Как сделать бандита честным человеком - Ася Любич

— Мы? — Вячеслав прикурил, выпустив плотную струю сизого дыма прямо мне в лицо, и насмешливо прищурился. — Владимировна, ты ничего не перепутала? С каких пор моя контора превратилась в благотворительный фонд для непутевых коммерсанток?

Пришлось переступить через свою гордость и немного поиграть по его правилам.

Я сделала шаг вперед, сокращая дистанцию до того самого «комсомольского» минимума, от которого у меня самой перехватывало дыхание.

Подняла руку и мягко, но уверенно положила ладонь на его мощную, обтянутую серым дорогим сукном грудь. Под пальцами отчетливо ощущалось ровное, сильное биение его сердца.

— Да, мы, Вячеслав Борисович, — тихо, но твердо произнесла я, глядя ему прямо в глаза. — Мы же теперь команда. И подшефный магазин классной мужской одежды нам очень даже пригодится. Посмотрите на Толю и Сережу, — я кивнула на парней, которые топтались у машины. — Посмотрите, какие они шикарные в этих костюмах.

Ну и что, что раны? Они нас защищали, собой закрывали.

— Выглядят как клоуны, — буркнул Слава, однако взгляд его на секунду потеплел, задерживаясь на моей ладони.

Толя и Сережа, услышав слова босса, понуро переглянулись — мол, мы же говорили, Владимировна, что пацаны засмеют.

Я сделала шаг в сторону, буквально закрывая их своей спиной от тяжелого взгляда Вольского, и упрямо посмотрела на своего работодателя:

— Однажды вы сочтете это нормой их внешнего вида, Вячеслав. Потому что теперь они — ваше лицо. Их никогда не воспримут всерьез приличные люди в пиджаках, если они будут разгуливать по городу как шелупонь из спортивной школы-интерната.

Вольский долго молчал, разглядывая меня с какой-то новой, опасной смесью раздражения и глубокого мужского интереса. Наконец он тяжело вздохнул и отмахнулся:

— Ладно, ладно… Хрен с тобой, Владимировна. Оставим магазин в покое, подтянем под себя. Но учти: если Золотарев продолжит свои настойчивые ухаживания, я один ничего сделать не смогу. Война из-за магазина мне не нужна.

— Я не понимаю, с каких пор откровенное насилие и угрозы стали называться ухаживаниями, — процедила я, кривя губы.

— Примерно с каменного века, — Слава вдруг сделал быстрое движение, накрывая своей огромной, горячей ладонью мою руку, которую я, как оказалось, так и продолжала держать на его твердой, очень мускулистой груди. — Когда хватали бабу за волосы — и в пещеру. Я бы, кстати, с удовольствием утащил тебя в свою пещеру…

Глава 13.

Глава 13.

Только сейчас до меня дошло, как двусмысленно выглядел мой жест. Вспыхнув до корней волос, я резко одернула руку, пряча ее в карман пальто.

— Думаю, надо просто по-умному поговорить с этим Золотаревым, — поспешно перевела я тему, стараясь вернуть лицу строгое рабочее выражение. — У Нади есть отличный план по развитию и расширению магазина. Но нужны легальные вливания. Вполне вероятно, что Золотарев тоже захочет иметь чистый, легальный бизнес, приносящий стабильный доход без криминального шлейфа.

— Ну, не все вокруг такие продвинутые, как я, Владимировна, — самодовольно хмыкнул Вольский, но сигарету потушил. — Хотя ладно, я поговорю с ним на днях. Он мужик простой — любит хорошую водочку и рыжих девочек.

Он снова смотрит на Надю, которая торопливо собирает рыжие волосы в хвост.

— Отлично. Я найду надежное агентство с рыжими девочками, которые вполне вероятно заменят Надю на время переговоров и обеспечат нужный антураж.

— Тебе очень повезло, девочка, — громко крикнул Слава через мое плечо стоявшей на пороге Наде. Подруга испуганно кивнула, округлив глаза.

Вольский снова перевел взгляд на меня. Наклонился чуть ближе, словно улавливая мой запах.

— Испугалась? — вдруг негромко спросил он.

Я гордо качнула головой выпрямляя спину:

— Нет. Я знала, что вы не оставите в беде свое самое ценное приобретение.

Слава замер. В его темных глазах промелькнуло что-то похожее на искреннее изумление.

— Как ты это делаешь, а? — глухо спросил он.

— Что именно?

— Ничего. Поехали, — он резко сменил тон на привычно-приказной. — Тебе явно тоже нужно переодеться.

— Тебе явно тоже нужно переодеться, — он окинул меня оценивающим взглядом, задерживаясь на порванной ткани. — Помнится, Владимировна, ты обещала сменить свой унылый гардероб на нормальные деловые костюмы. А раз ты умудрилась порвать эти вещи в процессе защиты чужой собственности, то план меняется. Поехали, куплю тебе новые.

Он по-хозяйски потянул меня за локоть в сторону открытой дверцы машины, но я упрямо вбила тяжелые каблуки туфель в растрескавшийся кафель пола.

— Ну точно не сейчас ходить по магазинам, Вячеслав Борисович, когда меня полчаса назад чуть не убили, — фыркнула я, высвобождая руку. — Физический и эмоциональный шок не располагают к примеркам. Мне на сегодня тоже нужен выходной. И горячий суп.

Вольский замер, изогнув бровь. На его лице отразилось такое искреннее недоумение, будто я заговорила на древнекитайском.

— Мне приготовить тебе суп? — в его голосе проскользнули опасные, бархатистые нотки.

— С ума сошли? — я даже отступила на шаг, представив сурового авторитета Вольского у плиты с половником. — Мама мне приготовит. Она шикарно делает финскую уху.

— Никогда не пробовал финскую уху, — признался Слава, и в его глазах вдруг мелькнул чисто мальчишеский интерес. Похоже, кулинарные изыски питерских ресторанов и стряпня Арылхана не включали в себя такие домашние изыски. — Это вкусно?

— Очень, — не удержалась я от слабой улыбки, вспоминая мамин фирменный рецепт. — Сливки, свежая форель, картофель... И всё это под толстым слоем расплавленного сливочного сыра, с укропом. Это как раз то, что мне сейчас нужно, чтобы прийти в себя.

— Понял тебя, поехали, — Слава не стал спорить, что меня даже удивило.

Он по-джентльменски придержал дверцу, усаживая меня в салон «Волги», а затем легко запрыгнул следом. На заднем сиденье сразу стало тесно от его массивной фигуры и густого запаха дорогого табака и парфюма. Его верный водитель Павел, без лишних слов поймав взгляд шефа в зеркале заднего вида, плавно тронул машину с места и повез нас по нужной дороге в сторону моей квартиры.

Я удивленно покосилась на Вольского.

— Я так понимаю, мой адрес вы уже знаете?

— Я даже группу крови твою знаю, Владимировна, — самодовольно хмыкнул он, лениво откинувшись на кожаную спинку сиденья. — На всякий случай. Мало ли, куда ты еще вляпаешься со своим неуемным чувством справедливости. Хотя вот с размером груди