Как все успевать за 24 часа - Арнольд Беннет

не согласен. И я мог бы счесть свою работу безупречной, если бы больше никакой критики высказано не было! Однако были высказаны и более серьезные замечания, причем не в прессе, но некоторыми явно искренними корреспондентами. Вот с их комментариями я хотел бы разобраться. Отсылка на страницу сто двадцать три продемонстрирует, что я ожидал и боялся этого неодобрения. Предложение, которое вызвало протесты, гласит следующее: «В большинстве случаев он (типичный мужчина) не испытывает особой страсти к своему делу. В лучшем случае он не испытывает к нему неприязнь. Он начинает с некоторой неохотой, как можно позднее, и заканчивает с радостью и как можно раньше. И его двигатели, пока он занят своим делом, редко работают на полную мощность».

Я уверен, совершенно искренне, что на свете существует множество деловых людей: не только занимающих высокие должности или с хорошими перспективами карьерного роста, но и самых скромных служащих без особых надежд высоко взлететь, – которые по-настоящему получают удовольствие от рабочих обязанностей, не уклоняются от них, не заявляются в офис как можно позже и уходят из него как можно раньше. Короче говоря, немало тех, кто вкладывает все силы в повседневную работу и чувствует усталость в конце рабочего дня.

Я готов в это поверить. Я в это верю. Я знаю это. И всегда знал. И в Лондоне, и в провинции, где я провел долгие годы в различных рабочих делах, от меня не укрылся тот факт, что определенное количество моих коллег демонстрировало то, что можно назвать искренней страстью к своему делу, и, занимаясь им, они действительно жили в полной мере, на которую были способны. Но я остаюсь в убеждении, что эти везучие и счастливые индивидуумы (счастливее, возможно, чем они сами подозревают) не составляли и не составляют большинство – даже к нему не приближаются. Я все еще убежден в том, что большинство приличных добросовестных деловых людей (людей с амбициями и идеалами) не уходит домой по вечерам по-настоящему утомленным. Я остаюсь убежденным в том, что они вкладывают не максимум, а минимум из того, что могут, в зарабатывание средств к существованию, и что их призвание скорее вызывает у них скуку, чем интерес.

В любом случае, должен признать, что меньшинство тоже стоит того, чтобы обратить на него внимание, и мне не следовало полностью его игнорировать – здесь я допустил ошибку. Сложность ситуации трудолюбивого меньшинства можно заключить в предложение, написанное одним из моих корреспондентов. Он написал мне следующее: «Я с большим удовольствием совершил бы что-то, “выходящее за пределы моей программы”, но позвольте заметить, что, когда я прихожу домой в восемнадцать тридцать, я вовсе не так свеж, как вам, судя по всему, представляется».

Должен отметить, что положение меньшинства, которое со страстью отдается повседневной работе, гораздо менее плачевно положения большинства, вяло и апатично проводящего рабочий день. Первые меньше нуждаются в совете «как жить». В любом случае в течение официально отведенных под работу, скажем, восьми часов они по-настоящему живут, их моторы работают на полную мощность. Другие восемь рабочих часов их дня могут быть плохо организованы, а возможно, даже тратятся впустую, но тратить впустую восемь часов не так катастрофично, как шестнадцать. Лучше прожить хотя бы часть отпущенного тебе времени, чем не жить вообще. Истинная трагедия – это трагедия человека, который ни во что не вкладывается ни на работе, ни за ее пределами, и данная книга адресована прежде всего этому человеку. «Но, – говорит другой, более везучий читатель, – пусть моя повседневная программа более насыщенна, я тоже хочу выйти за ее пределы! Я живу лишь частично и хочу жить более полноценно! Но я не могу добавить еще один рабочий день к тому, что у меня уже есть».

Конечно, я, автор, должен был предвидеть, что мне следовало в первую очередь обращаться к тем, кто уже имеет интерес к существованию. Человек, уже вкусивший жизнь, всегда требует от нее большего. А человека, который не встает с постели, гораздо сложнее поднять и чем-то заинтересовать.

Что ж, обращаюсь к вам, меньшинство. Предположим, что насыщенность вашего рабочего дня не позволяет вам прислушаться ко всем предложениям, изложенным на данных страницах. Однако некоторые из них в любом случае смогут вам пригодиться. Признаю, что вы, возможно, не в состоянии распорядиться временем, которое тратите на путь от работы домой, однако использование пути из дома на работу доступно вам так же, как и любому другому человеку. Также еженедельный перерыв в сорок часов, с субботы по понедельник, полностью в вашем распоряжении, пусть даже накопленная усталость и не позволит вам потратить на отдых все ваши «лошадиные силы». Также давайте не забывать про важную часть трех или большего количества вечеров в будние дни. Вы твердо заявляете, что слишком устаете, чтобы делать нечто сверх вашей вечерней рутины. На это я столь же твердо заявляю, что, если ваша повседневная работа настолько утомительна, это означает, что баланс в вашей жизни нарушен и нужно его восстановить. Работа не должна отнимать у человека все силы. Что же вы могли бы сделать в этой ситуации?

Самый очевидный выход – обхитрить свой рабочий пыл. Займитесь чем-то, помимо привычных вам дел, программы, если хотите, до, а не после того, как ваш трудовой день начнется. Короче говоря, вставайте по утрам раньше. Вы мне возразите, что это неосуществимо. Что вы не можете ложиться раньше спать: это нарушит распорядок дня всего вашего семейства. Однако я не думаю, что это настолько невозможно. Уверен, вы довольно быстро найдете способ ложиться не поздно, если, настаивая на том, чтобы просыпаться раньше, вас будет мучить недостаток сна. Хотя я считаю, что в результате более раннего подъема вы не будете страдать от нехватки сна. Мое мнение, которое только крепнет год от года, заключается в том, что сон – это всего лишь вопрос привычки и праздности. Уверен, что большинство людей спит так много, только потому что в их жизни недостаточно других занятий. Сколько сна, как вы считаете, требуется крепкому здоровому мужчине, который ежедневно проезжает по вашей улице в фургоне «Картер Паттерсон»? Я спросил об этом у специалиста, который в течение двадцати четырех лет проработал врачом общей практики в большом процветающем пригороде Лондона, населенном именно такими людьми, как мы с вами. Человек он резкий, и ответил тоже резко: «Большинство людей спит до отупения».

Затем он разъяснил, что девять человек из десяти были бы куда здоровее и жили бы намного интереснее, если бы проводили в постели меньше времени.