Две стороны одной измены - Полина Рей

– Худой и измождённый? – тупо переспросил он, но врач пояснить очевидное не успела, когда вмешалась Альбина:

– Вы все привыкли, что дети должны быть жирными и щекастыми. Но это уже давно в прошлом. Стройный ребёнок – это абсолютная и здравая норма! И если у вас всё – можете быть свободны. Мы сдадим все анализы, но в платной нормальной клинике.

Она сложила руки на груди и смерила Тимофея таким взглядом, от которого он почуял себя не в своей шкуре. И он бы ответил то, что вертелось на языке, но понимал, что лучше будет промолчать. Уж если реально он не ошибся и их действительно могли взять за Фаберже сотрудники опеки, сейчас не стоит переругиваться при врачах.

– Все рекомендации выпишет вам участковый врач, – откликнулась докторица, которая на Алю особого внимания не обращала, сосредоточив его на Васине. – Завтра он придёт для осмотра.

Альбина тут же всплеснула руками.

– Я же сказала, что мы наблюдаемся в нормальной платной клинике! Никаких этих ваших бюджетных историй нам не нужно.

Подойдя к двери в детскую, она распахнула её шире, явно намекая на то, что врачам пора на выход. И те, разумеется, не стали оставаться. Засобирались, забрали свои чемоданчики и прочее, после чего покинули квартиру.

Когда же за ними закрылась дверь, Тимофей чуть ли не взвыл:

– Ты слышала, что они сказали? Наш ребёнок – практически дистрофик!

Конечно, Васин гипертрофировал, но не слишком-то сильно преувеличил. С другой стороны, хорошо, что это всё случилось именно сейчас. Теперь, когда они стали жить вместе, контролировать то, как питается Денис, будет гораздо проще.

– Не мели ерунды! – отрезала Аля. – Он – совершенно нормотипичный четырёхлетка. Эти все докторишки – они из того времени, когда младенцев закармливали с трёх месяцев манной кашей, отчего они были толстыми и неповоротливыми. Но сейчас совершенно другие стандарты!

Стандарты! Она так говорила о собственном ребёнке, словно он должен был отвечать каким-то общим требованиям. Или не общим, а наоборот – извращённым Альбининым?

– Если завтра у нас не появятся органы опеки, я очень сильно удивлюсь, – мрачно проговорил он, высказывая те опасения, которые были весьма актуальными.

И, наконец, хоть что-то на Альбину повоздействовало. Она сначала застыла, глядя на него с непониманием, затем тряхнула головой и переспросила:

– Органы опеки?

Ну слава яйцам! До кое-кого стало доходить.

– Именно так, Аля, – мрачно откликнулся Васин. – Ты что, не знаешь, что им достаточно крохотного косяка, чтобы решить, будто мы дерьмовые родители и нас нужно замучить проверками?

Денис снова провалился в сон, больше похожий на забытье. Тимофей понизил голос, чтобы не разбудить сына, но в то же время уходить из его комнаты не спешил. Планировал остаться здесь на остаток ночи, который, скорее всего, тоже будет бессонным.

– Мама приедет и всё решит, – проговорила Альбина, и в голосе её зазвучала сталь.

Конечно, Аля была в некотором роде права. Снежана – женщина со связями, которые уж точно пустит в ход, если речь пойдёт об угрозе попасть на карандаш туда, куда бы не хотелось.

С другой стороны, Васин бы предпочёл, чтобы до Али дошло: они просто обязаны выполнять свои родительские функции более чётко. И если их сын не поел за ужином чёртовых чернильных спагетти, накормить его чем-то более подходящим маленькому ребёнку!

– Иди спать, я останусь с Деном и прослежу, чтобы у него больше не поднимался жар, – устало проговорил Тимофей, когда понял, что нет никаких сил на то, чтобы и дальше пререкаться или что-то выяснять с Альбиной.

– Тебе нужно было всего лишь послушать меня и не заниматься всей этой ерундой! – строго проговорила Аля, прежде чем покинуть детскую. – Он уже не раз так болел и всё обходилось без скорых и прочих историй!

Она начала заводиться, но до чего-то масштабного не дошло. Альбина просто постояла немного на пороге, после чего ушла. И Васин, который остался наедине с Денисом, задался вопросом: в какой момент он упустил возможность взять бразды управления семейными делами в свои руки? У него ведь с Леной всё было совершенно иначе, и жена всегда делала всё так, как нужно ему.

Так почему же сейчас это не сработало с Альбиной?

ГЛАВА 10

ГЛАВА 10

– Cнежана?

Алексей прохрипел это имя, потому что последний человек, которого он рассчитывал увидеть сегодня на пороге своего дома, была мать Альбины.

И она к нему явилась. Одна и без предупреждения.

– Да, Снежана, – кивнула та, кого Алексей вообще бы не желал лицезреть.

Никогда.

Но она пришла.

– Ты в курсе, что я тут живу с женой? – зашипел он прямо ей в лицо, на что она лишь пожала плечами и, отстранив его со своего пути, прошла в квартиру.

– В курсе. И тебе повезло, что она сейчас не дома. Так ведь?

Снежана склонила голову набок и посмотрела на него с каким-то исследовательским интересом. Она часто так делала в прошлом – когда только начали встречаться. И Алексею казалось порой, что перед ним гюрза. Или кобра. Которая атакует и всё – поминай как звали.

Он и извернулся-то только чудом, когда сходил налево. Вдруг понял, что натворил дел, и что ему расплачиваться придётся семьёй. И в голове словно бы щёлкнуло нечто, переключилось как тумблер. А последствия остались.

Сначала Алексей приезжал к Снежане и их дочери. Играл в какие-то игры, когда казалось, что можно просто побыть папой выходного дня, и всё рассосётся. А потом осознал, что Альбина становится всё агрессивнее, ей всё больше нужно внимания. Он не был готов его давать. Потому что терзало чувство вины. И тогда Алексей решил, что нужно оборвать общение.

Он уже очень сильно подставил старшую дочь, хотя бы тем, что познакомил Алю с мужем Лены. Теперь придётся отвечать за свои поступки.

– Нам обоим повезло, – мрачно откликнулся Алексей. – Говори, за чем пришла.

Снежана улыбнулась натянуто и холодно, устроилась на банкетке, хотя её никто не приглашал присесть.

– Я хочу, чтобы ты оформил на нашу дочь квартиру, в которой живут Аля и её будущий муж. Так будет правильно.

Она только произнесла эти слова, а у Алексея уже дрожь по телу