Путь к бессмертию. Том 2 - Shin Stark

Я тогда был никем. Слугой низкого уровня, случайной занозой в чужой истории.

Он мог пройти мимо.

Мог не вмешиваться.

Мог сказать, что слабые сами виноваты.

В секте это очень популярная мудрость, особенно среди тех, кто говорит её сверху.

Но Чу Янь вмешался.

И я сейчас жив только потому, что он это сделал.

Я плохой человек.

Это давно уже не оскорбление, а рабочее описание. Я ворую, обманываю, использую чужую жадность, подставляю несуществующих Сун Вуконгов и иногда взрываю людей так, что старейшины вынуждены укреплять барьеры.

Но я не забываю доброту.

Особенно ту, за которую человек ничего не просил.

Я поднял голову.

Голоса на площади постепенно стихали. Все ждали, что я вернусь на место и спрячу коробочку. Кто-то уже смотрел на меня с завистью. Кто-то с раздражением. Кто-то — с холодным расчётом.

Я улыбнулся.

Не широко.

Просто достаточно, чтобы рядом стоящие ученики насторожились.

— Старейшины, — сказал я громко, складывая руки. — Этот младший благодарит вас за щедрый дар.

Седой старейшина чуть кивнул.

Я продолжил:

— Но я в долгу перед старшим братом Чу Янем.

Шум оборвался.

Чу Янь впервые за всё время заметно изменился в лице.

— Много лет назад, когда этот младший был ещё слабым слугой, старший брат Чу помог мне. Возможно, для него это была мелочь. Для меня — нет.

Я повернулся к Чу Яню и протянул нефритовую коробочку.

— Поэтому эту Пилюлю Заложения Основ я отдаю ему. Надеюсь, это можно считать оплатой за мой долг.

Площадь снова затихла.

На этот раз тишина длилась куда дольше.

— Он отдал⁈

— Пилюлю Заложения Основ⁈

— Мин Хао⁈

— Праведный Демон отдал пилюлю⁈

— Он точно безумен…

— Нет, подожди… он сказал, что возвращает долг?

— Чу Янь когда-то помог ему?

— Так Праведный Демон платит по долгам?

Я не стал ждать, пока слухи сами найдут нужную форму.

Иногда полезно дать толпе правильные слова.

— Я всегда плачу по долгам, — сказал я достаточно громко, чтобы слышали не только ближайшие ученики. — Если кто-то помог мне, я верну десятикратно.

Я сделал паузу.

И позволил улыбке стать чуть холоднее.

— Если кто-то обидел меня, верну тысячекратно.

Вот теперь тишина стала правильной.

Очень полезной.

Люди любят простые правила. Их легче запоминать, легче пересказывать и гораздо приятнее бояться.

Старейшина Гу больше не улыбался.

Вот это немного улучшило мой день.

Му Цинлань смотрела на меня спокойно, но в её глазах мелькнуло что-то странное. Не одобрение. Не удивление. Скорее лёгкий интерес человека, который увидел, как подопытное растение внезапно зацвело не тем цветом, который от него ожидали.

У меня от этого мурашки по спине прошли.

Лань Сюэ тоже была среди зрителей.

Я заметил её только сейчас, на одной из боковых галерей. Но разглядеть с такого расстояния не смог.

Ну и ладно.

Чу Янь подошёл ко мне.

Не потому, что сомневался. Скорее потому, что пытался понять, что вообще происходит.

Он посмотрел на коробочку, затем на меня.

— Когда я тебе помог? — спросил он. — Разве мы вообще знакомы?

Я едва не рассмеялся.

Не издевательски.

Просто не удержался бы от удивления.

Вот ведь человек.

Он действительно не помнил.

Не делал вид. Не изображал скромность. Не пытался красивой фразой усилить момент. Просто не помнил добро, которое сделал, потому что для него это, видимо, было чем-то естественным. Увидел, что человек нарушает слово. Вмешался. Пошёл дальше.

Какой милый парень.

— Это уже не важно, старший брат Чу, — сказал я. — Важно, что я помню.

Он несколько вдохов смотрел на меня.

Потом медленно принял коробочку двумя руками.

И поклонился.

Не глубоко, но честно.

— Благодарю, младший брат Мин.

Слова прозвучали просто, без торжественности. Но по площади прошла волна.

Для многих это, кажется, оказалось сильнее, чем мои взрывные печати.

Чу Янь выпрямился, повернулся к старейшинам и вдруг громко сказал:

— В ближайшее время я начну десятую попытку заложить Основу Духа!

Гул поднялся сразу.

На этот раз не завистливый, а восторженный.

— Десятую!

— Старший брат Чу снова попробует!

— На этот раз точно получится!

— С такой пилюлей шанс выше!

— Если кто и заслужил, то он!

Я смотрел на лица учеников и понимал: Чу Яня действительно уважали.

Не боялись, как меня.

Не обсуждали, как Ло Жэня.

Именно уважали.

За силу. За упрямство. За то, что он столько лет стоял на вершине Концентрации Ци и всё ещё не сломался.

Чу Янь снова посмотрел на меня.

— Удачи и тебе, младший брат Мин.

Я улыбнулся.

— Сначала пусть она поможет вам, старший брат. Думаю, до тех пор, пока вы не сможете заложить Основу Духа, не смогу и я.

Он, кажется, не понял шутку.

И это почему-то было даже лучше.

Я сложил руки, поклонился старейшинам, затем Чу Яню, после чего начал уходить.

На этот раз никто меня не останавливал.

Взгляды жгли спину.

Восхищение.

Подозрение.

Интерес.

Расчёт.

Разочарование тех, кто уже успел мысленно украсть у меня пилюлю и теперь обнаружил, что красть нечего.

Я шёл спокойно.

И впервые за весь день чувствовал лёгкость.

Не потому, что избавился от проблемы. Нет. Проблем у меня теперь станет даже больше. Слухи о том, что Праведный Демон платит долги, полезны, но опасны. Люди начнут искать способы оказаться у меня в списке благодетелей. Другие — ещё сильнее бояться попасть в список должников.

Старейшина Гу не забудет, как я испортил его маленькую ловушку.

Те, кто хотел пилюлю, тоже не забудут.

Всё это плохо.

Но на душе всё равно было легче.

Иногда правильная сделка приносит прибыль не сразу.

Я уже почти покинул площадь, когда мысль догнала меня и вцепилась в затылок.

«Плохой Корень Духа, да?»

Он провел больше двадцати лет на пике Концентрации Ци, хотя его Корень Духа лучше моего.

У него было уже девять неудачный попыток.

Я замедлил шаг.

Если человеку с плохим Корнем Духа для реального шанса нужно десять попыток и множество пилюль…

То сколько понадобится мне?

С моим ужасным Корнем Духа.

Двадцать?

Пятьдесят?

Или даже этого будет мало?

Ответа не было.

Только холодное понимание: мой путь будет тяжелее, чем я думал.

Гораздо тяжелее.

Я тихо выдохнул, посмотрел в сторону пика Весенних Трав и снова пошёл к своей пещере.

Только что я отказался от шанса, который мне подарили небеса.

Ну и плевать. Я с самого начала не полагался ни на удачу, ни на небеса.

Все, чего я достиг — я добился сам.

До стадии заложения Основы Духа я тоже доберусь сам. Мне не нужны ничьи подачки.

За