Вена. Прогулка по лабиринту - Дарья Викторовна Вильке

в расчет не берут», — ворчит старик Маркович, ковыляя в сандалиях на босу ногу в кабачок на углу пропустить стаканчик «в терапевтических целях». Маркович любит говорить о политике — и о ветре. Потому что ветер — такая же часть венской жизни, как и политика. Тем более если речь о кровотенвинде, как называют венцы по старинке хорватский ветер.

Хорватский ветер — влажный и ледяной, рождается в ледяном озере ветра к юго-востоку от города и господствует в Вене не меньше трех месяцев в году. Пока юго-восточный хорватский ветер не переменится, Вену окутывает густой туман. Тогда по улицам бегут простуженные люди, и улицы помнят времена, когда еще в Средневековье хорватский ветер принес в город чуму и не дал ей уйти.

А летом хорватский превращается в ветер пушты, собирает широким рукавом в венгерской пуште-степи жаркий воздух, раскаленный песок и кидает со всей силы на Вену. Крутит ветряки, забрасывает мусор на крыши, жжет глаза и душит жаждой. Тогда хочется только лечь и ничего не делать.

Когда дуют венские ветра — пахнет морем. Горечью, солью, просторами, другими мирами и свободой.

Это всё, конечно, поэзия. Но и на деле венцы привыкли к тому, что живут, пожалуй, в самом ветреном городе Европы, — такая уж тут роза ветров. Научные исследования подтверждают особые взаимоотношения Вены с ее ветрами. По данным местных метеорологов, количество безветренных дней в году — вполне официально — всего два процента. И средняя скорость ветра и Вене значительно выше, чем в других крупных городах.

На венскую погоду влияет всё — долина Дуная, Венские ворота между Леопильдсбергом и Бизамбергом и Альпы. Летом Альпы нагреваются, и ветер с гор — сильный юго-восточный ветер — буквально втягивает в Вену, словно в гигантскую воронку. А Венский лес совсем не защищает город от ветров и даже не ослабляет их — напротив, ветры с северо-запада усиливаются многократно, когда добираются до города. Поэтому настоящие бури в Вене совсем не редкость. По статистике метеорологов, самые частые бури в Вене — в январе, феврале и июле. А вот сентябрь очень тихий. Это вообще, пожалуй, самый комфортный месяц здесь: уже не жарко, почти не ветрено и наступает настоящая золотая осень. Может быть, именно поэтому все любимые венцами гурманские праздники и обычаи выпадают на сентябрь и начало октября…

Зеркальное отражение Бельведера — в воде, в воздухе, в истории

Вена растёт вверх, заслоняя своё прошлое стеклом и бетоном

Бывают дни, когда венский ветер можно поймать, — поймать самую его суть. Обязательно в предзакатный час, в Вене это миг, когда заканчивается всякое время, заканчивается пространство и остается только ветер. Ты вдруг чувствуешь, что он здесь, ветер, несущий грозы и горький запах дыма из чужих садов и лепестки отцветших каштанов. Он гудит и поет, он превращает городские трубы и пустые мусорные урны в древний орган, он выпевает какую-то вечную мелодию. Она вроде и незнакома тебе, а кажется, что ты знаешь, куда пойдет мелодия в следующую секунду.

Наверное, поэтому Вена и музыка родственны — в ней всегда звучит ветер. Только успевай записывать ноты и сажать на нотный стан. Наверное, только они тут и приживаются по-настоящему: музыканты, пронизанные венским ветром, и безумцы, понявшие его суть. Отец Фреда Астера австриец Фредерик Аустерлиц, бывший унтер-офицер его императорского величества и торговец пивом в Вене, говаривал: «Есть два типа австрийцев — негодяи и музыканты». Так что с венскими музыкантами и их родством с венскими ветрами всё ясно.

А вот с характером венских ветров сложнее. Венские метеорологи утверждают: любые более-менее высокие здания в городе, особенно в окружении других домов, нужно строить с соблюдением особых правил. Иначе вокруг них формируется своеобразная «аэродинамическая труба», в которой практически невозможно находиться в любой сколько-нибудь ветреный день. Так получилось, например, в новом жилом комплексе на одном из берегов Нового Дуная, где построили жилые высотки без консультации с метеорологами и учеными, изучающими уникальный ветреный ландшафт Вены. И теперь дворы этого жилого комплекса использовать практически невозможно, а в ветреные дни и опасно.

Первая же венская высотка, испытавшая на себе сложную венскую розу ветров, — собор святого Стефана. Старые венцы до сих пор помнят древнюю стихотворную шутку про ветра́ на площади вокруг собора: «Ist das schönste Wetter im Lande ein und aus, sind Wind und Regen am Stephansplatz zu Haus’!» («Пока по всей стране царит чудесная погода, на Штефансплац прописались дождь и ветер»). И это действительно так, здесь еще более хмуро и пасмурно, чем по всей Вене, а в ветреный день лучше и вовсе обходить Штефансплац стороной. В одной из многочисленных легенд о соборе, кстати, есть забавное объяснение разгула ветра вокруг него: дьявол невзлюбил собор святого Стефана и задумал разрушить колокольню вместе с церковью. В аду его слуги черти ковали мощную молнию, которой он собирался поразить церковь. В полночь злодей собрал над Каленбергом огромную грозовую тучу, уселся на нее и, держа молнию в длинных острых когтях, двинулся к собору святого Стефана. С ужасным ревом он обрушил грозу на Вену и метнул молнию в самый ее центр.

И хотя на одной из верхних каменных розеток Южной башни был прикреплен олений рог, который, согласно суевериям того времени, должен был защитить ее от удара молнии, земля несколько секунд содрогалась, и перепуганные венцы упали на колени в молитве.

Дьявол же решил, что дело сделано, и довольный удалился в ад. Как же он изумился на следующее утро: собор по-прежнему стоял во всей своей красе! А всё потому, что церковь находилась под особой защитой святых, даже от дьявольской силы. Только шпиль собора получил незначительные повреждения.

Когда же отважные мастера поднялись на колокольню, чтобы восстановить разрушенное, сатана заключил союз с ветром и дождем. Дождь и ветер должны были каждый день наведываться на Штефансплац: дьявол надеялся, что это помешает строителям выполнить их нелегкую работу. Но мастер и подмастерья принялись за дело с благочестивой молитвой, и поэтому злые силы не смогли причинить им никакого вреда. Разгневавшись, сатана спустился в ад. К сожалению, он так спешил, что забыл остановить ветер и дождь. С тех пор они гневно ревут и громко стенают вокруг собора на площади святого Стефана, чтобы дух ада наконец нашел их и освободил от старого договора. Но тот давно забыл о них…

4• Глава

Дворы, где сквозит