Простушка для мажора - Рина Фиори

– Не знаю! – Есения испепеляет меня взглядом. – А что за допрос ты мне устроил, м?

– Ну, знаешь, сама виновата: стоило мне отвернуться, ты уже на свидание с каким-то недоноском собралась, что я должен думать? – выдыхаю гневно, явственно ощущая, как всё нутро буквально полыхает от ярости.

Я словно раскалённая печка, пламя из которой может вырваться в любой момент и спалить на хрен всё вокруг.

– А ты, Рома, – выделяет голосом моё имя, – вообще можешь не думать, зачем тебе это? Мажорам думать не обязательно в принципе, за них это замечательно делают деньги.

– Не понял! – рык против воли вырывается из груди.

А Есения, кажется, даже не понимает, что знатно перегибает палку. Думает, если я такой добрый, то можно вытворять у меня под носом, что вздумается?

Глупышка не соображает ещё, что я её мысленно себе уже присвоил, правда, не мешало бы озвучить девчонке своё решение.

Но у меня пока смелости не хватает, я никогда и никому не признавался в чувствах. Комплименты в постели не в счёт.

– И я не поняла, чего ты привязался ко мне! – продолжает огрызаться тем временем Еська.

Раздражает дико, и хочется её вредный ротик заткнуть самым надёжным способом, вновь ощутить вкус этих аккуратных, пухленьких губ.

Как тогда, в подъезде…

Но на заднем сиденье малявки сидят, а при них такое вытворять даже я себе позволить не могу.

Хм, а забавно, что сама девушка вперёд запрыгнула, захотела со мной рядом посидеть? Или забыла обо всём на свете, потому что одноклассника встретила?

– Я перед отцом твоим отвечаю за тебя, пока он поправляется, – подаюсь вперёд, приближаясь к девчонке.

– С какой это стати? – само собой, она опять спорит.

А я опять не знаю, что ответить, потому что очередное оправдание выдумал на ходу.

Тяну носом воздух: эта девчонка даже пахнет, как цветок, чем-то сладким, приятным.

Может, всё-таки рот ей заткнуть?

– Короче, я с вами поеду, – пытаюсь произнести грозно, но на деле получается так, будто я упрашиваю мать, чтобы с собой в магазин меня взяла.

– Не поедешь, – категорично заявляет, отрицательно покачивая головой.

– Это ещё почему? – похоже, наш спор не закончится никогда, и мелкие начинают хныкать.

Надо бы ехать, но я теперь и с места не сдвинусь, пока Есения не согласится на мои условия. Я поеду с ними, и точка.

– Мы со Славой, быть может, пешком прогуляться хотим. Вдвоём, – поясняет деловито. – Об этом ты не подумал?

Да она же провоцирует меня, это невооружённым глазом видно.

– Окей, не вопрос, – завожу тачку и рву с места.

Думает, я пешком не умею? Наивная…

Вечером я уже, как штык, стою возле дома Цветочка. Я не знаю, где и как девчонка договорилась встретиться с одноклассником, поэтому в случае, если меня сейчас пошлют, пересяду в тачку и буду следить.

Минут черед пятнадцать томительного ожидания открывается калитка и на улицу выходит Есения.

Ох-ре-неть…

Вот это у неё ножки…

Девчонка, сколько я её видел, всё время в балахонах каких-то ходила, юбках длинных, сарафанах в цветочек. А сейчас Сеня надела на себя джинсы: такие облегающие, тоненькие.

Девчонка поворачивается ко мне спиной, не замечая, а я залипаю на её аккуратную попку. Кровь из головы утекает вниз, мозги отключаются на фиг, и я едва не скриплю зубами от досады. Так хочется подойти к девушке, расположить на ней свои руки, но я вынужден стоять на месте и истекать слюной.

Есения звонит кому-то, произносит пару незначительных фраз, а потом поворачивается в сторону тропинки и уходит. Одна.

Плетусь следом.

Судя по маршруту, мы направляемся к Дому Культуры. Ну, очень оригинально, опять в цирк?

Есения останавливается возле ряда скамеек, в небольшом сквере возле ДК. В этой их деревне ни парка нормального, ни ресторанов приличных, ничего нет. Только какая-то тошниловка на трассе, недалеко от заправки.

Я стою чуть в стороне и жду, что будет дальше.

На горизонте вырисовывается Славка, и, о, чудо! Хрен не один, а с какой-то девкой.

Пацан представляет девчонок друг другу и машет руками, указывая на обшарпанные лавочки, а до меня доносятся обрывки фраз типа:

– Пивка попьём.

Ну, супер.

Есения переминается с ноги на ногу, явно сомневаясь. Цветочек не торопится идти вслед за повернувшими в сторону сквера друзьями.

Что ж, похоже, мой выход.

Глава 17

– О-оп! – раздаётся прямо над ухом, а в талию впиваются стальные клешни.

Неведомая сила разворачивает меня на 180 градусов так быстро, что я даже пикнуть не успеваю.

Градский? А он здесь откуда?

– Привет, – парень расплывается в глуповатой улыбке, даже не догадываясь, как сильно я хочу стукнуть его за наглость.

– Ты что здесь забыл? – шиплю возмущённо.

Пытаюсь выпутаться из объятий мажора, но он изначально сильнее меня, я в жизни такую махину с места не сдвину.

– Тебя, – отвечает самоуверенно, без тени сомнения.

На языке вертятся тысячи вопросов, но задавать их я не спешу, потому что половину уже озвучила сегодня днём в машине. А ходить по кругу, пытаясь выяснить отношения, у меня лично желания нет.

– Я здесь не одна, и не с тобой пришла, видишь? – киваю в сторону сквера, где как раз располагается Славка со своей девушкой.

Конечно, у меня не было никаких видов на одноклассника, и то, что он пришёл не один меня нисколько не трогает. Но и переключиться теперь не получится, ещё и Рома тут как тут нарисовался.

– То есть, другими словами, ты хочешь сейчас пойти к ним? Сесть на заплёванную семками и окурками лавочку и потягивать пивко? – ухмыляется парень, считывая реакцию моего лица мгновенно.

– А что, если так? – я всё ещё пытаюсь противостоять Роме, но даже одна единственная фраза звучит тихо и неуверенно, потому что Градский прав: мне такой отдых не по вкусу.

Конечно, у нас в посёлке слишком не разгуляешься, ни парка нормального, ни развлечений толком нет. Но в центре недавно построили небольшой спортивный стадион, и уж лучше бы я в мячик сыграла с кем-нибудь, чем вот это всё.

Ещё неподалёку есть маленькое, но очень уютное детское кафе. Конечно, такие парни, как Слава или Рома, и ногой ступить в подобное заведение не согласятся.

А я бы не отказалась от порции мороженого или какого-нибудь тортика…

– О чём задумалась? – спрашивает Градский, не отрывая взгляда от моего лица.

Кожа в местах, где меня касается парень, полыхает. Я всё ещё пытаюсь освободиться, но уже не