Ириниец - Антон Лупандин

прорастать разноцветные кристаллы. Воздух сразу же наполнился самыми разнообразными и нереальными запахами. Среди них были запахи озона, свежескошенной травы, растворителя и множество других. Нереальность происходящего ввела меня в ступор. Через несколько секунд обоняние уже не могло выделить один определённый запах из всего этого невообразимого букета.

«Что… Что ты сделал?» — громом прозвучала мыслеречь стража у меня в голове. В ней чувствовалось смятение и почти человеческое недоумение.

Ответить ему мне было нечего. Я и сам не понимал, что произошло. Внезапно ощутил жжение в руках. Перевёл на них взгляд и увидел, как через кожу зелёным цветом вспыхивают иринийскими рунами жилы. Поток постоянно меняющихся символов, будто кровь, передвигался внутри них.

Скользнул в ментальное пространство. Осмотрелся, но ни вихря, ни точки, в которую он всосался, не обнаружил… А обнаружил я зеркальную, переливающуюся всеми цветами радуги гладь озера, в глубине которого вращались огни, похожие на галактики.

— Единый? — мысленно позвал я.

Молчание.

— Единый, твою мать! Хорош меня игнорить. — с нотками недовольства воскликнул я.

«Перегрузка… Ассимиляция…» — голос НМА был еле слышен и постоянно прерывался, будто радио, которое плохо ловит волну. «Артефакт… источник… ключ… код… переписывает реальность…» — раздался набор слов.

— Переписывает реальность? — Вынырнув из ментального пространства, я осмотрел поле боя. — Действительно переписывает, — глядя на изменившийся до неузнаваемости зал, согласился с НМА. — Значит, вот что это была за волна. Вовсе не атака. Это преображение или перестройка.

Стражи, что не попали под воздействие волны, всё же ринулись в атаку. Я же направил коронарный выброс на одного из застрявших в жидком стекле противника. Попал прямо в кристалл на его груди, который тут же взорвался блестящей взвесью. Страж сразу же замер. Конечности опали. Голова упала на грудь.

— Так и думал, что источник их псевдожизни — кристалл, — похвалил я сам себя. Сорвавшиеся с места стражи уже приближались ко мне. Их клинки внезапно стали вытягиваться, превращаясь в длинные тонкие бичи из концентрированного едкого света. Стражи щелкали ими вокруг себя, и пространство напрягалось в местах их щелчков по воздуху.

Один из противников резко ускорился и направил бич прямо мне в лицо. Отклонив голову, активировал диссонанс, но вместо бесцветного пучка волн из центра лепестков вырвалась разноцветная энергия. Она ударила по бичу света, и оба явления взаимно уничтожились с тихим хлопком, оставив после себя лишь облачко искр.

Первая схватка продлилась считанные секунды. Страж с уничтоженным кристаллом рухнул на пол, и я приготовился к следующей сшибке. Но её не случилось. Главный страж, тот, что говорил со мной, высвободился из омута жидкого стекла и громогласно проревел на всё пространство.

«Всем стоять!» — приближающиеся противники сразу же замерли. «Останови это, гибрид!» — обвёл рукой видимое пространство страж. Его голос был полон не только ненависти, но и страха. «Ты не понимаешь! Эта волна меняет реальность. Мы не можем этого допустить! Прекрати это!»

— С чего это вдруг? — задрав бровь, поинтересовался я. — Ты сам только что говорил, что меня нужно срочно стереть или что-то в этом роде. Так нахрена мне останавливаться, когда все козырные карты у меня на руках.

Сгруппировавшись, я прыгнул вверх, к потолку. Вогнав в камень лепестки диссонанса, я осмотрел панораму зала. Волна, которую выплеснул артефакт, медленно, но неотвратимо расползалась по пространству, превращая упорядоченную архитектуру в бредовый, но довольно завораживающий пейзаж. Цветы из металла и света росли из трещин в полу. Струи разноцветной жидкости били из несуществующих фонтанов и испарялись, не долетев до пола.

И прямо подо мной, почти нетронутое, сияло кристаллическое ядро сдвига.

Немного обдумав сложившуюся ситуацию, я решил, что мне стоит помочь артефакту наследия. В конце концов, мы вроде как на одной стороне. Или нет? Не важно. Потом буду разбираться.

— Единый! Весь эфир, что остался, в «очищающий свет». Давай-ка как следует влупим по ядру.

Глава 21

— Единый! Весь эфир, что остался, в «очищающий свет». Давай-ка как следует влупим по ядру. — предвкушая последствия, мысленно потирал я руки.

«Носитель, ваши действия могут привести к уничтожению сдвига. Последствия непредсказуемы».

— Да я всё понимаю. Выполняй! — приказал Единому.

Я отцепился от потолка и полетел вниз, прямо к ядру. Пытаясь балансировать в воздухе, вытянул руки вперёд и направил их на исполинский кристалл. Волна белых искр, вырвавшись из меня, устремилась к цели. В этот раз поток частиц был более плотным, чем в прошлый раз. Видимо, Единый в точности выполнил мои указания и вложил в атаку всё, что было. За моим выплеском эфира тут же последовала очередная волна искажений от артефакта. Через мгновение обе атаки попали в цель. Пространство вздрогнуло. Его вибрация чувствовалась даже в воздухе.

Я рухнул у пьедестала с кристаллом совершенно опустошённый, будто в груди образовалась дыра, которую очень хотелось заполнить.

— Единый, а я вампиризм могу использовать на кристалле? — поинтересовался, еле ворочая языком.

«Носитель, к сожалению, нет. Навык срабатывает только на живых существах».

Я повернул голову в сторону ядра и увидел, как после попадания сдвоенной атаки его грани начали вибрировать и искажаться. Чистый ровный свет кристалла стал мерцать рваным темпом. По поверхности ядра побежали какие-то знаки, которые через определённые промежутки времени останавливались в хаотичном порядке и вплавлялись в поверхность кристалла, меняя структуру и преобразовывая его в нечто пока что непонятное. Ядро начало вытягиваться вверх, будто росток, тянущийся к солнцу. На верхушке образовалась конструкция, очень похожая на кристаллическую крону. Материал ядра тоже подвергся изменениям. Он сильно смахивал на вещество, из которого состоял артефакт наследия, но в твёрдом состоянии.

Приняв конечную форму, ядро медленно вращалось, и с каждым оборотом от него расходилась мягкая, тёплая волна. Сумасшедший калейдоскоп красок внезапно сменился ровным золотистым сиянием.

Вокруг образовалась тишина. Глубокая, звенящая, абсолютная.

Главный страж поднялся. Он подошёл к изменившемуся, преобразованному ядру и замер, склонив свой гладкий лик. Немного постояв, он повернулся и устремил своё внимание на меня.

Его мыслеречь была пустой, лишённой всяких эмоций.

«Процесс остановлен. Ассимиляция частичная. Стабильность… изменена, но сохранена. Сдвиг не рухнет. Он… эволюционировал».

Страж сделал шаг мне навстречу. Я попытался встать, но смог лишь сесть, скрестив ноги.

«Ты-ы-ы… ты изменил сдвиг. Заразил его иным, новым паттерном… Паттерном, который несёт в себе… хм… хаос творения. Также я вижу внедрённую частицу иринийских принципов…»

— Слушай, — перебил я стража, — ты, конечно, очень складно говоришь, но я ничего не понимаю. Можешь не объяснять. — признался я, ведь и правда совершенно потерял нить его повествования в хитросплетениях терминов.

Я ожидал какой угодно реакции, но… Но