Как я строил ТехМаш II - Сим Симович

— Немедленно бросить оружие на землю! Лицом в асфальт! Работает спецподразделение Внутренней Охраняемой Резервации! Сопротивление бесполезно! — громовым раскатом загремел через мегафон усиленный голос Петровича.

На груди и лбах опешивших бандитов тут же зловеще вспыхнули десятки рубиново-красных точек лазерных прицелов снайперов. Бойцы элитного ВОХРа, закованные в черную штурмовую броню, действовали с молниеносной, отработанной на тренировках пугающей жесткостью. Ровно за пять секунд все вооруженные преступники были буквально выбиты из кабин, грубо уложены лицом в мокрый асфальт и надежно закованы в пластиковые стяжки-наручники. Ни единого выстрела не прозвучало.

Одновременно с этим захватом, в запутанной промышленной зоне Тольятти оперативные штурмовые отряды Владимира Губанова проводили свою часть зачистки. С помощью уникальных портативных квантовых пеленгаторов всё того же неутомимого Штейна безопасники безошибочно вскрыли восемь тайных подпольных складов-отстойников. Именно там хитроумные «Волговские» прятали более трехсот ранее украденных с завода автомобилей без перебитых номеров.

К четырем часам промозглого утра стальной Тольяттинский капкан Крылова захлопнулся окончательно и бесповоротно. Ни один, даже самый маленький автовоз не смог выехать за пределы оцепленного города. ОПГ лишилась товара и денег.

Наступившее утро встретило огромный Волжский автозавод непривычной, оглушительной тишиной остановившегося производства.

Ровно в восемь часов диспетчеры «СибЭнерго», действуя на основании официального распоряжения Антикризисного комитета, одним поворотом рубильника снизили подачу электроэнергии на главный сборочный конвейер на пятьдесят процентов. Гигантские ленты сборки, питавшие город, тяжело застонали и остановились. Все массивные автоматические ворота на всех грузовых и легковых КПП оказались обесточены и намертво заблокированы в закрытом положении. Завод превратился в неприступную крепость.

На широкой бетонной площадке перед грузовым КПП-5 в плотную очередь стояли двести заблокированных бандитских автовозов. Нервные перегонщики и быки в кожаных куртках в бессильном бешенстве стучали кулаками по холодным стальным створкам ворот. Они искренне не понимали, почему внезапно прервалась их годами отлаженная схема обогащения.

В это же самое время, в душном директорском кабинете на пятнадцатом этаже высотки, взбешенный Игорь Седой дико орал в правительственный телефон. Авторитет сжимал тяжелую карболитовую трубку так сильно, что костяшки побелели:

— Алло! Прокуратура⁈ Твою мать, вы что там, все разом уснули на рабочих местах⁈ За что я вам чемоданы долларов каждый месяц заношу⁈ Почему выезды из нашего города перекрыты какими-то непонятными сибиряками на бронетехнике⁈ Какая еще, к дьяволу, Охраняемая Резервация⁈ Снесите посты к чертовой матери ОМОНом!

Трубка откликнулась не уверенным басом купленного силовика, а жалким, паническим, срывающимся шепотом прокурора города:

— Игорь… Игорек, слушай меня внимательно… бросай всё и уходи. Прямо сейчас. Нас всех жестко зажали в тиски. Без вариантов. В центральном самарском банке сегодня ночью официально арестовали абсолютно все ваши счета. До копейки. Ваши векселя постановлением из Москвы признаны криминальной липой. На юге города, на трассах стоит регулярная тяжелая бронетехника СибВО. ОМОН против них не пойдет. У этих людей на руках железобетонный Указ правительственного Антикризисного комитета с личной печатью и подписью самого Крылова… Мы бессильны, Игорь. Спасайся.

Седой медленно, словно парализованный, положил гудящую короткими гудками трубку на аппарат. Грубое лицо матерого криминального авторитета, прошедшего не одну кровавую разборку, стало землисто-серым, как пепел. В этот миг он впервые кристально ясно понял, что столкнулся не с напуганной, коррумпированной местной властью, которую можно купить или запугать. Он столкнулся с гигантской, безжалостной и абсолютно хладнокровной государственной машиной корпорации XXI века. Машиной, против которой все его автоматы, понты и бойцы в кожанках — просто смешная детская забава в песочнице.

В этот момент триумфа закона, на просторной площади перед главным заводоуправлением раздался сытый, мощный рев дорогих моторов.

К широкой парадной лестнице «Голубого зуба», в плотном силовом сопровождении двух хищных БТРов ВОХР, плавно и торжественно подкатил длинный бронированный ЗИЛ Виктора Крылова.

Тяжелая дверь элитного лимузина мягко распахнулась.

На полированную металлическую подножку уверенно ступил Виктор Сергеевич. Сегодня на нем был надет безупречно скроенный темно-серый итальянский костюм-тройка, подчеркивающий статус. В правой руке сибиряка с сочным металлическим звоном привычно щелкнул верный золотой «Дюпон». Вспыхнуло теплое газовое пламя, и Виктор с наслаждением затянулся сигаретой, медленно выдыхая густую дыма в сторону нависшей над ним высотки.

Сразу за Крыловым шествовала прекрасная Елена Романова. Девушка была облачена в строгий белоснежный брючный ансамбль. В ее руках покоилась та самая смертоносная для бандитов папочка из крокодиловой кожи. Следом вышагивал педантичный, невозмутимый Сидоров с прижатым к груди зеленым ноутбуком. Замыкал процессию монументальный Губанов, чья огромная правая рука привычно покоилась на рукояти «Стечкина» в открытой кобуре.

А чуть позади основной группы, пыхтя и отдуваясь, шел верный Николай Петрович Шевцов. Неугомонный снабженец самолично тащил в обеих руках два невероятно увесистых инкассаторских баула, доверху набитых новенькими, пахнущими краской золотыми «крыловками».

Виктор бросил короткий, оценивающий взгляд на сверкающий циферблат часов, одним щелчком захлопнул зажигалку, аккуратно потушил сигарету и негромко, но так, что услышали все присутствующие, произнес:

— Заходим, господа. Время пришло. Пора наконец-то очистить великий Волжский автозавод от налипшего криминального бандитского мусора и заново запустить конвейер. Но теперь он будет работать исключительно по нашим правилам.

Глава 7

Вечернее солнце над бескрайними просторами Жигулевского моря медленно опускалось за сосновые кроны. Уходящее светило щедро окрашивало спокойные воды Волги в багрово-золотые тона, превращая речную гладь в расплавленный металл. Жара суматошного летнего дня постепенно спадала.

На просторной, выстроенной из мореного дуба открытой террасе правительственной дачи царила глубокая тишина. Идиллию нарушал лишь неспешный, убаюкивающий шелест нагретой за день хвои да редкий крик чаек, круживших над дальним фарватером.

Виктор Сергеевич Крылов стоял у массивной резной балюстрады, расслабленно опираясь локтем о тщательно отполированное дерево перил.

На президенте корпорации «ТехМаш» был надет великолепный темно-серый итальянский костюм-тройка. Тончайшая шерсть идеального кроя сидела на спортивной фигуре как влитая, ненавязчиво подчеркивая абсолютную олимпийскую уверенность хозяина положения. Галстук был слегка ослаблен, выдавая конец долгого рабочего дня.

В пальцах правой руки привычно пощелкивал легендарный золотой «Дюпон». С благородным металлическим звуком вспыхивал и тут же гас ровный язычок пламени, играя бликами на выпуклом стекле тяжелого циферблата командирских часов.

Глава финансово-промышленной империи неторопливо поднес огонек к кончику «Кэмела», сделал глубокую затяжку и медленно выдохнул длинную сизую струю дыма в свежий, напоенный смолой вечерний воздух.

Далеко внизу, за густой полосой реликтового леса, скрывающего секретный объект, внезапно раздался резкий, диссонирующий звук: приглушенный расстоянием агрессивный визг стертых тормозных колодок и нарастающий рокот сразу нескольких мощных автомобильных моторов. Гости, которых здесь ждали, явно не отличались хорошими манерами.

Спустя минуту на вымощенную диким камнем парковку один за другим, поднимая тучи пыли,