Как я строил ТехМаш II - Сим Симович

— Ты мне мозг не еби, Василич. Я этого не люблю, — хрипло, сквозь зубы процедил Седой. Авторитет угрожающе медленно крутил на толстом пальце перстень с крупным бриллиантом. — Какая еще, к лешему, задержка по техническим причинам⁈ На грузовом КПП-5 прямо сейчас стоит колонна из двухсот наших заказанных автовозов! Пацаны в Новосибирске, Екатеринбурге и Красноярске уже деньги в общак занесли, товар ждут! Ты бери ручку и молча подписывай наряды на отгрузку двухсот новеньких «девяток». А с огромными заводскими долгами потом как-нибудь сам перед Москвой оправдывайся. Кредит возьми, мне похер. Ты меня понял?

— Игорь… Игорек, миленький… да как же я подпишу эти наряды⁈ — Глушков уже сорвался, почти плакал, в отчаянии показывая трясущимся пальцем на стопку неоплаченных векселей. — У меня на складах листового металла для штамповки кузовов осталось максимум на два неполных дня работы! Больше нет! Энергетики из «СибЭнерго» сегодня утром прислали официальный жесткий ультиматум: если до двенадцати часов дня не будет стопроцентной оплаты долга, они принудительно снижают подачу тока на главный конвейер сразу на пятьдесят процентов! Завод физически встанет! Мы не сможем варить кузова!

— Встанет конвейер — значит, сами руками растолкаете, не баре, — Седой презрительно, прямо на инкрустированный паркет сплюнул кусок застрявшей в зубах зубочистки. Бандит наклонился вперед, его глаза превратились в узкие щелки: — Ты бумажки подписывай, Василич. Или у тебя память отшибло? Забыл, как твой несговорчивый зам по логистике прошлым месяцем в речке с утюгом на ногах поплавал? Водолазы еле нашли. А еще у тебя дочка-красавица в Самаре в медицинском институте учится. Гуляет вечерами одна. Не хочешь же ты, как любящий отец, чтобы у нее внезапно серьезные проблемы со здоровьем начались или лицо кто-то кислотой попортил? Ставь директорскую печать и не зли меня.

Пальцы генерального директора задрожали с новой силой. Глушков обреченно потянулся за тяжелой перьевой ручкой, физически чувствуя, как к горлу подступает тошнотворный ужас абсолютного бессилия. Он был тотально сломан бандитским прессом.

И именно в этот переломный момент на широком рабочем столе пронзительно замигала красная лампочка селекторной связи. Испуганная секретарша из приемной заговорила паническим шепотом, забыв про субординацию:

— Анатолий Васильевич! Беда! Тут… тут срочно из самарского управления Центробанка официальную правительственную телеграмму прислали! И факс от энергетиков из «СибЭнерго» пришел! Ужас что творится! Абсолютно все наши клиринговые счета заморожены до выяснения обстоятельств! Мы не можем провести ни одного платежа!

Седой мгновенно опустил ноги с полированного стола. Его и без того узкие глаза сузились еще больше, превратившись в бойницы:

— Чего она там несет⁈ Какой еще Центробанк⁈ Кто посмел заморозить наши счета в Самаре⁈ Мы же там всё купили!

Пока в душной высотке тольяттинского заводоуправления разворачивалась неприглядная драма, в прохладном оперативном штабе «ТехМаш-Финанс» в Самаре Аркадий Сидоров и Елена Романова наносили заранее спланированный юридическо-финансовый удар.

Цинично, но абсолютно законно пользуясь неограниченными полномочиями Чрезвычайного антикризисного комитета, банк «ТехМаш-Финанс» за прошедшие трое суток в режиме строжайшей секретности выкупил у генерирующей компании «СибЭнерго» и Уральских металлургов абсолютно все просроченные долговые обязательства Волжского автозавода. Общая сумма составила астрономические семьсот миллиардов рублей. В обмен на физические, осязаемые золотые «крыловки», доставленные инкассаторами, энергетики и сталевары с радостью и облегчением официально переуступили все права требования корпорации.

Одновременно с этим блестящим маневром Елена Романова твердой рукой визировала Постановление Чрезвычайного Комитета за порядковым номером сорок семь.

Суть документа была убийственно простой: все без исключения долговые векселя коммерческих банков-однодневок, подконтрольных ОПГ «Волговские», официально признавались ничтожными финансовыми фальшивками. Более того, эти сделки квалифицировались как средства незаконного отмывания криминального капитала в особо крупных размерах. Перепуганный самарский филиал Центробанка по одному грозному звонку Романовой, подкрепленному Указом, полностью заблокировал все корреспондентские счета бандитских фирмачей ровно за пять минут. Деньги ОПГ превратились в цифровой мусор.

Огромный Волжский автомобильный завод в одночасье оказался в абсолютно глухом юридическом мешке. Предприятие больше не имело законного права отгрузить ни одной машины по выписанным бандитским нарядам. А любые попытки братков вывезти новые автомобили силовым путем через проходные автоматически попадали под расстрельную статью о вооруженном расхищении государственного имущества в особо крупных размерах. Капкан захлопнулся.

Электронные часы на башне центрального заводоуправления показывали ровно два часа ночи, когда над темными окрестностями Тольятти пролился густой, теплый летний дождь.

На стратегически важной трассе Самара — Тольятти, у самого поворота на обходную дорогу, скрытно, с выключенными фарами замерли три тяжелых бронированных кунга элитной Внутренней Охраняемой Резервации корпорации.

Опытный майор Петрович, стоя в открытом проеме башенного люка БТР-80 в непромокаемом плаще, поднес к глазам массивный прибор — новейший портативный квантово-магнитный тепловизор, недавно разработанный в секретном КБ чудаковатого профессора Штейна. На ярком зеленом экране сквозь стену дождя и тьму отчетливо, до мельчайших деталей вырисовывались горячие красные силуэты тяжелой техники, надежно укрытой бандитами в сосновом бору неподалеку от грузового КПП-5.

— Товарищ майор, разрешите доложить обстановку, — четко произнес подошедший капитан ВОХР, смахивая воду с лица. — Три полнокровных штурмовых батальона Резервации при огневой поддержке тяжелой бронетехники СибВО полностью кольцеобразно блокировали город по периметру. Мы наглухо перекрыли все шесть основных и объездных выездов на Самару и Сызрань. Крупный железнодорожный сортировочный узел Жигулевск и все грузовые причалы речного порта взяты под наш полный физический контроль. Муха не пролетит.

— Что сейчас происходит с автовозами бандитов? Пытаются прорваться? — хрипло, не отрываясь от окуляров, спросил Петрович.

— Так точно. У ворот КПП-5 скопилось сорок тяжелых двухуровневых автовозов, под завязку груженных новенькими «девятками». Бандиты нервничают. Пытаются внаглую выгнать колонну окольными проселочными дорогами, в обход основных постов, без сопроводительных документов.

— Произвести жесткое силовое задержание колонны, — чеканно распорядился майор по рации. — Оружие на поражение применять исключительно в случае прямого вооруженного нападения на сотрудников Резервации. Спецназу активно использовать светошумовые гранаты «Заря» и приборы ночного видения. Брать жестко.

В промозглой темноте ночи внезапно раздался хищный рокот мощных дизелей. Три многотонных БТР-80 с эмблемами «ТехМаша» стремительно выскочили из лесной чащи. Бронемашины с визгом тормозов развернулись поперек дороги, наглухо перекрывая проезжую часть прямо перед бампером головного бандитского автовоза.

Из кабины остановленного грузовика мгновенно выскочили двое отмороженных боевиков ОПГ. Они передернули затворы автоматов Калашникова, явно намереваясь сходу открыть огонь на поражение, но в тот же самый миг всё пространство озарилось нестерпимо яркими, слепящими вспышками мощных ксеноновых прожекторов, установленных на