Чудо на войне. В окопах атеистов нет - Павел Алексеевич Астахов

и систематизирована, иначе она превращается в махновщину. А махновщина толку не дает нигде и никогда. И вот в Русской православной церкви в союзе с Министерством обороны родилась идея ввести должность главного военного священника. Назначили на нее меня и поручили заниматься систематизацией нашего труда на фронте.

Павел Астахов:

– Скептики скажут: вот в Великую Отечественную не было никаких священников, а дух-то был, и победили мы такую громаду – немца побили, ту часть Европы, которая была на стороне немцев, побили.

Протоиерей Димитрий Василенков:

– Как-то меня пригласили в Институт внутренних войск, где происходила встреча с ветеранами. Я еду и думаю: «Там же будут ветераны Второй мировой, ветераны НКВД, что я им скажу? Освищут меня, пинков надают». Захожу в институт, и ко мне подходит один из ветеранов. А он такой, знаете, квадратный, будто из камня вырубленный. Он смотрит на меня внимательно, потом вдруг складывает руки для благословения, говорит: «Благослови, отец, православного полковника». Я так и сел. Потом услышал еще удивительный диалог между ветеранами, участниками Московской битвы. Один говорит: «Опять там попа пригласили». А ему отвечают: «Но ты подумай. Ты ж там был, сам же видел, что творилось вокруг. Каким образом мы из той мясорубки вылезли, вообще непонятно!» Он подумал, кивнул: «Да. Ладно, пусть будет».

Понимаете, да? Великая Отечественная война была выиграна благословением и чудом Божьим. И кто участвовал в той войне, прекрасно это понимает.

Мне как-то попались в руки воспоминания офицера-контрразведчика, который закончил войну начальником внешней охраны Потсдамской конференции, а начинал простым особистом. И вот он пишет: «В станице Политотдельская случился налет авиации, с утра до вечера шел. И я сижу в полном коматозе в избе, от которой только один угол остался. Оборачиваюсь назад и вижу, что сижу ровно под иконами». И дальше пишет: «Я, конечно, в Бога не верю, но Боженька меня спас». И так оно везде. Можно и не верить, но когда припрет, Бога вспоминают все.

Павел Астахов:

– Что сегодня больше всего необходимо солдату на фронте, нашему солдату?

Протоиерей Димитрий Василенков:

– Вера. Вера необходима солдату на фронте. Вера в Бога, вера в то дело, которое он делает. Что это дело правое. А иначе откуда силы черпать? Силы человеческие небезграничны. А война выматывает человека, ломает его. Очень легко на войне стать зверем. Озвереть от всего того, что происходит, и перейти черту, которая отличает человека от зверя. Я таких встречал, и участь их, на самом деле, весьма печальна. Как правило, они потом не могут социализироваться, потому что тот бес, в которого они стали превращаться, в конце концов начинает их жрать. Наступает мирная жизнь, и для них все заканчивается страшными вещами, самая «легкая» из которых – развал семьи.

Нельзя на войне быть человеком без веры. Иначе кто даст силы, чтобы преодолеть все ужасные вещи, с которыми приходится сталкиваться? На войне иногда приходится совершать страшный выбор: не между плохим и хорошим, а между плохим и очень плохим, а потом жить с последствиями своих решений. И нести этот крест бывает очень тяжело. Поэтому как тут без веры? Никак. Вера – это ведь не просто голое знание о том, что Бог есть. Это прежде всего жизнь и стремление быть с Богом. Она открывает человеку канал общения с Богом, и человек получает силы. Силы оставаться человеком, поступать правильно, оставаться живым. Конечно, бывает, что и верующие люди на войне жизни свои отдают. Но, как мы всегда говорим, они не погибают – их Бог забирает к Себе. Так что вот такой ответ мой вам будет.

Павел Астахов:

– Во время войны каждый понимает, что, может быть, сейчас для него начался последний смертельный бой, но, как в песне, мечтает все-таки дожить и надеется на некое чудо, что оно может произойти. Поэтому на фронте так востребованы истории о чудесных спасениях, которые передаются из уст в уста, – что-то действительно имеет под собой реальную основу, что-то додумывается. Но как не потерять веру в чудо, понимая, что оно может произойти только по воле Божией? Чтобы, как говорил Достоевский, не вера от чуда рождалась, а чудо от веры.

Протоиерей Димитрий Василенков:

– Вообще, так-то мы живем в области чудес Божиих. Может быть, на Страшном Суде Господь нам откроет, сколько раз Он вытаскивал нас из ситуаций, когда мы должны были погибнуть: машина мимо проехала, камень упал не на голову, а рядом… Мы просто об этом не знаем. А то, что мы живы, уже чудо Божие. Хранит Господь нас, нянчится с нами, пытается нас воспитывать, как маленьких детей. А мы настолько привыкли к этому, что уже и не ценим. И только когда случается какое-то экстраординарное событие, говорим: о, чудо Божие произошло. Хотя на самом деле то, что мы здесь с вами сидим, – это чудо Божие. Поэтому надо благодарить Бога. Как говорил старец Николай Гурьянов, благодарное сердце ни в чем не нуждается. Спать ложишься: «Господи, благодарю Тебя за то, что жив остался, что со мной ничего не произошло».

Ведь стоит только оглянуться вокруг… В хоспис съезди, посмотри, как там люди умирают: сейчас ведь очень много женщин молодых сгорает от рака, да и мужчин. Съезди в больницу, в детский хоспис. Посмотри, как обстоят дела на самом деле. Большинство людей в этом мире страдают. А мы живем в своей самости, как черепаха в броне, и не задумываемся ни о чем. Пока гром не грянет. Поэтому нужно Бога благодарить за Его милости. А будешь благодарить – и Господь начнет тебе открывать многие-многие смыслы. Благодарное сердце действительно не нуждается ни в чем. Но для этого нужно совершить душевный труд.

У меня есть знакомая, Тамара Ивановна, у нее муж и три сына умерли. И она мне рассказывала, что в абсолютном раздрае поехала к старцу, знаменитому отцу Василию Ермакову в Санкт-Петербург. Как, спрашивает его, это все пережить? А он ей отвечает: «Благодари Бога за все, что произошло». Она в недоумении: «Как?!!» Он говорит: «А просто. Каждый вечер вставай перед иконочкой и благодари Бога». И она послушалась его. Рассказывает мне потом: «Я не знала, как благодарить-то, сердце же мертвое, сказать ничего не могу… выжимала из себя. А потом мне многое открылось…»

Видите, в деле благодарности тоже труд нужен. И чтобы многое понять, нужно и многое пережить, и многое продумать. Тогда начнут тебе открываться смыслы жизненные, когда будешь достоин понимания этих смыслов. Но далеко не