Сердце Молнии - Йона

Что, если Фиел вообще не собирался вести её сюда? Что мешало ему просто добиться её слова? И какой у него тогда план?

Он не выдержал и шагнул обратно к выходу.

— Куда ты? — насторожилась Рюна.

— Не могу больше торчать тут.

— Стой, арнар! — она ухватила его за локоть. — У тебя вэр в атар, прямо как у моей сестры. Ты, без сомнения, её мэйнар.

— Поэтому я не могу просто стоять на месте, пока этот ублюдок там с ней…

Оин проглотил свой страх, но не мучительное ощущение, что Рэйна где-то рядом, за тонкой преградой, но он никак не может до неё дотянуться.

Сай что-то коротко сказал Рюне, указав подбородком в сторону Древа.

— Ты прав, — согласилась она, затем снова обратилась к Оину. — Чтобы заполучить слово, Фиелу придётся привести Рэйну сюда. Хочет он того или нет.

Оин стиснул зубы. Отошёл от них и приготовился ждать.

Он будто оказался в дурном сне, из которого не выбраться. Эйден был прав: пока он был отрезан от памяти, мыслилось трезвее. Он нуждался в плане, хоть в чём-то надёжном, что вытеснило бы из головы тревогу и зов Иш’Дана. Он не прекращался ни на минуту с тех пор, как Оин пересёк границу храма. Шёпот снова и снова прокатывался по сознанию грозным эхом. Сколько нужно пробыть здесь, чтобы это начало сводить с ума? Чтобы захотеть откликнуться…

Оин поморщился и поднял взгляд на Древо. Рюна тоже потеряла спокойствие и уже с минуту как мерила шагами пространство перед ним. Сай что-то тихо говорил ей, будто пытался успокоить.

— Как это случилось? — спросил вдруг Оин.

Рюна повернула голову.

— Что именно?

— Как Древо забрало сердце твоего брата? — уточнил Оин.

Сай прищурился, переводя настороженный взгляд с него на Рюну. Видимо, почувствовал, что вопрос задел её.

— Ма саи, арнар? — спросил он. — Ма?

— Осаи ваРайден рэн-маи, — хмуро ответила она.

— Рэн-маи… — повторил Оин. — То же, что шепчет Иш’Дан. Что это значит?

Сай резко мотнул головой.

— Най’саи, Оин-дан!

Оин с удивлением отметил, что Сиенит впервые обратился к нему по имени. Однако насторожило то, как он схватил Рюну за запястье, явно не желая, чтобы та продолжала разговор. Но она упрямо проговорила:

— Чтобы отдать Сердце Древу, нужно быть Аэл и просить его принять рэн-маи.

— То есть быть Молнией и попросить о… смерти? — перевёл Оин.

Она кивнула.

Оин нахмурился от того, как всё просто. Он представлял целый ритуал с кинжалами и кровью.

— Дар, отданный Древу, — не смерть, — тихо произнесла Рюна, снова скользнув взглядом по его груди. — А доказательство, что ты достоин носить Аэл в сердце.

Сай отпустил её и медленно отступил, качая головой.

— Рэйна-вей най’тэйла.

Рюна поджала губы, будто его слова принесли ей боль.

— Что он сказал о Рэйне? — встревожился Оин.

Она не успела ответить.

Из глубины прохода донёсся стук шагов. Но раньше того Оин ощутил, как что-то воспламенилось у него под рёбрами.

Связь.

Он метнулся на месте, будто его дёрнули за невидимую нить, и всеми силами потянулся за ней к Рэйне. Но словно уткнулся в стену.

Вскоре на пороге зала появились люди. Увидев их, Рюна протянула ладонь к рукояти кинжала и встала рядом с Оином. Сай встал по другую сторону от него.

Фиел шёл во главе небольшого отряда Сиенитов. Их каменные лица остановили Оина от желания ринуться на их вожака и вцепиться ему в глотку. Единственным светлым пятном среди них была Рэйна — как одинокий зелёный росток на фоне тёмного леса. Без меча она казалась совсем невесомой и следовала за Фиелом с леденящей душу обречённостью.

Он смотрел на неё и будто заново узнавал каждую черту. Видеть её такой сломленной оказалось больнее, чем не помнить вовсе.

Завидев троицу возле Древа, Фиел криво усмехнулся. Шага не сбавил, только бросил себе под нос несколько злых слов. Рэйна услышала и подняла растерянные глаза.

Увидев Рюну, она удивилась. Затем взгляд её скользнул дальше — на Оина.

Ей понадобилось несколько мгновений, чтобы осознать его присутствие. Когда узнавание всё-таки пришло, лицо Рэйны резко изменилось. Оин почувствовал, как неприятно дёрнуло связь с её стороны. Это было не облегчение, а настоящий страх. Он стёр с её лица остатки отрешённости.

Рэйна метнула взгляд обратно к сестре — короткий и отчаянный, словно пыталась спросить: зачем ты привела его сюда?

Рюна виновато отвела глаза. Оин не видел этого, сосредоточившись на вооружённых Сиенитах за спиной Рэйны. Вместе с Фиелом их было пятеро. И всего один Нефелин. Чутьё подтвердило это, промолчав: с Дэанором оно уже было знакомо.

Заметив, что рука Дэанора лежит на плече Рэйны, он вдруг понял, почему всё это время ощущал только связь, но не её саму. От руки Нефелина к шее Рэйны тянулась тонкая вязь мор, обхватывая её тёмным ободком: заклинание, подавляющее шиёсо.

Сиениты с заложницей сбавили шаг и остановились возле Древа.

— Фиел-дан! — Рюна вышагнула перед ним, едва не выхватив кинжал. — Мне известно, что ты преступил закон и понесёшь за это ответ перед общинами!

— Осторожнее с бравадами, Рюна-рин, — он перехватил её речь, как слабо брошенный камень. — Обвинения без доказательств — дело серьёзное. Ты же не хочешь войти в общину своего мэйнара, как злоязычница?

Фиел многозначительно глянул на Сая, когда тот прорычал что-то в ответ. Оин разобрал лишь вей. Видимо, молодой Сиенит потребовал должного уважения к своей мэйнарэ.

— Когда отец узнает, что ты сделал, ты заплатишь…

Фиел усмехнулся.

— Знание без доказательств тирны не весит. Когда принесёшь их Рэйнар-наиру, тогда и поговорим. А пока мы с твоей сестрой заключим обещанный мне союз.

Пока они спорили, Оин быстро посмотрел на Рэйну.

В холодном нефритовом свете её лицо казалось обескровленным. Она всё ещё смотрела на него как на незваный призрак — будто не Сиениты, а он был здесь всему угрозой.

Он не умел управлять связью так, как Рэйна, не мог заслонить её от собственных переживаний. Поэтому заставил себя успокоиться, угомонить весь ворох чувств, что гремел внутри последние часы, и оставил только одно: он здесь — с ней.

Всё будет хорошо.

Она едва заметно кивнула. Во взгляде ещё держался страх, но отчаяние отступило. Вместо него зажглось знакомое упрямство.

Их немой разговор не ускользнул от Фиела.

— Вижу, память снова при тебе, арнар.

Оин вышел вперёд, закрыв собой Рюну, стараясь не совершать резких движений, словно двигался перед оскалившимся зверем. Тщательно обдумывая, что сказать, он задался вопросом: сколько людей из присутствующих уже посвящены в дела Фиела с Теневым? Судя