Мое влечение - Кирра Вейн

Я подошла, и он схватил меня за руку, потянул на себя. Я упала в его объятья на мягкую постель, и в ту же секунду мой халат улетел куда-то в сторону, оставляя меня полностью обнажённой перед ним. Он быстро снял свою футболку, и я на мгновение замерла, глядя на его торс. Широкие плечи, мощная грудь, рельефные мышцы, покрытые лёгкой светлой растительностью, которая при свете лампы отливала золотом. И шрамы. Множество шрамов — старые, почти белые линии, которые пересекали его тело, как карта неизведанных дорог. Один начинался у ребра и уходил куда-то вниз, другой пересекал плечо, ещё один был возле ключицы.

Я хотела спросить о них, но не успела.

Он накинулся на меня с поцелуями — жадными, глубокими, от которых у меня кружилась голова. Его руки сжимали и разжимали мою грудь, пальцы касались сосков, и я выгибалась под ним, чувствуя, как внутри разгорается огонь с новой ошеломляющей силой. Его губы переместились на мою грудь — он облизывал и сосал соски, и я стонала, не в силах сдерживаться, вцепившись пальцами в его плечи. Его руки гладили мои бедра, сжимали их, поднимали выше, оглаживали внутреннюю поверхность ног, и я чувствовала, как его пальцы касаются меня там, где я уже была влажной и готовой.

— Ты такая красивая, что пиздец, — хрипел он, и дыхание его было прерывистым, срывающимся.

Он расстегнул свои джинсы, стянул их вместе с боксерами, и я увидела, как распирает его член. Огромный, твёрдый, с пульсирующей жилкой — мне было страшно на него смотреть, но в то же время не могла отвести взгляд. Он был таким большим, что у меня перехватило дыхание. «У большого мужика — большой член. Какое клише», — подумала я, пытаясь справиться с нарастающей паникой.

Он взял мою руку и положил на свой член — горячий, шелковистый на ощупь.

— Попривыкай немного, принцесса, — сказал он, и в голосе его звучала усмешка, смешанная с хрипотой.

Я лежала под ним, полностью голая, чувствуя себя одновременно смущённой до красноты в щеках и безумно возбуждённой. Его засосы горели на моей шее и груди — я знала, что утром они будут видны, и мне было всё равно. Он двигался ко мне, уже почти накрыв меня своим телом, готовый войти в меня, и я затаила дыхание, чувствуя, как его член касается моего влажного входа...

И тут зазвонил его телефон.

Руслан замер. В его глазах мелькнула досада, смешанная с яростью — такая мгновенная, что я испугалась. Его челюсть сжалась, и он на мгновение закрыл глаза, делая глубокий вдох.

— Блядь, — выдохнул он, отрываясь от меня и потянувшись к тумбочке, где лежал телефон. Он посмотрел на экран, и я видела, как его лицо меняется — напряжение, которое секунду назад было сексуальным, превращалось в боевое. Стальным становился взгляд, стальными становились линии губ.

— Слушаю, — сказал он в трубку уже совсем другим голосом — серьёзным, офицерским, не терпящим возражений.

Он слушал, и я видела, как его глаза сужаются, как пальцы сжимают телефон до побелевших костяшек.

— Что значит прямо сейчас? — переспросил он резко, и голос его резал воздух, как лезвие.

Кто-то на том конце говорил быстро, настойчиво — я слышала отрывистые звуки голоса, но не могла разобрать слов.

— Понял, — отрезал он. — Ничего не предпринимать. Скоро буду. Ждите.

Он бросил телефон на кровать, не глядя, и уронил голову мне в шею. Я чувствовала, как он тяжело дышит, как его тело дрожит от напряжения, как мышцы спины напряжены до предела. Его член всё ещё был твёрдым и прижимался к моему бедру.

— Чёрт, маленькая, — выдохнул он, и голос его был глухим, полным разочарования. — Мне срочно нужно уехать.

— Сейчас? — переспросила я, а внутри всё обрывалось, в груди становилось пусто и холодно.

Он поднял голову и посмотрел на меня. В его глазах была такая мука из-за того, что мы не закончили. Он провёл ладонью по моей щеке, и прикосновение его было нежным, почти ласковым, таким контрастным с тем, что было секунду назад.

— Да. Сейчас. Если бы не это, меня бы от тебя хер оторвали. Из тебя. — Он усмехнулся, но улыбка получилась кривой и горькой. — Ты даже не представляешь, как мне тяжело уходить.

Он встал с кровати, и я увидела, как его тело всё ещё напряжено, как ему трудно. Он быстро натянул боксеры и джинсы, застегнул их и поморщился от прикосновения ткани к возбуждённому члену. Надел футболку, провёл рукой по голове, приводя мысли в порядок. Я сидела на кровати, прикрываясь халатом, и чувствовала себя очень растерянной.

Он уже был у двери, но остановился и обернулся. Посмотрел на меня — на мои растрёпанные волосы, на засосы на шее, на то, как я сжимаю халат у груди. Подошёл ко мне, наклонился и поцеловал в лоб — долгим, тёплым поцелуем, от которого у меня защипало в глазах.

— Спокойной ночи, — сказал он и пошел на выход.

Дверь закрылась. Через несколько минут я услышала, как за окном завелся двигатель, и машина уехала.

Я осталась одна.

Сидела на кровати, прижимая к груди шёлковый халат, и смотрела на закрытую дверь. В голове было пусто и звонко. Эйфория ушла, оставив после себя странную, тягучую пустоту, которая заполняла каждую клеточку моего тела. Я вдруг почувствовала, что замёрзла, хотя в комнате было тепло.

Я легла на подушку, которая всё ещё пахла им — его парфюмом, его кожей, его возбуждением, — и уткнулась в неё носом. Глаза щипало, но я не плакала. Я просто лежала и смотрела в потолок.

«Это только начало, — сказала я себе, перебирая в памяти его голос, его прикосновения, его глаза. — У него работа. Успокойся, Юля! Такая работа! Я знала, на что иду, когда согласилась на это».

Но внутри всё равно было грустно. И холодно без него.

Я долго не могла уснуть, глядя на телефон в надежде, что он напишет. Снова и снова я брала его в руки, проверяла, не пришло ли сообщение, открывала наш диалог.

Но телефон молчал. Экран оставался тёмным, и в комнате было тихо, только часы тикали на стене, отсчитывая минуты моего одиночества.

Глава 15

Я проснулась полностью разбитой.

Тело казалось чужим, тяжёлым, будто я вообще