Бесы на краю империи - Ян Анатольевич Бадевский

Увидев дрейфующих над каньоном ежей, бросаю гончую вправо и вниз, делая нас бесплотными. Проваливаемся в тёмную громаду, связанную мостами с такими же исполинскими башнями. Мелькают ярусы и комнаты, глубокие вертикальные шахты…

А мы выпадаем на площадь.

Широкая платформа, под которой — пустота.

Конструкция многогранная, в узловых точках срастается с чёрными домами.

На нас тут же пикирует плоская тварь, и я в очередной раз удивляюсь тому, что они растягиваются метра на два с половиной, хотя это нарушает изначальные пропорции.

Костяной шип входит прямо в глаз твари.

Гончая ныряет вниз, пропуская над собой электрический разряд.

Прямо перед нами выскакивает плоский хищник, раскрывает пасть. Я делаю его бесплотным, проносимся насквозь. Ныряем в чёрный туннель, связывающий два мегалита, преодолеваем за считанные секунды, входим в узкий каньон. Сверху вниз бьёт молния. Врастаем в стену, прокладываем путь через несколько пустых помещений, вываливаемся обратно в каньон. Пикируем вниз, почти прижимаясь к дороге. Уклоняемся от ската, разрезаем на части второго, сворачиваем под арку моста и опять проваливаемся, разменивая уровни.

Всё это похоже на сошествие в ад.

Хорвен вновь набирает высоту, рассекает зависшего над тротуаром ежа и просачивается в стену. Я слышу звук электрического разряда, но не вижу вспышки.

Выпадаем в странного вида колодец.

Похоже, вертикальный.

Хорвен, раскинув щупальца, опускается вниз. До меня вдруг доходит, что мы угодили внутрь одного из исполинских цилиндров, высоту которого сложно оценить. Эти штуки уже попадались нам на пути — в них врастают улицы, к ним липнут здания попроще, всевозможные платформы и спиральные лестницы. Что это вообще такое? Стены толстые, в них много пустот, связанных между собой извивающимися коридорами. Я с трудом успеваю всё это просветить.

Спуск продолжается.

Открываю карту.

Мы уверенно приближаемся к цели. Сейчас видно, что посох находится в кубическом здании, врезанном в круглую площадь между тремя мегалитами. Вокруг извиваются лестницы, уличные ленты свиваются в спирали. Лабиринт многократно усложняется, но мы продвигаемся бодро. Почему-то в шахте нет ни одной твари. Видимо, башня им не по вкусу…

Гончая замедляется, повисает в воздухе.

Обмениваемся образами.

Делаю часть стены проницаемой, выпадаем наружу… И сталкиваемся с ожидающим в засаде монстром. Плоский хищник растянулся в вертикальной плоскости, подстерегая нас. Не знаю, как он держался в воздухе, это не объяснить ни строением его туловища, ни восходящими потоками.

Хорвен резко притормозила.

Тварь потянулась к нам, раскрыв пасть. Прямо в воздухе надулась, приблизившись к шарообразной форме. Ну, теперь понятно, как они охотятся. До этого я не представлял, как плоское чудище может отхватить кусок добычи, имея толщину в несколько сантиметров…

Гончая выстрелила отростком с острым шипом на конце. Пробила надувшегося монстра с небывалой лёгкостью, словно тесто или детский шарик.

Тварь заверещала.

Хорвен рванула щупальце, вспарывая тушу. Прямо на моих глазах образовалась длинная уродливая рана, из которой начали вываливаться внутренности. Несколько чёрных капель попало мне на лицо.

Поднявшись чуть выше, гончая двумя взмахами исполосовала врага.

Хищник бесформенной массой рухнул вниз, на тротуар. Раздался глухой стук, по улице расплескалась чёрная клякса…

Мы вновь набрали скорость.

Справа и слева громоздились перекрученные геометрические недоразумения. Плоскости, сходившиеся под необычными углами. Нависающие карнизы, отдалённо напоминающие человеческие балконы. Над моей головой пронеслась арка — на пару секунд мы провалились в густую чёрную тень…

И едва не пропустили пикирующего ската, принявшего форму вогнутой чаши.

Скат попытался охватить нас с разных сторон, раскрыв свою жуткую пасть. Маленько не рассчитал. Гончая хлестнула наотмашь двумя отростками, и в воздухе затрепетали чёрные лоскуты плоти.

За аркой нас подстерегали ежи.

Я увидел, как они подплывают друг к другу, искрят и явно собираются сгенерировать мощный электрический разряд. Бросаю Хорвен на крайнего игольчатого друга. Превращаем его в фарш и проваливаемся в стену, которую я сделал бесплотной. Слышится сухой треск.

Вываливаемся с противоположной стороны здания, опускаемся ещё на несколько ярусов, и впервые за долгое время пребывания в этой вселенной я вижу подсветку.

Мы проникли в недра города очень глубоко.

Рассмотреть отсюда небо практически невозможно.

Над нами — переплетения улиц, арок, зданий, платформ и переходов между ними. Чуждая геометрия, в которой угадывается строгая система. У меня возникло неприятное чувство, что здания не построены, а выращены. Поначалу я думал, что из протоматерии, но нет. Мы беспрепятственно просачивались сквозь стены, что указывает на неизвестный, но не нарушающий законов физики материал. Но чем ниже мы опускались, тем мрачнее становилось вокруг. И мне приходилось адаптировать глаза к меняющейся обстановке. Прибор ночного видения я попросту не успел достать из поясного чехла.

И вот — подсветка.

Вдоль зданий протянулись молочно-белые полосы, а ещё, через равные отрезки в стены зданий были вмонтированы круглые лампы. Это меня окончательно убедило, что город рукотворный, он питается некой энергией, и ежи со скатами поселились тут не просто так. Не удивлюсь, если городские генераторы используются этими существами в собственных интересах.

Впрочем, какие генераторы?

Принципы, на которых функционирует техника Предтеч, нам неизвестны.

Белое освещение сделало город менее зловещим, но более холодным, чужим. Я бы даже сказал, чужеродным. Полосы огибали фасады, складывались в сложные геометрические решётки, ткали причудливый световой рисунок.

Мы вылетели на очередную площадь.

Зависли на краю.

Потому что в центре площади громоздилось нечто. И это нечто не вызывало у меня приятных эмоций. Пузырящаяся гора, лениво выбрасывающая из себя отростки-щупальца.

Существо выглядело бесформенным. У него отсутствовали глаза, любые органы чувств. Я не мог выделить голову, туловище, да и вообще обнаружить любые признаки строения. Вспомнился один старый фильм ужасов, который я посмотрел в прошлой жизни. Что-то про сгусток.

Тварь среагировала на нас очень резво.

Вынесла себя вверх, превратилась в некое подобие гриба, спустила вниз отростки — и вот уже перед нами округлый монстр, опирающийся на шесть лап. В созданной головогруди прорезался круглый рот. Размером тварь была с двухэтажный лондонский автобус, если не больше.

Я вдруг ощутил завихрения ки.

Монстр имел некие способности.

Неясные.

— Двигаем отсюда, — сказал я вслух.

Гончая начала смещаться влево, огибая внезапное препятствие. Но тварь метнулась к нам с сумасшедшей скоростью. Я лишь чудом успел сделать себя и Хорвен бесплотными.

Мы врезались юркими призраками в монстра, и тот не успел нанести удар.

Просочившись через исполинского паука, мы устремились дальше, но хищник начал преследование. Гончая неслась по уличному каньону, площадь осталась далеко позади. Многоногое чудовище с умопомрачительной скоростью перебирало лапами, а вокруг бурлила энергия.

Я удерживал призрачное состояние.

Врубив непрерывную циркуляцию, подпитывал свою технику, чтобы не подставляться