Ириниец - Антон Лупандин

лишает меня перспективного оружия. Правда, взамен он формировал что-то новое, что-то иное. Не просто замена плоти на иринийские аналоги, а гибрид тканей, металла и чистой энергии. Когда процесс завершился, я будто выпал из какого-то сомнамбулического состояния. Артефакт наконец отцепился от меня и сполз в нишу. Возможно, это и бред, но мне показалось, что он стал немного больше.

Я лежал не в силах пошевелиться. Мой взгляд блуждал по обновлённым конечностям, которые сильно отличались от предыдущих. Кстати, рука, в которой находился щит, теперь была заменена по локоть. Клякса отгрызла часть человеческой плоти и воссоздала её из новых материалов. Теперь у меня были конечности из тёмного, почти чёрного, будто живого, металла, в толще которого пульсировали ярко-зелёные жилы.

«Интеграция завершена», — внезапно проснулся Единый. — «Обнаружены новые способности: протомалекулярный диссонанс. Волновой щит».

Я настолько погрузился в обдумывание написанного, что, когда платформа дёрнулась и с оглушительным скрежетом, которого не было при подъёме, устремилась вниз, подпрыгнул от неожиданности.

— Ладно, обсудим новые способности потом. Сейчас твоя задача сориентировать меня, чтобы не пришлось лезть на верх к проходу слишком долго. — поставил я задачу Единому.

"Резак" — мысленно произнёс я, но ничего не произошло. Закатив глаза от собственной тупости, поправился.

— Диссонанс — произнёс вслух.

Рука сразу же начала преобразовываться. Вместо клинка предплечье превратилось в нечто иное. Разделившись на три равных части, псевдоплоть приняла форму цветка с тремя изогнутыми бритвенно-острыми лепестками, которые медленно вращались вокруг центральной оси, испуская тихий, зловещий гул.

— Ебать. Это что ещё такое! — воскликнул я. — Ладно. Разбираться буду потом. Надеюсь, эта хрень меня не подведёт. И в кого я превращаюсь? — задал сам себе довольно философский вопрос.

Буквально через тридцать секунд сбоку от меня появилась дыра в стенке шахты. Единый сразу же подсветил её яркой зеленью, и я, не теряя времени, сиганул с платформы. Мысленно приказав новой конечности перестать вращаться, вогнал лепестки в стену, как в масло.

— Видимо, проблем не будет, — обрадовался я и полез вверх. Через несколько минут добрался до прохода. Неспеша, оглядывая всё видимое пространство, вылез из шахты в новый тоннель. Он был сильно похож на тот, где я бился с паразитами. Стены из влажной, пульсирующей плоти. Везде какая-то вонючая, неприятная слизь. Минимум освещения. Если бы не биолюминесцентные узоры на псевдоживых стенах, было бы абсолютно темно. Единственное, что координально отличалось, — воздух. В нём витали сладковато-приторные запахи разложения и кислятины.

Сделал шаг вперёд. Псевдоплоть пола мягко, неспешно расступилась под ногой. Стигматы моментально зафиксировали множественные движения вокруг. Стены зашевелились, завибрировали. Из слизистых складок выползли существа. Не паразиты. Совершенно другой вид. Белёсые твари, похожие на червей с зубастыми круглыми глотками. Передвигались они с помощью паучьих лап.

— Откуда вся эта мерзость берётся в сдвигах? Будто здесь была лаборатория больного вивисектора. — скривил я лицо, разглядев существ. — Хотя, возможно, меня в будущем ждёт похожая судьба. — взглянув мельком на свои руки, заключил я.

«Грельки. Стайные хищники. Особенность: психоактивный визг, вызывающий панику и паралич», — выдал пояснения Единый. Интересно, откуда он это всё знает? Неужели часть баз разблокировалась? Тогда это должно было произойти ещё после первой эволюции.

— Единый, откуда у тебя информация о существах в сдвигах?

«Была изначально. Заблокированы базы по истории. Эволюции (частично). Также есть базы, не внесённые в реестр. Без названий».

— Ладно. Хрен с этими базами. По крайней мере пока. Ты лучше скажи, почему практически у всех существ на нижних этажах так или иначе присутствуют ментальные навыки? — поинтересовался я.

«Равновесие. Если бы лишь один вид имел навыки воздействия на разум или на нервные центры, он бы стал доминирующим».

— Вот так уже понятнее, — подняв руку с диссонансом на уровень глаз, заключил я. — Стоп, подожди. Эти твари называются грельки? Почти как грелки? — улыбнулся я.

«Ударение на последний слог», — вывел пояснение Единый. На секунду почувствовал его недовольство, будто я его оскорбил своим вопросом.

На этом общение с Единым пришлось прервать. Твари, собравшись в кучу напротив меня, открыли свои зубастые круглые пасти и выдали запредельный высокочастотный визг. Единый, наученный предыдущими атаками такого рода, сразу же снизил чувствительность моего слуха. Ну а ментальная составляющая этой атаки мне вообще была не страшна, так как оказалась довольно слабой.

«Ну что же, пора опробовать волновой щит», — подумал я и активировал способность другой руки. Пространство вокруг меня задрожало и начало искажаться. Визуально эффект смахивал на восходящие потоки раскалённого воздуха над асфальтом в адски горячий день. Параллельно отдал команду диссонансу на раскручивание лепестков.

Как только волновой щит окружил моё тело со всех сторон, я вообще перестал чувствовать даже малейшее давление со стороны тварей. Лепестки-клинки раскрутились до неимоверной скорости и начали испускать видимые в пространстве направленные вибрации. Как оказалось, у этих тварей был инстинкт самосохранения. Грельки закрыли пасти и сделали несколько шагов назад на своих несуразных лапках.

Я же, воспользовавшись моментом, рванул вперёд на всей доступной скорости. Испускающие неприятные волны лепестки описали дугу и врезались в ближайших противников. Тела грельков распались на аккуратные множественные части, которые на мгновение зависли в воздухе перед тем, как рухнуть на пол. Крови и других водянистых субстанций не было. Волновые сдвиги от лепестков моментально испаряли любую жидкость и прижигали мясо чудовищным по своей мощности излучением.

Стая, не ожидая такого напора, остолбенела. Их главное оружие оказалось бесполезным. Я же продолжал кромсать всё вокруг. Это был не бой — бойня. В какой-то момент твари пришли в себя и попытались атаковать меня своими паучьими лапами, которые оканчивались острыми когтями. Бесполезно. Волновой щит отводил любую направленную атаку в сторону, а диссонанс моментально разделывал тварь на куски. Мои чёрные руки работали в тандеме, будто предвосхищали каждую атаку, парируя когтистые лапы и разбивая хрупкие тельца на составляющие.

Внезапно стигматы зафиксировали мощный эфирный всплеск. Из глубины пещеры выползло нечто. Это был гигантский, раздутый грельк, размерами со слона. Его бледная кожа была покрыта мерзкими наростами и язвами, из которых сочилась чёрная слизь. На спине у этой твари сидели, сросшись с плотью, десятки более мелких грельков. Раскрыв свои зубастые пасти, они изгибали гибкие тела в неприятном танце.

«Альфа-грельк. Матка. Уровень угрозы: критический», — вывел перед глазами Единый.

— Тс-с-с… — цокнул я. — А я ведь только поверил в себя…

Глава 17

Матка издала низкочастотный рёв, от которого задрожали стены. Мелкие грельки на её спине синхронно открыли пасти. Я приготовился к новому визгу, окружив себя волновым щитом, но его не последовало. Вместо