Отказался от жены? Верни мне мои семь лет - Майкл Скофилд

Ежегодные подтверждения содержали его обновление, хотя открытая формулировка говорила только о взаимной поддержке.

Механизм передавал одну стандартную единицу жизненного срока от меня к Адриану.

Активация происходила семь раз.

Каждая совпадала с годовщиной брака.

Отдельное информированное согласие в исследованных документах отсутствовало.

В конце стояла рекомендация:

запросить исходный технический шаблон Палаты Огненных Союзов;

поднять древние формы клятвы супружеской опоры;

проверить журналы медицинских показателей Адриана вокруг ежегодных активаций;

сопоставить аналогичные брачные печати при наличии законных оснований.

Я задержалась на последнем.

— Аналогичные печати.

Келлан кивнул.

— Пока у нас нет права открывать чужие брачные дела только потому, что ваша печать оказалась незаконной.

— Но можно искать публичные решения?

— Конечно. Разводы, зарегистрированные жизненные долги, судебные споры — все, что находится в открытом реестре.

Я уже знала, что буду делать.

Не сегодня.

Но скоро.

Мериса спросила:

— Как быстро Огненные Союзы должны предоставить технический шаблон?

— По обычному запросу — пять рабочих дней.

— А если откажут?

— Пойдем за судебным распоряжением.

Адриан сказал:

— Я могу направить запрос как глава дома.

Я посмотрела на него.

Келлан тоже.

— Можете, — ответил мастер. — Но лучше этого не делать.

— Почему?

— Потому что сейчас нам важно увидеть официальную реакцию Палаты на государственный запрос, а не на давление одного из крупнейших драконьих домов.

Адриан подумал.

— Согласен.

Это тоже было правильно.

Не бежать впереди процедуры.

Не решать быстрее всех.

Я заметила это и разозлилась на себя за то, что замечаю.

После заседания нам выдали копии заключения.

Моя папка стала толще еще на двадцать страниц.

Я убрала ее в сумку.

Келлан спросил:

— Есть вопросы до следующего этапа?

Я посмотрела на схему скрытой печати.

— Один.

— Какой?

— Эта конструкция могла появиться сама в течение брака?

Ответила Эйда Торн.

— Нет.

— Из-за взаимодействия наших магий?

— Нет.

— Из-за ошибки ежегодного мастера?

— Один ошибочный узел теоретически мог возникнуть. Семь одинаковых — нет.

— Значит, кто-то создал механизм заранее.

Она осторожно поправила:

— Кто-то создал или использовал шаблон, в котором этот механизм уже присутствовал.

Вот так точнее.

Я кивнула.

— Спасибо.

На этом аудит закончился.

Домой я вернулась после девяти.

В квартире по-прежнему стояли неразобранные коробки, на кухне было только две чашки и одна кастрюля, а письменный стол я собрала вчера с помощью мастера из лавки на первом этаже.

Мне нравилось это несовершенство.

Здесь ничего не было готово за меня.

Я сняла пальто, заварила чай и открыла копию заключения.

Потом достала семь бордовых папок.

Разложила по годам.

На каждой стояла моя подпись.

Собственная.

Настоящая.

Но под ней работал другой договор.

Не тот, который мне показывали.

Я не чувствовала себя глупой.

Это было важно.

Информированное согласие придумали именно потому, что человек не обязан быть мастером каждой области права, медицины и магии, чтобы защитить себя от скрытого условия.

Я могла быть специалистом по гражданским клятвам и все равно иметь право доверять мастеру, который говорит, что передо мной обычное подтверждение брака.

Проблема была не в том, что я не нашла спрятанное.

Проблема была в том, что его спрятали.

Я открыла первую папку.

Потом вторую.

На шестой нашла запись:

«По просьбе сторон подтверждение проведено в вечернее время. Перенос даты признан недопустимым».

Вот оно.

Я сделала копию строки для Мерисы.

Затем достала чистый лист и написала:

«Проверить: требование строгой даты годовщины. Кто его устанавливал? Было ли оно стандартным для всех драконьих браков или только для отдельных печатей?»

Ниже добавила второй вопрос:

«ОП-1. Найти старые формы супружеской опоры».

А потом третий:

«Есть ли другие расторгнутые браки, где после закрытия печати обнаруживался жизненный долг?»

Я отложила перо.

Сегодня мы уже знали достаточно, чтобы перестать считать семь лет ошибкой измерения.

Кто-то встроил в наш брак второй слой.

Каждый год он делал одно и то же.

Забирал у меня ровно одну единицу жизненного срока и передавал ее Адриану.

Не случайно.

Не один раз.

Семь.

И если такой шаблон использовали не только в нашем браке, искать ответ следовало уже не в личной истории Ревалей.

Глава 6. Одиннадцать бывших жен

Глава 6. Одиннадцать бывших жен

На следующее утро я пришла в архив Королевской Палаты Клятв еще до открытия основного читального зала.

Семь бордовых папок с документами годовщин остались дома. Я не хотела таскать их по городу без необходимости, да и сегодня меня интересовал уже не собственный брак.

Вчерашний аудит дал слишком ясный вопрос.

Если скрытый слой был частью стандартного шаблона, то где-то должны существовать другие женщины, которые подписывали похожие документы.

Если же наша печать была исключением, это тоже следовало установить.

Я начала с самого простого: открытого реестра расторгнутых браков правящих драконьих домов за последние восемнадцать лет.

Доступ к нему не требовал действующей лицензии. Любой гражданин мог получить сведения о дате заключения и расторжения брака, сторонах, наличии зарегистрированных имущественных и магических споров, а также итоговом статусе союза. Медицинские подробности, внутренние договоры и структура печати оставались закрытыми.

Мне пока хватало открытого.

Архивариус выдал мне три толстых каталога и предупредил:

— Полный поиск по драконьим домам займет время. У нас нет отдельного указателя по причинам развода.

— Я и не хочу искать по причине.

Он посмотрел внимательнее.

— А по чему?

— По длительности брака.

— Это придется считать вручную.

— Знаю.

Он пожал плечами.

Наверное, решил, что перед ним очередная бывшая жена, которая ищет подтверждение собственной обиды в чужих разводах.

Возможно, отчасти так и было.

Я села у окна.

Первые два часа не дали ничего полезного.

Правящие драконы разводились не так часто, как любили утверждать столичные сплетники. Были браки на два года, где причиной открыто указывалось взаимное расторжение. Были союзы, закончившиеся после смерти одного из супругов. Были женщины, которые сами подавали на развод из-за жестокого обращения, неверности или имущественных конфликтов.

Никакого общего рисунка.

Потом появились первые совпадения.

Дом Тарвен.

Брак длился шесть лет и четыре месяца.

Жена — Мира Тарвен, в девичестве Элс.

Причина расторжения в открытом решении: отсутствие прямого наследника и заключение врачебной коллегии о длительной репродуктивной несовместимости.

Я записала.

Дом Сейлан.

Пять лет и одиннадцать месяцев.

И снова отсутствие наследника.

Супруга после развода получила крупную компенсацию и покинула земли дома.

Дом Воррен.

Семь лет и два месяца.

Тот же смысл,