Мир японских волшебных сказок - Автор Неизвестен -- Народные сказки

Раньше, когда Дзирай хотел перебраться через реку, он превращался в лягушку и переплывал ее или вызывал синеногую лягушку литорию или лягушку-быка, которая раздувалась до размеров слона. Затем он вставал на ее покрытую бородавками спину, и пусть даже ветер со страшной силой раздувал его одежду, Дзирай все равно совершенно безопасно перебирался на противоположный берег. Но теперь, соединив свою волшебную силу с магией жены, они вдвоем без всякой предварительной подготовки шли по поверхности, словно по твердому полу.

Вскоре после их свадьбы в Японии разразилась война между двумя известными кланами Тцукикаге и Инукаге. Чтобы одерживать победы в битвах и захватывать замки врагов, семья Тцукикаге заручилась поддержкой Дзирая, который согласился служить ей и носить их флаг на своей спине. Их враги Инукаге прибегли к услугам Кольца Дракона.

Орочимару, или Кольцо Дракона, являлся злым разбойником, чьим отцом был мужчина, а матерью – змея, жившая на дне озера Такура. Он отлично владел змеиной магией и, разбрызгивая яд на своих врагов, мог запросто уничтожить даже самых сильных воинов.

Собрав тысячи сторонников, он совершал набеги по всей Японии, грабя и убивая хороших и плохих, богатых и бедных. Испытывая любовь к войне и разрушению, он присоединился к семье Инукаге.

И вот магии лягушки и улитки соединились воедино, в одной армии, а магия змеи помогала другой стороне; сражения были страшными: проливались реки крови, обе стороны потеряли множество людей.

Однажды после тяжелой битвы Дзираю пришлось бежать и укрыться в монастыре с немногочисленными верными вассалами: ему нужно было немного отдохнуть. А в этом убежище обитала прекрасная принцесса по имени Тагото. Она бежала от Орочимару, который возжелал сделать ее своей женой. Одна мысль о браке с сыном змеи вызывала у нее отвращение, и она всячески способами старалась этого избежать. Она жила в постоянном страхе перед ним. Как-то раз Орочимару, услышав, что и Дзирай, и принцесса находятся в одном и том же месте, превратился в змею, накопил во рту большое количество яда, заполз на потолок комнаты, где спали Дзирай и его жена, и плюнул сверху на них, разбрызгивая ядовитую слюну на головы своих противников. Пары яда ввергли в ступор сторонников Дзирая и даже монахов, и Орочимару, на время превратившись в человека, воспользовался представившейся возможностью захватить принцессу Тагото и увезти ее.

Постепенно верные сторонники очнулись и обнаружили, что их хозяин и его возлюбленная жена пребывают в бреду и вот-вот умрут, а принцесса исчезла.

«Что делать? Как нам вернуть нашего дорогого господина к жизни?» – все задавали друг другу этот вопрос, в то время как их лица выражали скорбь, а глаза наполнялись слезами всякий раз, как только они бросали взгляд на бледные, без кровинки тела их пребывающего без сознания господина и его жены. Они позвали почтенного настоятеля монастыря, чтобы тот посмотрел и, быть может, посоветовал, что можно предпринять.

– Увы! – сказал старый священник. – В Японии нет лекарства, способного исцелить вашего господина, но в Индии существует эликсир, который точно является противоядием. Если бы вы смогли раздобыть его, ваш хозяин бы ожил.

– Увы! Увы! – послышался хор голосов в ответ, подтверждающий, что теперь улетучились все надежды: ведь то место, где делали эликсир, находилось в пяти тысячах миль от Японии.

И тогда вызвался говорить молодой человек по имени Рикимацу, который был одним из мелких слуг Дзирая. Ему не исполнилось еще и четырнадцати лет, и он служил Дзираю из чувства благодарности: тот защитил его отца от многих опасностей и спас ему жизнь. Он попросил у настоятеля разрешения поговорить с ним, и священник, видя взволнованное лицо юноши, махнул веером, чтобы тот начинал.

– Сколько может прожить наш господин? – спросил молодой человек.

– Через тридцать часов он умрет, – ответил настоятель со вздохом.

– Я пойду и достану лекарство, и если наш господин будет еще жив, когда я вернусь, он поправится.

А Рикимацу научился магии и колдовству у тэнгу, или длинноносых эльфов гор, и умел летать высоко в небе с невероятной скоростью. Он произнес несколько слов заклинания, надел крылья тэнгу, поднялся на белое облако и полетел на нем за восток, в Индию; у горных духов он купил эликсир и через один день и одну ночь уже вернулся обратно в Японию.

Всего лишь капля эликсира упала на больное лицо мужчины, и он глубоко вздохнул, на его лбу заблестел пот, а через несколько секунд он сел в постели.

Дзирай и его жена поправились, и война вспыхнула снова. В страшной битве Кольцо Дракона был убит, и принцессу спасли. За помощь и доблесть Дзирай получил награду: он стал дайме – владетельным князем Идзу.

Устав от войны и бесконечных сражений, Дзирай обрадовался возможности остепениться и вести спокойную жизнь. Остаток своих дней он провел за чтением книг мудрецов и сложением собственных стихов; он любовался цветами, луной и пейзажем, а иногда отправлялся на соколиную охоту или на рыбалку. Так, среди детей и внуков, он закончил свои дни в мире и спокойствии.

Как медуза потеряла свою раковину

Некоторые части морей Японского архипелага пестрят тысячами круглых белых медуз, которые плавают в нескольких футах от поверхности. Иной раз можно увидеть, как сквозь них, словно сквозь поле воздушных пирожных-безе, проходит огромный корабль. Мощные колеса с лопастями перемалывают тысячи их в пудинг, поскольку они сами налетают на колесный кожух, ударяются об него и превращаются в пену, будто яичный белок, или взбиваются лопастями колеса в густой крем. На мелководье большой ширины они на самом деле напоминают посудную лавку, опрокинувшуюся в океан: тысячи белых обеденных тарелок разбились на куски, которые плавают там. Во всех заливах и бухтах японские ребятишки играют, выгоняя их веслами туда, где неглубоко, а иной раз и протыкают их палочками. Сделать это не составляет труда, потому что у медуз нет ни оболочки из раковины или кости, как у лангуста, ни какой-либо чешуи, как у рыбы, – так и приходится им все время плавать голенькими, подвергаясь всевозможным опасностям. Бывает так, что где-нибудь рядом с берегом бодро перемещаются большие медузы, два-три фута в длину, – величавые, точно зонты князя-дайме на длинных ручках или будто ярко окрашенные японские зонтики от солнца. Вокруг их тел, подобные флагам на храмовом фестивале или лентам придворной дамы, плывут длинные щупальца или усики. Ни один павлин, раскрывший свой прекрасный хвост, не производит такого