Сердце Молнии - Йона

— Она… не согласится… — Оин с трудом ворочал языком, сглатывая кровь. — Никогда… не примет тебя…

— Мне не нужно, чтобы она принимала. Достаточно, чтобы исполняла долг. Рэйна — истинная дочь гор. Долг перед кланом для неё превыше всего. Даже вашей связи. А покорности можно добиться. У любого человека есть предел. Другой вопрос, сколько в тебе милосердия, чтобы избавить её от страданий?

Холод медленно вполз в позвоночник Оина: одно дело страдать самому, другое — знать, что настоящий удар придётся по ней…

— Последний шанс, арнар, — Фиел тряхнул его за волосы. — Откажись от связи.

Оин молчал несколько секунд. Потом облизнул кровь с губы, натёкшую из носа.

— Иди… в Пекло…

— Как знаешь.

Фиел резко отпихнул его. Голова Оина мотнулась в сторону, ударившись затылком о столб.

— Дэанор!

Снизу хлопнула дверь, и послышались быстрые шаги. Пока приспешник Фиела поднимался, тот снова обернулся к Оину:

— Когда я наконец сотру эту грязь с её груди, я вернусь, и лично вырежу твоё сердце. Надеюсь, твоим последним словом будет мольба, чтобы я удобрил тобой цветы под её окном.

Оин собрал кровь, натёкшую в рот, и плюнул ему под ноги. Но промазал, и тёмная слюна угодила на сапог Дэанора. Тот с отвращением выругался и хотел было поквитаться, но Фиел остановил его и что-то бегло проговорил на тригорском.

Затем оба покинули его.

Оин ещё слышал их шаги за дверью, потом и они стихли. Вслед за жаром после удара по лицу медленно расползлась боль. Он опустил голову, не имея больше сил сражаться с усталостью и верёвками.

От бессилия хотелось просто выть.

Тихий шорох рядом заставил его вновь вскинуть голову.

— Ты? — Он изумлённо уставился на Рюну, возникшую из ниоткуда. — Всё это время ты была…

— Да, арнар.

Увидев, что остриё кинжала направлен ему в сердце, он даже не удивился. Только напрягся ожидая удара.

Кинжал сверкнул.

Оин повалился на пол под треск разрезанных верёвок. Рюна не дала ему вздохнуть полной грудью, тут же схватила за ворот и дёрнула на себя.

— Силы Тригорья! — ахнула она, глянув на метку.

— Ты слышала Фиела?..

— Слышала, — её голос дрогнул от гнева. — Этот шан’кха за всё заплатит!

Рюна убрала кинжал за пояс и подала ему руку. Оин поднялся и тут же схватился за опорный столб — стоило выпрямиться, как мельница качнулась перед глазами. Он переждал головокружение. Тронул нос. Убедился, что тот не сломан, и шагнул к лестнице.

— Стой, арнар, — Рюна увязалась следом. — Мы в тишине. А снаружи наверняка Сиениты.

Оин опомнился и остановился перед дверью.

Проклятье.

Бурая рябь, затянувшая стены, не походила на привычную печать. Он не смог прочесть ни единой моры, сотканной сиенитовым шиёсо. При других обстоятельствах он сумел бы разобраться в устройстве этой печати, но сейчас символы расплывались перед глазами, а в голове звенело так, что трудно было удержать даже собственную мысль.

Оин снова коснулся разбитого носа. Тут же пожалел об этом и отдёрнул руку. Рюна стояла рядом с закрытыми глазами, будто пыталась расслышать, что находится по ту сторону тишины.

— Твой дар спит? — хрипло спросил он. Горло ещё саднило от натёкшей крови.

— Нет конечно. Разве не видишь, я в селдане, — она развела руки, демонстрируя накидку.

— Так ты можешь сломать печать или нет? — не понял он.

Она мотнула головой, не открывая глаз.

— Я не знаю техник Сиенитов. У них свои плетения.

— Неужели нет выхода?

— Ва мири, арнар, — шикнула Рюна. — Ты мешаешь.

Она втянула воздух и сосредоточившись на чём-то своём.

Оин увидел, как на её груди под туникой проступает зеленоватое свечение. Метка.

Ещё какое-то время барьер оставался на месте, как натянутое кровавое нутро мельницы.

Оин уже хотел спросить, чего именно Рюна пытается добиться, когда все моры разом вспыхнули и погасли.

Дверь сразу же распахнулась. И на пороге возник молодой Сиенит.

Его глаза, острые как стёкла, нашли сперва Рюну. Затем — Оина. И лицо мгновенно изменилось. Он что-то резко выкрикнул и потянулся к своему короткому мечу на поясе.

Оин не разобрал ни слова. Кровь уже ударила в голову, и он шагнул навстречу.

Не успели они вцепиться друг в друга, как Рюна метнула между ними юркую молнию.

— Най’варн, Сай! — воскликнула она, разводя их по сторонам руками. — Арнар мэйнар ва Рэйна.

Сиенит оторопело застыл, держа руку на рукояти меча.

— Мэйнар ва… Рэйна-вей? — переспросил он и оглядел Оина с головы до ног — его разбитое лицо, пустой рукав, расстёгнутый ворот.

Оин ответил ему таким же неприязненным взглядом.

Дальше Рюна принялась быстро передавать парню всё услышанное в мельнице. С каждым словом его лицо мрачнело всё сильнее.

Не было времени ждать, пока они разберутся. Оин уже выбрался наружу, где в дрожащем свете факела увидел двух Сиенитов, лежащих у мельницы без движения.

— Стой, арнар! — Рюна выбежала за ним. — Сай из Серых Сиенитов. Он…

— Твой мэйнар, — бросил он. — Догадался.

— Он может убрать заслон у тебя в голове, — договорила она.

Оин остановился и обернулся к парню. Мысль, что Сиенит снова будет копошиться у него в голове, ему не понравилась. Но раздумывать он не стал.

— Делай.

Сай подошёл ближе. Поднёс ладонь к его виску и в голове сразу что-то щёлкнуло, будто провернулся ключ.

Оин ощутил всё.

Воспоминания обрушились на него тяжёлой волной, словно прорвали плотину. Без порядка и передышки. Сначала пришли ощущения. Касания и взгляды. Зелёные глаза — искры… Всё, что было украдено разом вернулось к нему. Следом ворвались смятые вспышки недавнего прошлого, умещая в секунды целые месяцы событий.

Оин захлебнулся на вдохе и потерял опору. Одно воспоминание за другим било под рёбра, будто в грудь разом пыталась втиснуться целая вселенная.

Вспышка яркой нефритовой молнии резанула по глазам и стенам комнаты, подсветив серые лица Сиенитов…

Прости меня!

Слова на прощание резанули его перед тем, как чужие руки забрали её, вырвали испуганную из его объятия.

Рэйна!

— …ва мири!

Следом вернулась память об оглушающей пустоте. Оин захлебнулся яростью, отчаянием и вернувшейся болью. Метка жгла грудь, словно пустила в неё раскалённые корни.

Он не вынесет этого. Не вынесет…

— Шэйна ва мири! — встревоженный голос ворвался в хаос его сознания.

— Успокой Сердце, арнар!

Оин открыл глаза, хватая ртом воздух, и увидел перед собой два бледных перепуганных лица Рюны и Сая. Голова казалась набитой битым стеклом.

Сай подхватил его под левую руку, перекинул её себе через плечо и помог подняться. Едва удержавшись на ногах, Оин развернулся к домам и пошёл, ведомый одной-единственной мыслью…

— Куда ты? —