Лекс. Книга 3 - Евгений Нетт

— Всё, молчу-молчу, — брюнетка вскинула руки в жесте сдачи. — Я вообще не из болтливых. И обсуждать щекотливые темы ненавижу. Дима, подтверди!

— Не впутывай меня в женские конфликты, — Громов даже головы не поднял.

Я же снова посмотрел на рыжеволосую аристократку, которая как раз обернулась, вперив в моё лицо взгляд, горящий от бушующих в её глазах эмоций. Мне моментально стало не по себе: она не злилась и не выглядела раздражённой, но и довольной её тоже назвать было сложно.

— Лександр Лазарь, — начала она тихо, — можно тебя на пару слов? В стороне. В коридоре.

«А ведь это даже не вопрос…» — промелькнула заставившая меня чуть улыбнуться мысль.

— Разумеется, — я встал, бросив короткий взгляд не на абы кого, а на Виктора. Тот не выдержал и хмыкнул, осёкшись под взглядом кузины.

«Что ж, по крайней мере, это не что-то плохое. Уже хорошо».

Мы отошли ко всё тому же окну, у которого разговаривали меньше часа назад. Эльза остановилась, сложила руки за спиной, перекатилась с пятки на носок и смешно задрала голову. Её лицо всё ещё пылало, но голос оставался на удивление ровным:

— То, что ты сказал за столом и перед тем, как уйти к Алисии. Это было… правдой? Или просто фигурой речи?

Я замер, нахмурившись и прокрутив в голове свои последние слова, что оказалось на удивление непросто сделать — слишком много всего обреталось в последние дни в моих мозгах, чтобы дословно помнить всё сказанное.

Но эту фразу я запомнил отчётливо.

«За это я тебя и люблю».

Слова, произнесённые легко и небрежно, так, словно озвучивались десятки и сотни раз до этого. И я даже не заметил оговорки, саботировавшей моё намерение не сближаться с девушкой слишком сильно и слишком быстро — до того глубоко задумался.

«Альтаир, ты старый идиот, умудрившийся признаться в любви между делом. Целое событие для молодой девушки, прозвучавшее в процессе обсуждения расписания и исходящей от террористов угрозы. Просто замечательно!».

— Это правда, — сказал я, ни разу не покривя душой. — И… я не планировал говорить это так. Вообще не планировал это озвучивать в ближайшие месяцы, Эльза. Но это не ложь, не преувеличение и не оговорка…

Она молчала несколько секунд, прежде чем медленно, старательно сдерживая себя, выдохнуть. Её плечи опустились, а в голосе наконец-то прорезалось ехидство.

— Ты выбрал не лучшее время для таких признаний, — тихо сказала она, вздохнув. — Вокруг нас творится непонятно что. Террористы, диверсанты, волнения в верхах, интриги, Имперская Безопасность, желающая, но неспособная запихнуть по микрофону в каждый уголок… И ты, Лександр Лазарь, говоришь мне это сейчас. Ровно тогда, когда твои и мои враги этим всем воспользуются с превеликой радостью…

— Я понимаю, — я взял в руку её пальчики, слегка сжав. — Вокруг нас действительно слишком много всего того, что мы никоим образом не контролируем. Слишком много угроз и неопределённости. Но что-то мне подсказывает…

«Опыт, Лександр, опыт. Тот самый, на который ты не можешь больше ссылаться».

— … что-то мне подсказывает, что ничего не успокоится ни сейчас, ни через месяцы или годы.

Эльза поджала губы, сжав мою ладонь в ответ:

— Ты противоречишь сам себе. Сначала говоришь, что не планировал этого говорить. А теперь — что тянуть нет смысла…

— Жизнь в принципе штука противоречивая, — улыбнулся я. — И одно другому не мешало, ведь я колебался.

— Пф-ф, — девушка фыркнула, мотнув головой. Но на этот раз это было сделано без раздражения. — Я тоже тебя люблю. Раз уж ты решил быть честным, то и я скажу прямо. Я люблю тебя, Лександр Лазарь. Мне страшно от того, как быстро это произошло, но я не собираюсь отступать. Понял?

— Более чем, Эльза. Более чем… — Я притянул её к себе, и Эльза податливо прижалась ко мне, словно кошка, спрятав лицо в моей груди.

Мы простояли так несколько секунд, прежде чем она задрала голову, поймав мой взгляд:

— Но когда это всё закончится, — она скользнула язычком по верхней губе, — я стребую с тебя нормальное признание, Лександр. Со свечами, цветами, белым жеребцом и тромбоном. И безо всяких блондинок в радиусе двадцати километров.

— Я могу понять, почему ты не хочешь видеть поблизости блондинок, но… тромбон? — я вздел бровь. — Ты ведь меня знаешь, я запомню.

Эльза посмотрела на меня неоднозначным взглядом, после чего отступила на полшага. Секунда, вторая, третья — и она наконец бросила:

— Вот и хорошо. Уж постарайся ничего не забыть, Лекс. И… — она схватила меня за рукав пиджака, потянув за собой, — идём уже обратно. Виктор наверняка что-то придумал, Лиза ему с этим помогла, а Мариэлла начала сожалеть о том, что вообще связалась с моим непутёвым родственником…

Я хмыкнул и шагнул следом, в два шага поравнявшись с рыжеволосой аристократкой, которой румянец был очень даже к лицу.

— Такие, как она, не отступают. Если только по очень серьёзному поводу…

К моменту, когда мы вернулись за стол, по лицам друзей уже можно было с уверенностью сказать: они всё поняли, проанализировали, возможно, обсудили и вывели экспертное заключение, распечатав его в трёх экземплярах и одну копию отправив к нотариусу.

Слишком уж хитрые у них всех были лица для чего-то менее масштабного, скажу я вам.

— Все всё выяснили? — деловито поинтересовался Дима голосом, лишённым даже намёка на веселье или насмешку. Зато искреннее удовлетворение увиденным он, глядя на Эльзу, демонстративно усевшуюся поближе ко мне, скрыть даже не попытался.

— Выяснили, — кивнул я, беря в руки авторучку.

— Превосходно, — брюнет сдержанно кивнул. — Тогда, может быть, мы наконец-то закончим составлять расписание? А то у меня были планы, и чем дольше мы тут сидим, тем с большей вероятностью мне придётся вас преждевременно оставить…

— Белль? — поинтересовался я, приподняв бровь. — Точно. Расписание…

— Именно, — парень кивнул. — Я предполагаю, на какие занятия Белль захочет записаться, но мне всё равно нужно всё с ней согласовать. И если мы хотим вместе попасть в первой волне регистрации, то сделать это нужно уже сегодня…

— Первая волна? — Лиза недоумённо посмотрела на брата. — Что за первая волна?

— Административный аппарат академии не резиновый, — Дима отложил ручку в сторону, закончив заполнять табличку. — С сегодняшнего дня несколько сотен студентов подадут документы, которые будут согласовывать в администрации, в Имперской Безопасности, у гвардии и Небо ведает, у кого ещё. В этой бюрократической машине расписания могут завязнуть минимум на пару-тройку дней, так что…

— И ты молчал⁈ — девушка вскинулась возмущённо. — Уже полдня прошло!

— Мы всё ещё успеваем, — Громов пожал плечами. — И даже я с Белль успеваю. Ажиотажа вокруг бланков и расписаний не наблюдалось,