Проиграй мне, недотрога - Ульяна Николаевна Романова

— Понятия не имею, — вздохнула я, — он от нас ушел.

— Ему же хуже, — удовлетворенно кивнул он.

Глаза закатились сами собой, а я продолжила:

— Больше не смей моей дочери ничего советовать.

— Сама не гам и другим не дам, да? Ты свое увлечение бросила, но в глубине души скучаешь по байку. Я знаю, о чем говорю, мот — это состояние души. И дочери не позволяешь эту свободу ощутить! А могла бы сама ее научить и себя отпустить.

— Колдун, у нее, кроме меня, никого нет. Отцу она, к сожалению, не нужна. Если со мной что-то случится — что станет с моей дочерью? Моя мама уже не справится, к тому же она ухаживает за бабушкой. Я не имею права рисковать собой. Потому что в первую очередь я мать.

— Мать тоже имеет право на свою жизнь. А кататься начинают в четыре года профессионально, и это относительно безопасно, если знать как и быть под присмотром тренера. У нее глаза на мот горят… И ты знаешь, что это значит. Поэтому либо отдай профессионалам и подскажи сама, либо, она как моя Машка, втихую от родителей будет кататься, а ты потом — в успокоительном плавать.

— Колдун, не лезь!

— Что, бунтарка? Не нравится правда? Диссонанс у тебя? Думаешь, что я дебил, а я умные вещи говорю. Прав я, вот ты и бесишься!

Он осторожно щелкнул меня по носу и послал воздушный поцелуй. Поднялся, собрал грязную посуду, поставил в раковину и по-хозяйски налил нам чаю.

Боже, он уже тут обживаться начал!

Я смотрела на дымящую кружку и думала. О его словах. О Лине. О ее желании кататься. И о том, насколько верно я поступаю, не позволяя дочери заниматься тем, чем она хочет… Это эгоизм или все же желание защитить и уберечь?

Колдун не мешал, спокойно попивая чай, пока в кухню не влетела обеспокоенная Лина:

— Мам, бабушка звонила. Бабуля Зина опять пропала!..

Глава 15. Тихон

— Мам, бабушка звонила, бабуля Зина опять пропала!..

Я смотрел на бледнеющую на глазах Янину, на обеспокоенную Элину и пока ничего не понимал, но планировал понять, да…

— Кто такая бабушка Зина? — уточнил у Элины.

— Это мамина бабушка, моя прабабушка, ей девяносто два год, а и она пропадает уже второй раз!

— Болеет? — уточнил я.

— В здравом уме и твердой памяти, — отчиталась мелкая, — но вот пропадать начала.

Янина собиралась встать, а я гаркнул:

— В постель, женщина! Найду я тебе… Бабушку.

Мысленно заржал, конечно. Много чего я для женщин делал, но бабушек еще не искал.

— Я сама! Это моя бабуля, она меня воспитывала, и я…

— Элина, фотку бабули мне скинь, а я мать твою в комнату отнесу и проведу строгую беседу о вреде гангрены и ампутации.

— Колдун!.. — возмутилась бунтарка.

— Колдун, Колдун, — согласился я, подхватывая сопротивляющуюся женщину на руки.

Янина смешно сопела и вырывалась, но я не дурак родился у мамы и сильнее прижал ее к себе. Волосы бунтарки растрепались, и выглядела она так мило, по-домашнему, что какие-то странные у меня чувства вызвала. Нежность, щемящую такую, приятную. Хотелось потискать, пообнимать, в копну эту пальцами зарыться…

Понесло меня, конечно! По долинам и по взгорьям.

А с другой стороны, кого бы не понесло от женщины, которая уезжает на моем байке, становится приемной мамой котятам и теряет бабушку, которую теперь надо найти.

Эксклюзивная она, и развлечения для меня у нее весьма занятные, так я еще не веселился.

Положил училку на постель, медленно выпрямился, так, чтобы носом провести по ее щеке… Заметил, что она покраснела, и победно улыбнулся.

— Так, принцесса, лежи и отдыхай, принесу я тебе аленький цветочек… И бабулю найду, зуб даю, любимый, мудрости который.

— Тихон, ты не обязан…

— Я все новое люблю, а бабушек искать еще не доводилось. Новый опыт…

Зря я это ляпнул, конечно. У Янины на лице отразилось все гадости, которые она только что обо мне подумала. Я даже умудрился слово «кобель» на ее лице прочитать.

А я пока сам не определился, кто она для меня и чего я хотел в итоге. Ее хотел, конечно, сильно хотел, идеей фикс она стала за последние несколько дней. Ни о чем, кроме бунтарки, думать не мог. Поэтому решил: будь что будет. Буду решать проблемы по мере их поступления…

— Элина! — позвал я. — Фото давай, искать пойдем! И ты номер диктуй, найду бабулю — позвоню.

Янина сомневалась, сверкала глазами, пока я разблокировал свой мобильный и ждал. Училка продиктовала свой номер так, словно каждой буквой меня расстрелять хотела, но броня у меня в три наката, поэтому я сделал дозвон и объявил:

— У тебя мобила отключена!

— Точно, с утра разряжена! Я…

— Элина, где мамина сумка? — продолжал я.

Вышел из комнаты, нашел торбу, в которой можно было носить все — соленья, обои, тело обидчика…

Положил сумку на постель рядом с Яниной и внимательно наблюдал. Ну, с соленьями не ошибся, маленькая баночка соленых огурцов легла на постель. Следом она достала косметичку, ластик, дырокол, чеки… И наконец, мобильный.

— Там зарядка на комоде, — смущаясь, попросила Янина.

Я подошел к комоду, верхний ящик которого был приоткрыт, заглянул и…

— Красное любим? С кружевами, — присвистнул я, сгребая зарядку.

— Допустим, и что? Это преступление? — с нотками язвительности уточнила Янина.

— Обожаю красное, — подмигнул я ей.

И как мне теперь поисками заниматься, когда перед мысленным взором она в красном и кружевном. Одарили же родители богатой фантазией…

Подышал, пытаясь представить что угодно, кроме нее, успокоился, снова сделал дозвон, когда Янина включила мобильный, и пошел за Элиной.

Девчонка переоделась в спортивный костюм и решительно собиралась.

— Мам, только не вставай, ладно? — жалобно попросила она. — Тихон сказал, что может быть гангрена, а я в инете прочитала, что она почти не лечится!

— Тихон — болтун! — прокричала из комнаты училка.

— Колдун, — поправил я, — но ты все равно лежи и не нервничай!

Элина первая вышла в подъезд, заперла дверь своим ключом и посмотрела на меня.

— Надо бабушку успокоить, она на поиски вышла, а ей 68 лет.

— Ты фотку прабабушки нашла, как я просил? — серьезно уточнил я.

— Да, куда скинуть?

Пока она скидывала мне в мессенджер фотосессию бабушки Зины, я решал, что делать.

— Номер твой я себе нарисовал, разделимся. Ты с бабушкой иди искать, а я сам по фото. На созвоне будем.

— Ага, давай, — согласилась Элина.

Мы обменялись номерами, спустились на улицу, мелкая ушла вправо, а я свернул