Мир японских волшебных сказок - Автор Неизвестен -- Народные сказки

«Как странно, что люди не перестают забрасывать удочку, чтобы поймать эту дерзкую уродину, ведь она травит их», – постоянно повторяла макрель.

А за сельдью, которая одним глазом смотрела на Лорда Каракатицу, а другим – на появляющиеся закуски, расположился скат. Справедливости ради надо сказать, что все правое крыло оркестра было изрядно деморализовано запахом дымящегося чая и закусок, которые должны были вот-вот подавать. Китайский трионикс (или мягкотелая черепаха с носом вроде птичьего клюва), хотя и продолжая петь, невежливо отвернулся от Лорда Каракатицы и встал спиной к лягушке, выполняющей функции регента хора. Неприглядная присоска, раздувшаяся от жира, продолжала петь с хором и притворялась, что не замечает официантки с подносом и чашкой. В действительности Мадам Присоска считала весьма вульгарным проявлять явное желание отведать вина и пирожных.

Если честно, то концерт очень затянулся, все устали и были не прочь чем-нибудь закусить или что-нибудь выпить.

Внезапно музыка оборвалась, и протяжный удар по барабану ознаменовал ее конец. Лорд Каракатица опрокинул пинком инструмент, опустил гитару, а потом убрал ее в специальный ящик. Затем он на всех своих шести конечностях проскользнул к закускам и страшно развлек всю компанию, стоя на голове и крутя над ней шестью щупальцами.

На сей раз мисс Макрель испытала такой шок, что, прикрывшись веером, прошептала морской щуке:

– Совершенно недостойное поведение. Что сказала бы Королева, если бы увидела это?

Она и не знала, что Королева смотрит на них сверху.

Затем все уселись на свои хвосты, подпершись плавниками, и начали энергично махать веерами, чтобы охладиться. Лобстер выдрал свечу из подсвечника, съел ее и, вытерев усы, присоединился к компании.

Из напитков подали сладкое и прозрачное саке (рисовую водку), чай и морс из цветов сакуры. Среди закусок были хрустящие пирожные, яичные лепешки, вареный рис, редька дайкон, макарони, корень лотоса, таро, а на гарнир – горки мотыльков, червей, жуков и все виды наживки для мелочи – мелкой рыбешки, которая должна была есть за вторым столом. Слуги Лорда Каракатицы разносили и наливали чай. Это были очень забавные зеленные kappa (каппа), или наполовину обезьяны, наполовину черепахи, с желтыми глазами, напоминающими лягушачьи, с обезьяньими руками, с собранными в пучок волосами, с жабьим ртом от уха до уха. Бедные создания! Но они были очень счастливы, потому что знали: хоть они и выглядят как обезьяны, их печень не годится для медицинских целей.

Королева не стала ждать окончания праздника, но она вдоволь насмеялась, вернулась во дворец и отправилась спать.

Взяв в каждое щупальце по чашке вареного риса, в то время как мисс Макрель окончательно решила, что хозяин вечеринки – omeshi gurai (омеси гурай – «рисовый обжора»), и выпив за целую стаю рыб, Лорд Каракатица пошел домой, свернулся в шарик и уснул. На следующее утро он встал с головной болью.

Ёримаса, или Смелый лучник

Гензан Ёримаса был смелым воином и крайне полезным человеком, который жил более восьми тысяч лун назад. Он отличался доблестью и отвагой, а также очень умело обращался с луком, и потому его вызвали в Киото и назначили главным охранником императорского дворца. Тогдашний император Нарахито не мог спать по ночам, так как его сон постоянно прерывал ужасный зверь, который наводил страх даже на солдат, в полном вооружении стоящих на часах.

Этот отвратительный зверь имел крылья птицы, тело и когти, как у тигра, голову обезьяны, хост змеи и сверкающую чешую дракона. Он приходил по ночам, забирался под крышу дворца и потом так мерзко завывал и скреб когтями, что несчастный микадо, потеряв всякий покой, начал слабеть и худеть. Никто из охранников не осмеливался выйти на рукопашный бой, и никто не владел луком настолько хорошо, чтобы попасть в него стрелой в темноте, хотя некоторые императорские отряды лучников снова и снова пытались это сделать. Ёримаса, получив назначение, тщательно осмотрел лук, наточил стрелы со стальными наконечниками, положил их в колчан и решил, что этой ночью заступит в караул вместе со своим любимым слугой.

Ночь оказалась ненастной. Ярко сверкали молнии, а Каминари, бог грома, бил во все барабаны. Ветер кружил, словно Фудзин, бог ветра, решил опустошить все свои мешки. Ближе к полуночи Ёримаса, обладавший зрением сокола, увидел во время вспышки молнии, что на «дьявольском камне», на кончике растяжки, что в северо-восточной части крыши, сидит ужасное существо. Он велел слуге сделать факел из соломы и прутьев и приготовиться зажечь его в нужный момент, затем вытащить кинжал и смочить его кончик, в то время как сам достал лучшую из своих стрел и упер ее в серебряный шнур лука.

Присмотревшись, он довольно скоро заметил блеск одного глаза, потом другого: зверь, качая головой, прокрался по огромной дворцовой крыше прямо к карнизу у спальни микадо. Затем остановился.

Пришел звездный час Ёримасы. Прицелившись примерно на фут (30 см) правее сверкающего глаза, он, натянув тетиву в ярд длиной, отвел ее к плечу и отпустил. Раздался глухой звук, затем душераздирающий вой и тяжелый удар о землю – и вот уже через несколько секунд после того, как стрела ударила в живую плоть, существо корчится на камнях. В следующее мгновенье слуга Ёримасы со сверкающим факелом в руке помчался к месту битвы с кинжалом. Схватив зверя за шею, он быстро обезглавил его, перерезав тому горло. Затем они содрали с чудовища шкуру и на следующее утро показали ее императору.

Все поздравляли Ёримасу с тем, как он проявил доблесть и показал свое мастерство. Многие молодые люди, сыновья знати и воинов, умоляли его взять их себе в ученики по стрельбе из лука. Микадо приказал одному высокопоставленному вельможе наградить Ёримасу прославленным мечом по имени Сиси-но-о (Король Диких Кабанов), а также отдать ему в жены красивую и достойную девушку по имени Айями. Так в браке соединились смелость и честь, и день славы Ёримасы был как umé-také-matsu (уме́-таке́-матцу – цветение сливы, бамбука и ели) – ароматный, зеленый и длящийся вечно.

Ватанабэ отрезает руку демона-О́ни

Когда столицей Японии был город Киото – и Микадо вместе со своими придворными обитал именно там, жил-был смелый капитан караула по имени Ёримитцу, принадлежавший к семье Минамото. Его также называли Райко, и это имя знают все мальчики и девочки в Великой Японии. Под началом капитана Райко служили три охранника, одного из которых звали Ватанабэ Тсуна. В обязанность этих