Проиграй мне, недотрога - Ульяна Николаевна Романова

— Хорошо, — улыбнулась я.

— Мам, поверни камеру обратно, — потребовала Лина.

Я вернула свое изображение на камере, а дочь выпалила:

— За твоей спиной какой-то довольный маньяк лыбится!

Я резко обернулась и…

Маньяк был довольный, высокий и очень знакомый. До боли просто! Сверкая наглючими глазами, он осматривал меня с ног до головы и перекатывался с пятки на носок.

— Это не маньяк, дочь, не волнуйся, — успокоила я Элину. — Жди, я скоро буду.

Тихон сверкнул глазами и выдал мне новую улыбку, которая, по его мнению, должна была меня очаровать. Однако волшебство романтического момента немного портил пакет с тремя картофелинами и банка кошачьего корма в его руках, которые не вязались с образом романтичного мачо.

— Вот так встреча, добрый вечер, — пропел он, когда я сбросила вызов.

— Поэт в тебе не умер, — пробурчала я. — Колдун, ты за мной следишь?

— Ну да. А чтобы меня принимали за радостного маньяка, а не грустного, вот в качестве прикрытия картошку с собой ношу и кошачий корм. Потому что котиков все любят и на меня не подумают. Да живу я недалеко, бунтарка, не злись. Ты, кстати, когда не в образе училки, такая уютная. И вот этот баклажан на голове тебе идет.

— Тихон, сейчас я стану маньяком. Очень радостным, потому что побью тебя, — пообещала я.

— А что, взять меня силой уже не в моде? Или это потом? — уточнил он со смешком.

— Сегодня я не в настроении, — выдохнула я.

— Тогда завтра в это же время, в этом же месте? — предложил он.

Я молча развернула тележку и попыталась вспомнить, зачем я пришла в магазин. А это чудо медленно топало за мной, не упустив случая сунуть нос в мою тележку.

— Янина, а ты давно тут живешь? — пристал он, пока я выбирала печенье.

— Давно.

— Странно, я тебя здесь не видел.

— Ты за чувством собственной привлекательности вообще хоть что-то видишь? — отмахнулась я.

Резко развернулась, задрала голову, чтобы посмотреть ему в глаза, и выпалила:

— Тихон, вот если бы ты со мной не поспорил, меня не знал, то прошел бы сейчас мимо и даже взглядом не остановился.

— Да, — серьезно и честно ответил он, — но я тебя знаю. И остановился. Потому что хочу узнать еще ближе, а ты не позволяешь. Знаешь, может, если ты узнаешь меня лучше, то изменишь мнение обо мне и перестанешь думать, что я способен только на себя в зеркало любоваться.

— Маньяки теперь не нападают, а уговаривают? — развеселилась я.

— Вообще обленились, — согласился Тихон, — Янина, а ты правда натуральная блондинка?

— Натуральная, — согласилась я.

Бросила в корзину печенье и заторопилась в сторону кассы. Тихон шаг в шаг следовал за мной. Непривычно собранный и какой-то очень задумчивый он был в тот вечер.

Встала у кассы, выгружая продукты на ленту, пока Колдун джентльменски доставал из-под ленты пакет.

В ответ на мой строгий взгляд парень просто захлопал длинными ресницами. Я только тяжело вздохнула, а когда кассир начала пробивать мои покупки, стала укладывать их в пакет. И не сразу обратила внимание, что держу в руке кошачий корм, а Тихон уже прикладывает карту к терминалу.

— Корм для меня, — выдохнул он, сгребая мой пакет в одну руку, а банку с кормом в другую.

— А ты в еде неприхотливый. С кошкой не забудь поделиться, — съехидничала я.

— Да ты видела, сколько там витаминов, минералов и белка? — хмыкнул он, подхватывая шутку.

— Как-то не интересовалась. Отдай пакет. И скажи, сколько я тебе должна?

— Янина Сергеевна, мы с тобой сейчас прогуляемся немного, я твой пакет до дома донесу, и мы нормально поболтаем. И ты мне ничего не должна, оскорбляй словами, а не деньгами. Я это… личность твою хочу узнать.

— Какую из моих десяти личностей ты хочешь узнать?

— Все! — блаженно выдохнул Тихон и с веселым озорством посмотрел на меня.

Мы остановились у входа, а я снова потребовала:

— Не нужно меня провожать!

— Кошка, я радостный маньяк, а не чокнутый сталкер, в окно к тебе могу забраться только с твоего разрешения.

— В дверь твое самолюбие не проходит? Или азарт?

— Ну дурной я, да, — совершенно неожиданно повинился он, — совсем дурной и бешеный со всех сторон. Есть такой. Но пакет тяжелый, а я хочу тебе помочь. Нельзя?

— Ты тактику сменил, да, Ален Делон карманный? — подозрительно уточнила я.

Колдун ничего не ответил. Молча развернулся и вышел на улицу. Мне пришлось идти за ним. Мы спустились по лестнице и…

Я не сразу поняла, что случилось. Мое падение, резкая боль в колене, странный звук, мат Тихона…

Последнее, что я увидела, уже сидя на земле, — как Тихон точным броском попадает банкой кошачьего корма в спину самокатчику, который меня сбил и пытался слинять.

Глава 13. Янина

Я сидела на земле, судорожно пытаясь силой мысли определить, все ли мои конечности целы. За своими уследила, а вот за конечности самокатчика стала переживать, когда Колдун его таки поймал, схватил за шею и рявкнул:

— Я тебе ноги переломаю!

— А че она по сторонам не смотрит? — вопил молодой парнишка лет девятнадцати, пытаясь вырваться.

— А ты? Слушай, кит с глистами…

— Нет у меня глистов! Отпусти, сволочь, знаешь, кто мой папа?

— Если не господь бог, то молись, — злился Тихон, встряхивая самокатчика.

— Колдун! — позвала я, видя, что Тихон в ярости.

Колдун заводился с каждой секундой все сильнее, а я… Нет, самокатчика мне было не жалко, а вот этого припадочного, который сейчас нарвется на неприятности, — немного да. Все же свое зло, уже почти родное, и мне не улыбалось носить ему передачки, когда его закроют на пятнадцать суток за хулиганство, потому что он вроде как из-за меня туда попадет.

А если Колдун сейчас чуть сильнее дунет на тщедушного паренька, то травматолог его будет собирать долго.

Колдун на мой зов не отозвался, продолжая воспитательную беседу с нотками агрессии с пареньком.

Дело шло к драке, а я не придумала ничего умнее, кроме как достать из мешочка Тихона картофелину и осторожно в него кинуть.

Каково же было мое удивление, когда Колдун на лету ее поймал и посмотрел на меня диким взглядом.

— Я тебя найду, — пообещал он пацану, отпустил и пошел ко мне, все еще сидящей на земле.

Опустился на корточки рядом и внимательно осмотрел, мгновенно успокаиваясь:

— Больно?

— Копчик болит, — пожаловалась я.

— Ты потрясающая женщина, Янина. Эксклюзив. У тебя даже копчик на коленке, — улыбнулся он, взглядом указывая на мои ладони, лежащие на пострадавшем колене.

Я ахнула, но ответить не