, слушал и вдруг понял, что больше всего на свете ему сейчас хочется уйти.

– Петь, я пойду. У меня мама, скорее всего, домой уже вернулась. А ты, наверное, своим ещё не успел рассказать.

Они уже выходили из комнаты, и Сашка только-только собрался признаться другу, что всегда немного завидовал кухонным посиделкам, когда Петька вёл с мамой и бабушкой долгие беседы обо всём на свете, как друг довольно громко произнёс:

– Да ну их, эти бабские разговоры! Ну, давай, чувак. Завтра в школе увидимся.

Сашка надеялся, что ему показалось, но он был почти уверен, что, пока Петька всё это говорил, его мама стояла в дверях кухни. И лицо у неё было застывшее, как на улице в сильный мороз.

Дома было тепло, пахло оладушками, а мама накрывала на стол и крикнула Сашке:

– Привет! Давай мой руки, я шашлыка немного привезла и оладушки пожарила, будем обедать. Или ужинать. – Мама рассмеялась, как будто сказала что-то очень смешное.

Сашка жевал жёсткий шашлык, потом оладьи и прикидывал, нужно ли идти в квартиру к Вере, чтобы покормить Балу и убрать за ним. Папа не сказал, во сколько точно вернётся. А вдруг только завтра?

– Саша, у тебя мобильный звонит. Наверное, в кармане ветровки оставил.

Звонил папа, и Сашка, обрадовавшись, первым делом спросил его: «Ты уже вернулся?» Оказалось, что папа уже дома и собакой займётся сам, так что Сашка снова сел за стол. А мама, которая на лету ловила любые его оговорки, спросила с подозрением:

– Это откуда папа вернулся? Он уезжал куда-то?

Врать маме в лицо Сашке было противно, так что он выложил всё. И про то, что двое суток провёл один, переходя из одной пустой квартиры в другую. И про проблемы в приюте. И про Петьку, который сам на себя не похож и всё время хвастается новыми вещами и поездками с отцом то туда, то сюда. Закончив рассказ, он замолчал и исподлобья посмотрел на маму. Сейчас начнётся!..

– А я заметила, что ты какой-то мрачный. Давно тебя знаю. – Мама хитро улыбнулась, села напротив и положила свою мягкую