Космология и практика сибирского шаманизма - Елена Вадимовна Нам

дает несколько отличную от вышеприведенной классификацию. Она выделяет шаманов, общавшихся с небесными и подземными духами, и самбана, провожавших души умерших. При этом отмечается, что шаманы самбана не имели специального костюма [247]. П. Хайду в шаманскую классификацию ненцев добавлял еще представителей самого низшего класса – толкователей снов [248].

У нганасан отмечено также увеличение шаманской силы в процессе становления шамана и соответствующее изменение его статуса среди соплеменников. Так, пройдя посвящение сном или будучи отмеченным одним из нго, или победив своего дямада, человек уже считается маленьким шаманчиком – алыгаку ңадянку. Через полгода-год у начинающего шамана (ңадемтате) появляется туоптуси (подпевала, переводчик, зачинщик). Затем будущий шаман последовательно получает головной убор, перчатки, нагрудник, обувь, бубен с колотушкой и, наконец, верхнюю одежду – кафтан или парку. По мере возмужания шамана меняется его место камлания в чуме. Сначала он шаманит на левой половине чума, по мере увеличения шаманской силы передвигается все ближе к месту сыноние (за очагом против двери на северной стороне). Только надев полный костюм, он имеет право сесть на это место [249].

Относительно селькупов речь уже шла о шаманах категорий сымпытыль қуп и қамытырыль қуп. К вышесказанному можно добавить, что қамытырыль қуп камлали в темном чуме без бубна, при этом они садились на медвежью шкуру, что означало их связь с духами нижнего мира. Шаманы этой категории не имели полного костюма, а лишь головной убор, фартук-нагрудник, колотушку, иногда бубен. Но этими предметами они никогда не пользовались во время камлания [250]. Шаманы сымпытыль қуп, камлавшие в светлом чуме, имели специальное облачение, камлали с бубном и колотушкой, как в верхний, так и в нижний миры [251]. Селькупских шаманов могли называть еще одним термином – қÿтäптыпыль қуп – ʻгрезящий, видящий необычное человекʼ [252]. Слово происходит от селькупского қÿтаптä – ʻсновидение, сонʼ. А толкованием снов у селькупов обычно занимались шаманы [253]. По всей видимости, термин қÿтäптыпыль қуп не означает отдельной категории, а служит лишь описанием отдельных особенностей шаманов.

Сложная система ранжирования шаманов была отмечена А. А. Поповым у долган. Ее особенностью является достаточно большое количество лиц, имеющих статус слабых шаманов. К числу таких шаманов относились аку ойун – бесполезный, «зря распевающий» шаман и мэнэрик ойун – «безумно распевающий» шаман. Последний хотя и получал бубен, но имел слабосильных духов-помощников и поэтому приносил мало пользы. Моулин ойун – шаман, который получал свой дар от Ылгын айыы – Младшего айыы, считался доброжелательным, но тоже слабосильным. Он имел бубен и костюм, но не мог подниматься выше третьего неба. Уостуган ойун – шаман, имеющий удила, был сильнее первых трех, но тоже слабым, мог подниматься до четвертого или шестого неба, а также совершал путешествия в нижний мир. Болезни после лечения уостуган ойуна снова возвращались к людям. Ылгын ойун – младший шаман – мог излечивать только мелкие болезни, имел бубен, костюм и другие атрибуты и «вынянчивался» при жизни до семи раз. Орто ойун – средний шаман – мог излечивать средние болезни, хотя «вынянчивался» при жизни тоже до семи раз. Атыыр ойун – великий шаман, или улакан ойун – большой шаман, или huр тюннюге ойун – ʻокно земли шаманʼ, не только излечивал все болезни, но после последнего, девятого, «вынянчивания» якобы мог воскрешать умерших [254].

Несмотря на наличие большого количества общих черт в долганском и якутском шаманизме, у якутов не было отмечено такой разработанной классификации шаманов. При ранжировании шаманов якуты употребляли выражение ʻбиир мутук урдук ойунʼ – ʻшаман выше другого шамана на один сукʼ [255]. Известно, что души якутских шаманов воспитывались в ветвях или дуплах особого шаманского дерева, и сила их зависела от того, где проходило воспитание: у сильных – на верхушке дерева, у средних – на середине, а у малых шаманов – у нижних ветвей [256]. Якуты также различали шаманов, воспитывавшихся у духов верхнего, нижнего и среднего миров. Известно было и деление шаманов на добрых (аjы оjyна – шаман добрых божеств) и злых (абасы оjyна – шаман злых духов, сiäмäх оjyна – поедающий, умерщвляющий шаман) [257]. По фольклорным материалам можно установить наличие в прошлом белых и черных шаманок: айыы удаган и сиэмэх удаган[258].

Среди тюркских народов, кроме долган и якутов, интересна классификация хакасских шаманов. Низшую и самую многочисленную часть шаманов представляли чаланчики (от чаланча – отправляться пешим). Они не имели шаманского костюма и бубна, не проходили посвящения, но обладали небольшим отрядом духов и занимались лечением людей при помощи обмахивания. В качестве ритуального инструмента они могли использовать черный платок, черную мужскую одежду или ветвь березы с лентами «чалама». К категории небольших, средних шаманов относились пулгосы, которые имели один бубен и простой шаманский наряд, занимались в основном лечебной практикой. Пудгуры считались великими камами, имели одновременно до девяти бубнов, особый костюм и огромную армию духов. Пудгуры лечили от бесплодия женщин, занимались предотвращением эпидемий скота, сопровождали души умерших в царство мертвых, руководили горными жертвоприношениями. Пудгуры и пулгосы назывались общим именем ʻаттыг хамнарʼ, то есть ʻшаманы, имеющие бубныʼ (букв. конные) [259].

Относительно алтайского шаманизма нет достаточных данных, позволяющих говорить о существующей или существовавшей в прошлом классификации. А. В. Анохин делил алтайских шаманов на имеющих маньяк (шаманский кафтан) и тех, кто совершал служение без маньяков. Все алтайские шаманы и шаманки в первые годы совершают служение без маньяков. Шаманы, не совершающие камланий Эрлику, называются аk kам (белые шаманы) и не имеют маньяков (манjаkы jok kам). Шаманы, совершающие служение всем тëсям, имеют маньяки (манjаkту jok kам) и называются kара kам (черный шаман) [260]. Согласно Е. Д. Прокофьевой, белые шаманы камлали в белом холщовом халате, украшенном нашивками и тремя лентами [261]. Л. П. Потапов выделил термин jelviči, который был одним из наименований шамана в древнетюркское время, и предположил, что в названиях кам и jelviči могло быть отражено различие по линии ритуальной специализации шаманов в почитании божеств и духов небесного и подземного миров. Однако это осталось лишь предположением [262]. Вместе с тем он отмечал, что каждый из шаманов, камлавших во всех зонах Вселенной, имел четырех персонифицированных духов-покровителей и помощников, три из которых относились к верхнему, среднему и нижнему миру, а четвертым был дух-предок умершего шамана [263].

Шаманская традиция хантов и манси отличается своеобразием и, в частности,