Зависимое сельское население Римской империи (IV-VI вв) - Александр Александрович Шевченко

появятся значительно позже[261]. Этот исследователь отмечает, что в надписи нигде не говорится о том, что колонам было запрещено покидать свои земельные участки, следовательно устав мог быть «вечным», а земледельцы могли при этом регулярно меняться[262]. Тем не менее, Н.Д. Фюстель де Куланж делает предположение, что арендаторы этих земель уже во II в. начинают превращаться в прикрепленных к земле колонов, так как они не пытаются покинуть свои земли, несмотря на злоупотребления должностных лиц[263]. С другой стороны, по процитированной выше конституции императора Филиппа запрещалось удерживать арендаторов после окончания аренды (С. J. IV, 65, 11). А.В. Коптев также отмечает, что «принудительная аренда» царской земли в Египте происходила только в том случае, если арендаторы не расплатились за налоги. Впрочем, как доказывает данный исследователь, иногда чиновники противозаконно пытались удержать колонов[264].

Мы видим, что в приведенных выше случаях, по крайней мере, в большинстве из них, вряд ли можно говорить о прикреплении арендаторов земли в II–III вв. н. э. Земледельцы заключали договоры об аренде с государством, и попытки удержать их по истечении договора носили незаконный характер. Точно так же «вечный устав» (forma perpetua), по которому колоны выплачивали оброк, не доказывает их прикрепление к земельным участкам. Следовательно, колоны Римской империи до IV в. продолжают оставаться свободными арендаторами, сохраняющими за собой право покинуть свои земельные участки по истечении срока аренды.

Существует мнение, что прикрепление колонов к земле произошло при Диоклетиане. Здесь мы должны обратить внимание, что именно Константин I, а не Диоклетиан провел эти реформы. Именно при Константине появляются первые постановления о прикреплении колонов (С. Th. V, 17, 1). Диоклетиан скорее препятствовал распространению колоната: мы уже приводили его постановление, запрещающее кредиторам удерживать свободных лиц из-за долгов (С. J. IV, 10, 12). О. Зеек также доказывает, что прикрепление колонов впервые произошло при Константине[265]. Впрочем, по мнению М.И. Ростовцева и А.Х.М. Джоунза, первый шаг сделал Диоклетиан, приказав выплачивать налоги строго по месту жительства[266]. Ряд исследователей высказывает предположение, что существовала не-сохранившаяся конституция Диоклетиана о прикреплении свободных арендаторов земли, а конституция Константина 332 г. не вводила, но лишь подтверждала прикрепленное положение колонов[267]. Таким образом, утверждения исследователей, согласно которым прикрепление свободных арендаторов земли произошло при Диоклетиане, остаются предположением, не подкрепленным данными источников. М. Миркович также считает, что Диоклетиан едва ли ограничивал свободу колонов, правда, эта исследовательница считает, что прикрепление колонов произошло гораздо раньше[268].

В свою очередь, мы можем утверждать, что идеи о необходимости прикрепить сельское население появились до 332 г. Судя по всему, первоначально планировалось прикрепить сельских рабов. По крайней мере, известны указы Константина 315 г. (С. Th. II, 30, 1), 327 г. (С. Th. XI, 3, 2), 330 г. (С. Th. Ill, 30, 3) и т. д., которые ограничивали продажу сельских рабов без земли. Однако окончательное прикрепление сельских рабов произошло позже при императоре Валентиниане (С. J. XI, 48, 7). В любом случае первые попытки прикрепления сельского населения были совершены при Константине. Что касается свободных арендаторов земли, то, как отмечалось выше, мы не располагаем никакой информацией о том, что они были прикреплены ранее 332 г., потому эту дату следует считать датой прикрепления колонов.

В нашем исследовании мы не можем не упомянуть точку зрения, по которой первоначально были прикреплены только колоны императора, колоны частных лиц продолжали пользоваться свободой до реформ Валентиниана I в 70 гг. IV в. Эту точку зрения отстаивает А.В. Коптев в своей монографии «От прав гражданства к праву колоната»[269]. Рассмотрим доводы А.В. Коптева. Он пишет, что конституция Константина 332 г. (С. Th. V, 17, 1), которая, как считается, прикрепила колонов к их земельным участкам, адресована «провинциалам» и дошла в усеченном и измененном виде, поэтому из нее нельзя заключить, были ли прикреплены все колоны или только императорские[270]. В самой конституции, текст которой мы приводили выше, колоны не называются императорскими, но упоминаются со словами «чужого права» (alieni iuris). Между тем, А.В. Коптев особо подчеркивает, что в четырех других конституциях, изданных до правления Валентиниана I и упоминающих колонов (С. Th. XI, 7, 2-319; IV, 13, 3-321; IX, 21, 2-321; IV, 22, 1-326), ни слова не говорится об их прикрепленном положении.

Рассмотрим их более подробно. В первой из них речь идет о том, что декурион должен сам собирать налоги, следовательно, законодателя интересуют обязанности декуриона, а не прикрепление колона, соответственно здесь не ставится вопрос, имеют ли колоны право на свободу перемещения: «Каждый декурион пусть отвечает и собирает ту долю, которая лежит или на нем самом, или на его колоне или трибутарии; и пусть не привлекается к ответственности совсем за другого декуриона или территорию. Пусть будет объявлено, что это запрещено, и после этого следует проследить, чтобы после этой нашей заботы никто не терпел никакой несправедливости за другого» (С. Th. XI, 7, 2—319)[271] (перевод А.В. Коптева). В конституции 321 г. Константин запрещает воинам брать что-либо у сельских жителей, в тексте даже не употребляется слово колоны, следовательно, в центре внимания законодателя мародерство воинов, а не положение колонов: «Мы не разрешаем опять требовать с сельских жителей в качестве подати то, что необходимо для их собственных нужд или для ведения хозяйства. Для служащих податного пункта, городских воинов и Третьих Августалов устанавливается смертная казнь, если будет подтверждена их алчность, которая заставляет их делать это. В отношении же прочих вещей, подготовленных на продажу ради прибыли, им следует признать обычную подать» (С. Th. IV, 13, 3-321)[272] (перевод А.В. Коптева). В постановлении этого же императора 326 г. подробно описываются обязанности судей относительно отсутствующих лиц, колоны фигурируют в единственной фразе, в которой, впрочем, говорится о небрежности близких друзей и колонов, о прикрепленном положении колонов ничего не говорится: «Пусть судьи поддерживают права отсутствующих лиц, которые окажутся из какого-либо частного имения, предоставляют им помощь своего огромного авторитета и тем самым заботятся об отсутствующих… Однако мы разрешаем некоторым лицам подачу иска о возвращении имения по прошествии значительного времени, так как может случиться, что подчас восстановление откладывается из-за неверных рабов или небрежных близких или друзей и колонов…» (С. Th. IV, 22, I)[273] (перевод А.В. Коптева с нашими изменениями). В другой конституции Константина 321 г. подробно расписывается, какое наказание полагается господину,