Римская армия от Адрианополя до ''Стратегикона'' - Андрей Валерьевич Банников

Основным элементом защитного вооружения скутатов, как уже отмечалось, был щит; он был намного больше кавалерийского и прикрывал туловище бойца и его ноги до колен (Maur., Strat., XII B, 4; 16). В каждом аритме все щиты были одинакового цвета.

О шлемах пехотинцев Маврикий сообщает лишь, что они были «с небольшими султанами и фламулами на верхней части» (Maur., Strat., XII B, 4). За отсутствием конкретных данных можно лишь предположить, что эти шлемы не очень сильно отличались от тех, которые использовались римлянами в предыдущую эпоху, возможно, еще в IV–V вв.

Панцири или, вероятнее всего, кольчуги, которые могли использовать скутаты, были более короткими, чем кольчуги всадников и доходили только до середины бедра. Наконец, к комплексу защитного снаряжения добавлялись еще наголенники (περικνήμιδες), которые были как железными, так и деревянными (Maur., Strat., XII B, 5).

Легковооруженная пехота состояла из токсотов (τοξόται), или лучников, и аконтистов (άκοντισταί), или дротикометателей. Для всех них Маврикий использует обобщенное название псилы (ψιλοί).

Маврикий обращает особое внимание (Maur., Strat., XII B, 3) на то, что лучников обучали скоростной стрельбе по копью, а также скоростной стрельбе со щитом: скорострельность в бою ценилась гораздо больше точности. Ливень стрел, обрушивавшийся на врага, мог произвести сильный психологический эффект и заставить противника обратиться в бегство, даже если его реальные потери были невелики.

Те, кто не умел стрелять из луков, должны были метать дротики. Пехотинцы использовали 2 вида дротиков: маленький, аналогичный тому, который был у всадников, и большой — беритту (βηρύττα) или же дротик «склавинского типа» (Maur., Strat., XII B, 5).

Кроме луков и дротиков, у псилов были также марзобарбулы и пращи. Из защитного вооружения у них имелись только небольшие щиты (Maur., Strat., XII B, 5).

Тактические приемы пехоты

Тактические приемы пехоты, описанные в «Стратегиконе», во многом аналогичны тем, к которым на полях сражений прибегали уже в IV в.[63] Скутаты выстраивались фалангой; токсоты размещались в середине их боевого порядка из расчета 1 к 4 либо 1 к 1, а иногда между фалангой и кавалерией (Maur., Strat., XII B, 5); аконтисты располагались позади или на флангах строя скутатов; пращники — только на флангах. Легкая пехота никогда не становилась перед фронтом скутатов.

Одной из наиболее важных модификаций фаланги скутатов был фульк (fulcum) — боевой порядок, который необходимо было образовать при сближении с противником, если существовала вероятность того, что он будет вести обстрел из луков. По соответствующей команде (Ad fulcum!)[64], подававшейся на расстоянии одного полета стрелы от неприятеля, солдаты первой шеренги сдвигали свои щиты так, что их края соприкасались друг с другом; те, кто стоял во второй шеренге, поднимали щиты над их головами, образуя защитный навес. Скутаты продолжали медленное движение вперед, в то время как лучники, находившиеся внутри формации, непрерывно пускали стрелы поверх их голов (Maur., XII В, 16, 23–24).

Фульк позволял подойти к вражескому строю, минимизировав свои потери, после чего сами скутаты пускали в дело имевшееся у них метательное оружие (марзобарбулы, дротики, а если их не было — копья) и сражались врукопашную, сохраняя компактный боевой порядок. Скутаты не должны были преследовать врага, когда тот обращался в бегство (Maur., XII В, 16, 39–50).

Фульк, создававшийся для отражения кавалерийской атаки, пребывал в статичном положении. Для того чтобы образовать такое построение, скутаты первой шеренги опускались на колени и прикрывались щитами; свои копья они упирали тупыми концами в землю и выставляли вперед; скутаты второй шеренги пригибались, оперев щиты на щиты тех, что были впереди; и выставляли копья вперед, также воткнув их тупыми концами в землю. Солдаты третьей шеренги в свою очередь смыкали свои щиты со щитами солдат второй. Когда вражеские всадники вплотную атаковали такое построение, скутаты в третьей шеренге держали копья над своими головами и стеной, образованной из щитов. Благодаря тому что солдаты первых трех шеренг находились друг от друга на очень незначительном расстоянии, то они действовали, как будто образовывая единую боевую линию, и бойцы, стоявшие в третьей шеренге, могли свободно поражать неприятелей, нанося им неожиданные удары копьями. Солдаты четвертого ряда, не имевшие возможности сражаться врукопашную, метали свои марзобарбулы, дротики и копья над головами впереди стоявших товарищей и занимали места тех, кто погибал в бою.

.......................

Рис. 23. Движущийся фульк

Рис. 24. «Статичный» фульк. Вид сбоку

Рис. 25. «Статичный» фульк. Вид спереди

Относительно полевой артиллерии

Свидетельством общего упадка пехоты стало не только резкое сокращение количества тяжеловооруженных бойцов, но и исчезновение автономных отрядов баллистариев — солдат, вооруженных легкими метательными машинами (аркубаллистами, манубаллистами) или обслуживавших баллисты на колесах (карробаллисты). В IV в. — первой половине V в. такие подразделения, в основном имевшие статус мобильных легионов, образовывали особый род войск. Но уже к концу V в. всякие сведения о них пропадают. Маврикий, правда, сообщает о телегах, везущих «баллистры» (βαλλιστροφόρους άμαξας), которые могли поворачиваться «в обе стороны» (Maur., Strat., XII B, 6), но эти машины предназначались не для участия в полевом сражении, а лишь для защиты обоза, когда армия совершала переход (Maur., Strat., XII B, 18). Очевидно, те же самые машины можно было размещать и на речных судах, чтобы вести обстрел вражеского берега (Maur., Strat., XII В, 21).

Однако в перечне элементов вооружения псилов Маврикий упоминает некое устройство, называемое им «соленарием» (σωληνάριου), в котором некоторые исследователи хотят видеть машину, аналогичную арбалету. Согласно утверждению Маврикия, у каждого лучника, кроме лука и колчана с большими стрелами, в наличии были также «деревянные соленарии с малыми стрелами и малыми колчанами, с помощью которых ведется обстрел с дальней дистанции из луков, беспокоящий врагов» (Maur., Strat., XII В, 5). Впрочем, нельзя не заметить, что не имеет смысла вооружать одного и того же человека луком и арбалетом: от подобного громоздкого снаряжения было бы мало пользы, поскольку оно мешало бы солдату эффективно использовать какой-либо из этих видов оружия по отдельности. Можно также добавить, что солдат, не имевших луков, Маврикий рекомендует вооружать различными видами дротиков, ничего не говоря о соленариях, что было бы странным, если видеть в последних полноценные метательные машины. Поэтому соленарий мог быть только приспособлением, при помощи которого из лука пускались стрелы небольшой длины. Вероятно, он имел форму трубки[65] с прорезью для тетивы. Использование соленария позволяло значительно увеличить дальность