Смерть Мао Цзэдуна - Юрий Михайлович Галенович

решений. В этой связи он писал: «Наконец я хочу также остановиться на важном вопросе. А именно на обобщении опыта в нескольких важных областях нашей работы в сфере торговли. Ключевой, поворотный пункт в сфере торговли в настоящее время состоит в том, что существует необходимость изменить старые прежние методы и создать комплекс новых методов. Без комплекса новых методов будет невозможно соответствовать требованиям новой обстановки. Для того чтобы найти комплекс новых методов, необходимо проанализировать прежние методы. Сначала, возможно, нам не удастся обобщить все это в полном объеме, но это не важно; можно постепенно совершенствовать наши выводы. Мы уже на протяжении семи лет занимаемся работой в сфере торговли, у нас накоплен большой опыт; все те достоинства и недостатки, которые существовали в прошлом, уже выступили на поверхность. В настоящее время существуют условия для того, чтобы осуществлять обобщение опыта».[1008]

Чэнь Юнь также говорил: «При обобщении опыта можно анализировать и то, что в прошлом было сделано правильно, и то, что в прошлом было сделано ошибочно, и благодаря этому прояснять понимание нами этих вопросов, поднимать нашу работу на новую ступень. Если же мы не будем обобщать опыт, не будем доносить результаты нашего обобщения до новых поколений, тогда вся наша работа на протяжении этих лет всегда будет сплошной глупостью и бестолковщиной; а когда мы умрем, то нам стыдно будет смотреть в глаза Марксу; люди новых поколений тоже будут упрекать нас».[1009]

Чэнь Юнь играл важную роль в период подготовки и проведения 3-го пленума ЦК КПК 11-го созыва в конце 1978 г.

Прежде всего, в период до этого пленума он давал отпор курсу на то, чтобы «абсолютно во всем следовать указаниям Мао Цзэдуна, абсолютно во всем повиноваться Мао Цзэдуну», а также первым открыто выдвинул предложение о возвращении Дэн Сяопина к руководящей деятельности.

В сентябре 1976 г., сразу же после смерти Мао Цзэдуна, Чэнь Юнь проявил проницательность и предвидел опасность захвата власти «четверкой».

В то время Чэнь Юнь занимал лишь посты члена ЦК КПК и заместителя председателя постоянного комитета ВСНП. Однако он пристально следил за деятельностью «четверки». Чэнь Юнь использовал свой авторитет в партии и советовал некоторым старым руководителям партии повышать бдительность, а также поддерживать связи между собой.

Е Цзяньин устроил у себя дома тайную встречу с Чэнь Юнем в горах Сишань в окрестностях Пекина и попросил у него совета по вопросу о том, как быть с «четверкой». Чэнь Юнь дал на это ясный ответ: «Эта борьба неизбежна».[1010] Именно после этого Е Цзяньин и Ли Сяньнянь побудили Хуа Гофэна принять соответствующее решение, а в результате «четверка» была отстранена от власти.

К сожалению для Чэнь Юня, после отстранения «четверки» Хуа Гофэн хотя и стал руководить развернутым в масштабах всей страны движением под лозунгами разоблачения и критики «четверки», выяснения ее фракционной деятельности, однако по-прежнему руководствовался «левой» идеологией, которая была присуща Мао Цзэдуну. В этой связи в газете «Жэньминь жибао» 7 февраля 1977 г. и был выдвинут ошибочный курс, который получил сокращенное наименование «двух абсолютно». Имелась в виду необходимость «выполнять абсолютно все указания» Мао Цзэдуна и «абсолютно повиноваться» Мао Цзэдуну. Этот курс можно также, очевидно, именовать курсом на «абсолютное повиновение».

В то же время для того, чтобы вывести страну из трудностей, в которые она попала в результате «великой культурной революции», а также создать новую обстановку для работы в стране и в партии, в целом было необходимо решить два вопроса, имевших ключевое значение.

Во-первых, возвратить доброе имя участникам событий 1976 г. на площади Тяньаньмэнь в Пекине.

Во-вторых, восстановить Дэн Сяопина на тех руководящих постах, с которых он был смещен в результате кампании, которая проводилась под лозунгом «Раскритикуем Дэн Сяопина, нанесем контрудар по правоуклонистскому поветрию пересмотра дел» периода «культурной революции», и благодаря этому добиться того, чтобы Дэн Сяопин возвратился на посты, позволявшие ему руководить партией, государством и вооруженными силами. Упомянутый курс «два абсолютно», или курс на «абсолютное повиновение», как раз и был препятствием на пути к осуществлению этих двух дел.

Спустя месяц после появления курса «двух абсолютно», или курса на «абсолютное повиновение», то есть в марте 1977 г., ЦК КПК созвал первое рабочее совещание после отстранения «четверки» от власти с целью подведения итогов работы за прошедшие полгода.

Еще до начала этого рабочего совещания Чэнь Юнь условился с Ван Чжэнем (который, по сути дела, представлял тогда Дэн Сяопина) и другими старыми руководителями о необходимости решить два упомянутых важных вопроса на этом рабочем совещании.

В самом начале совещания Хуа Гофэн подтвердил курс «два абсолютно», или курс на «абсолютное повиновение», настаивал на том, чтобы считать события на площади Тяньаньмэнь «контрреволюционным актом», а также считать, что движение «критики Дэн Сяопина и правоуклонистского поветрия пересмотра дел» было правильным.

Несмотря на такое давление сверху, Чэнь Юнь и Ван Чжэнь, в соответствии со своей договоренностью, выступили на совещании с речами. Свое выступление Чэнь Юнь написал до совещания. В нем он говорил только о двух «великих делах», то есть о двух упомянутых вопросах, имевших громадное, в то время ключевое, значение. Это была короткая речь, вместе со знаками препинания в ней было лишь 300 знаков, или иероглифов. Иначе говоря, это была примерно одна страница печатного текста, если бы он был переведен на русский язык.

После того как Чэнь Юнь выступил с этой краткой речью, ему на просмотр была дана подготовленная к печати в информационном бюллетене рабочего совещания запись его выступления, в которой было опущено самое главное: и оценка тяньаньмэньских событий, и вопрос о возвращении Дэн Сяопина. От Чэнь Юня требовалось, как говорится в Китае, лишь «кивнуть головой», то есть промолчать и таким образом не возражать против публикации его речи в таком виде.

Прочитав представленный ему текст, Чэнь Юнь спросил, почему его речь подверглась сокращениям. Ему ответили, что кое-что в его речи не совпадало с речью председателя ЦК КПК Хуа Гофэна. Чэнь Юнь сказал, что следует публиковать полностью его выступление, сокращения тут недопустимы. В результате под давлением Хуа Гофэна выступление Чэнь Юня так и не было опубликовано в бюллетене совещания. Из выступлений Ван Чжэня и других были при публикации изъяты те части их речей, которые касались упомянутых двух вопросов.

Тем не менее о речи Чэнь Юня стало известно, и в партии она получила широкий отклик. Под давлением этого мнения внутри партии, а также побуждаемый к этому Е Цзяньином и Ли Сяньнянем перед закрытием совещания Хуа