Легендарные королевы. Екатерина Арагонская, Елизавета I Английская, Екатерина Великая, Шарлотта Мексиканская, Императрица Цыси - Кристина Морато

и легендарный образ по всему королевству. Венецианский посол писал в 1517 году, что королева добилась помилования для четырехсот заключенных, приговоренных к повешению за мятеж: «Наша милосердная и исполненная сострадания королева со слезами на глазах и стоя на коленях выпросила у Его Величества прощение, пока народ ликовал от радости».

Екатерина пользовалась любовью своих подданных, но тревога из-за невозможности подарить наследника мужского пола омрачала ее дни, словно «яд, медленно разъедающий изнутри». У нее были и другие заботы: из Испании приходили лишь печальные вести о ее семье. Ее отец, король Фердинанд, которому уже исполнилось 63 года, все более тревожился, потому что его юная супруга, королева Жермена де Фуа, так и не родила ему сына. В отчаянной попытке родить наследника престарелый монарх прибегал к сильнодействующим афродизиакам, что серьезно подорвало его здоровье. Но больше всего Екатерину огорчала судьба ее сестры Хуаны, законной королевы Кастилии и Арагона. В 1509 году отец Екатерины заключил Хуану в замок Тордесильяс в Вальядолиде. Король настаивал, что она сошла с ума и не способна править, но Екатерина знала, что ее сестру предали те, кто должен был защищать ее, и что она стала жертвой коварных интриг собственного отца. Несмотря на это, Екатерина оставалась преданной Фердинанду и молилась о его здоровье.

18 февраля 1516 года, в четыре часа утра, в королевском дворце Гринвич королева Екатерина родила девочку. Роды были долгими и тяжелыми, но младенец родился крепким и здоровым. Девочку назвали Марией в честь младшей сестры Генриха. Хотя новорожденная была не тем долгожданным наследником мужского пола, супруги были счастливы. И это было вполне естественно, ведь за семь лет брака королева пережила уже пять беременностей. Поскольку родилась принцесса, празднования были скромнее, и послы ждали дня крещения, чтобы поздравить короля. Представитель Венеции сказал Генриху, что «все обрадовались бы больше, если бы это был мальчик». Но король, пребывавший в хорошем настроении и довольный тем, что и жена, и ребенок здоровы, ответил: «Мы еще молоды. Если на этот раз это девочка, то по милости Божьей будут и мальчики».

В эти счастливые для Екатерины дни известие о смерти ее отца Фердинанда принесло ей глубокую скорбь. На самом деле он умер несколькими неделями ранее, но весть скрыли от нее, чтобы горе не повлияло на ее здоровье в последние недели беременности. Королева сожалела, что не смогла сообщить ему, что Бог наконец даровал ей здоровую дочь. Прошло 15 лет с тех пор, как они виделись в последний раз, и, несмотря на поведение отца, которое принесло ей столько несчастий с момента ее прибытия в Англию, Екатерина всегда оставалась ему верна и относилась с уважением. Она организовала торжественную мессу в его память, но Генрих, не простивший Фердинанду его измен, на нее не пришел.

Фердинанд умер, так и не дождавшись наследника мужского пола от своей второй жены. Его преемником стал Карл Габсбург, сын несчастной Хуаны и племянник Екатерины. Молодой принц, которому едва исполнилось 16 лет и которого она никогда не видела, унаследовал короны Кастилии и Арагона, в то время как его мать, королева Хуана Кастильская, оставалась в заточении. Екатерина предчувствовала, что Карлу будет нелегко: он был иностранцем, почти не говорившим по-испански, и воспитывался в строгости при дворе Маргариты Австрийской, вдали от своего народа.

Король и королева Англии были в восторге от своей маленькой дочери Марии, которая с самого раннего возраста проявляла живость характера и недюжинные способности. Генрих с гордостью хвастался перед послами: «Эта девочка никогда не плачет» – и был с ней очень ласков. По традиции дома Тюдоров, когда принцессе исполнялось семь лет, начиналась ее официальная подготовка. Екатерина твердо решила воспитать дочь как будущую королеву и лично занялась ее образованием, желая, чтобы Генрих гордился своей единственной дочерью. Будучи одной из самых образованных принцесс Европы, она, по примеру своей матери, выбрала лучших учителей и наставников. Чтобы заняться обучением принцессы Марии, выдающийся испанский гуманист Хуан Луис Вивес прибыл ко двору в Гринвиче. После отъезда фрая Диего этот ученый был единственным, с кем королева могла вести беседы на родном языке и делиться своими размышлениями. У Екатерины были большие планы на дочь, которой она предрекала славное будущее. Она выбрала Вивеса именно потому, что тот отстаивал право на образование всех женщин вне зависимости от их происхождения и положения.

1517 год принес королеве новые беды и страдания. По всей Англии начала стремительно распространяться новая и особо опасная эпидемия «английского пота».

Весь двор перебрался в Виндзор, спасаясь от страшной эпидемии, которая опустошала Лондон. Летом 1518 года король Генрих очень тревожился за свою супругу – Екатерина снова была беременна, а вспышка болезни все еще не утихала. Из столицы поступали ужасные вести: от недуга, унесшего 16 лет назад жизнь принца Артура, погибла уже десятая часть населения. В течение следующих месяцев королевская чета переезжала из одной загородной резиденции в другую, сопровождаемая лишь небольшой частью двора, чтобы держаться подальше от наиболее зараженных районов. Официальное объявление о беременности королевы Екатерины, событии, «так страстно ожидаемом всем королевством», как выразился один из послов, состоялось в начале июля. Эти месяцы стали для Екатерины вторым медовым месяцем: король отказался возвращаться в Лондон и остался рядом с женой, опасаясь очередного выкидыша. В конфиденциальном письме к Уолси он писал: «Королева, моя супруга, беременна, и я не хочу сейчас ее тревожить, поскольку это наиболее опасный момент». Все, от папы римского и иностранных послов при английском дворе до простого народа, затаив дыхание ждали рождения наследника.

Через шесть месяцев эпидемия пошла на спад, и королевский двор смог вернуться в Лондон. Генрих стал внимательнее к своей супруге, почти каждую ночь он ужинал с ней и навещал ее в спальне. Маленькая принцесса Мария была в добром здравии и отличалась живым нравом. Она унаследовала рыжеватые волосы отца и голубые глаза матери. Ее рождение сблизило родителей, но король продолжал встречаться со своей молодой фавориткой Бесс Блаунт. В те дни королева была занята подготовкой к церемонии обручения своей дочери, хотя жених ей не нравился. Избранником стал дофин, сын Франциска I и королевы Клод Французской. Союз с Францией был мечтой Уолси, и королева не захотела вступать в открытый конфликт с могущественным кардиналом и вела себя с присущим ей достоинством. Торжественная церемония состоялась в залах дворца Гринвич, и, хотя Марии было всего два года, а ее жениху семь месяцев, в подобном соглашении не было ничего удивительного. Сама Екатерина была обручена с принцем Артуром, когда ей исполнилось