Сердце Молнии - Йона

— Шэйна ва тэйл’раэн? — повторила Рэйна.

— Да, именно это. Что она имела в виду?

— Что твоё сердце звучит как зов Грозы.

— И что это значит? Что у меня хорошее сердцебиение?

— Думаю, мама хотела сказать, что здесь ты больше не чужак. Если только сам этого хочешь.

— Значит, я волен сам выбирать путь?

— Сердце твоё, Оин. Закон так решил. Ты свободен.

Последние слова прозвучали поспешно, будто она сама испугалась их смысла. Теперь невозможно было просто потянуться внутрь и узнать, что именно скрывается за её ровным голосом.

Свободен. От неё?

Он собирался спросить, как Рэйна вдруг посмотрела вперёд. Увидев тех, кто ждал их за Краем, она сразу ускорила шаг.

Оин отпустил её руку. Пересекая границу следом за ней, он почувствовал, как капля шиёсо, оставленная в его сердце, трепыхнулась, откликаясь теплом на магию барьера. Воздух снаружи казался холоднее, а звуки поселения, оставленного за спиной, стихли.

— Гляди-ка, вот он! Оин!

Звонкие возгласы Несс раскатились до самых верхушек гор. Прежде, чем Оин успел осознать, что это действительно она стоит здесь перед ним, Несс налетела на него, утянула в вихрь объятий и расцеловала в обе щеки. Она была укутана в тёплый шерстяной плащ и пахла домом. После него она с тем же пылом перекинулась на Рэйну.

Оин отступил от них и тогда только увидел Дэша. Он стоял поодаль от Края с двумя незнакомцами, придерживая повод Сида. При виде Оина лицо Дэша переменилось, будто до этой минуты он не позволял себе поверить, что тот ещё жив.

Оба сдержанно кивнули друг другу.

Оин поспешил перехватить у него повод. Гехорн дёрнулся к нему, радуясь словно брошенный пёс, чуть не боднул мордой подоспевшего сдержать его мужчину.

— Полегче, приятель, — пробормотал Оин, отводя его в сторону.

— Что решил тригорский суд? — сразу поинтересовался Дэш, следуя за ним.

— Всё хорошо. — Краем глаза Оин отметил, как он всем весом опёрся на трость, разгружая больное колено. — А вы откуда взялись? Тебе-то уж не стоило тащиться в такую даль.

— Мы приехали за тобой, — тут же откликнулась Несс.

Она отпустила Рэйну и поправила сбившийся плащ.

— Как только Дэйзи получила весточку о дате суда, Дэш сразу нанял проводников до Сэл’Тарна, — она кивнула на мужчин, ожидающих в стороне. — Я узнала, когда он уже собирался в дорогу, и сказала, что одного его не отпущу.

Несс строго покосилась в сторону Дэша, будто сама была его опекуном, а не наоборот.

— Дорога и правда оказалась не из лёгких, — сухо подтвердил он.

— Моя лошадь едва не сломала ногу в одном из ущелий, — продолжила Несс. — Я тогда страшно перепугалась. Нет, честное слово, это в последний раз, когда я сунулась в горы. Хотя виды здесь и правда впечатляют. — Её глаза за стёклами очков восторженно вспыхнули. — Теперь я поняла, о чём ты рассказывала, Рэйна. Я бы сполна ими насладилась, если бы не чей-то мрачный настрой. Дэш, видно, решил, что уже всё потеряно. А я молилась всебогам и знала, что они не бросят Оина в беде. Видишь — не зря. — Несс всё не могла наговориться. — Эти Сприты всегда так, вечно ожидают подвоха от судьбы. Дэш даже не посмеялся, когда я показала ему утёс, похожий на горбатого великана. Помнишь, Оин, как из нашей старой книги сказок? На обратном пути я покажу тебе его. Обязательно покажу…

Её голос постепенно стих.

Оин только глянул на Рэйну, и Несс сразу всё поняла.

— Ты никуда не поедешь, да?

Он кивнул, глядя всё так же не на неё.

— Прости.

Несс быстро замотала головой, словно извинение было лишним.

— Да ну, что ты, — пробормотала она, уже тише. — Это нам стоило сперва спросить. А то заявились без спроса. Ещё и Сида притащили. Он так упрямился на крутых подъёмах. Норовистый, как бык.

— Место Сида при его хозяине, — сказал Дэш.

— Ты что, выкупил его у Гарна? — удивился Оин, трепля по шее старого друга. Он и не думал, что ещё когда-то увидит его.

Дэш кивнул.

— Ах, ладно. Что ж теперь поделать, — пробормотала Несс, всё ещё переваривая новость, и полезла в свою котомку, перекинутую через плечо.

— Это тебе. — Она собиралась вручить Оину объёмный свёрток, но его рука была занята поводом Сида, потому отдала Рэйне. — Тут эль и хлеб с праздника Даров. Правда, хлеб успел зачерстветь, пока мы добирались… Но если разогреть…

Её глаза вдруг наполнились слезами. Рэйна бережно взяла её за руку и отвела в сторону поговорить.

Оин остался на месте, продолжая поглаживать Сида по гладкой шерсти, наблюдая, за их тихим разговором. Рэйна то и дело бросала на него в ответ тёплый взгляд. Дэш застыл рядом с ним, молчаливо рассматривая горную даль.

Оин всё же нарушить молчание.

— Хочу кое-что спросить у тебя.

— Спрашивай, — сказал Дэш.

— Мне нужен честный ответ.

Дэш посмотрел на него внимательнее, видно было, что насторожился.

Оин вдохнул поглубже, надеясь, что вобранный в лёгкие воздух сам вытолкнет из него эти слова.

— Ты убил моего отца?

Он ответил не сразу.

Сид переступил с ноги на ногу, тихо звякнув металлическим кольцом сбруи.

Дэш едва заметно кивнул.

— Да.

Ни удивления, ни попытки оспорить страшное подозрение. Похоже, он давно ждал этого вопроса. Хуже того, Оин не удивился ответу. Просто смотрел на Дэша и чувствовал, как догадка становится фактом. Когда сидишь сутками взаперти, только и остаётся, что размышлять о всяком, перебирая в голове прошлое, разговоры и недомолвки: отец пропал ровно с того дня, как Дэш заполучил артефакт, — эту мозаику оказалось сложить проще простого. Легче, чем осознать правду.

— Как это вышло? — спросил он, удивляясь собственному спокойствию.

— За день до того, как ты попал в лазарет в Мунране, в магнадзор поступил сигнал из Мерли о попытке сбыта незарегистрированного артефакта, — проговорил Дэш. — Я выехал туда. Но не знал, что встречусь там с братом. Мы не виделись столько лет…

— Он напал на тебя?

— Нет. — Дэш медленно провёл большим пальцем по рукояти трости. — Сначала мы просто говорили. Я надеялся услышать, что он раскаялся в том, как всё вышло с Ион. А потом слово за слово и… Он произнёс те гнусные слова о ней. И я просто…

Дэш мотнул головой, не договорив, что собирался. Добавил только:

— Я не хотел этого.

— Ясно.

Оин отвернулся, делая вид, что проверяет упряжь Сида. Пальцы без всякой надобности прошлись по ремню, пока он пытался избавиться от спазма в горле и груди. Чувств было не разобрать,