Любовь на финишной прямой - Missis Stranger

— Мне пора домой, — вздохнула она, — завтра на работу.

Стас приподнялся:

— Я отвезу тебя.

Лера кивнула, чувствуя, как внутри медленно, но уверенно прорастает что-то новое — не решение всех проблем, не волшебная таблетка от тревог, а просто крошечное, но очень важное понимание: иногда достаточно одного вечера, одной неправильной, дерзкой причины, чтобы напомнить себе — ты живая. И это уже немало.

Они оделись молча. Стас выключил фонарь. Они вышли из гаража. Байк стоял на том же месте. Лера села позади и обхватила его за талию — теперь уже по-другому. Не просто держась. А зная, что под курткой его кожа ещё помнит её прикосновения.

Обратная дорога была медленной. Лера прижималась щекой к его спине и слушала, как ветер шумит в ушах. Она не думала о завтра. Не думала о университете. Только о том, как крепко Стас держит руль, как уверенно ведёт мотоцикл сквозь тёмные улицы.

Ветер словно сдирал с неё тревожные мысли и сомнения, как сухие листья с веток, и уносил их прочь. В этой пустоте оставалось только тихое, почти робкое чувство — будто она наконец-то дышит полной грудью.

Когда они остановились у её дома, Стас заглушил мотор.

Лера сняла шлем, провела ладонью по волосам и вернула его Стасу. Их пальцы соприкоснулись.

— Спокойной ночи, — сказала она.

Он посмотрел на неё долго.

— До скорой встречи.

Она улыбнулась — устало, но искренне — и пошла к подъезду.

В квартире Лера не стала зажигать свет. Она разделась, легла в постель и закрыла глаза. Тело всё ещё помнило его — внутри, на коже, в каждом вздохе. Сердце всё ещё билось чуть быстрее обычного.

Она знала, что завтра на лекции всё станет сложнее. Но сегодня она впервые отдала контроль полностью. И это казалось не так страшно, как ей казалось.

24.

Утро выдалось холодным и ясным. Лера стояла у подъезда, кутаясь в пальто, и нервно поглядывала на телефон. Она уже пожалела, что согласилась.

Утром Стас прислал ей сообщение: «Доброе утро. Подвезу тебя. Не спорь.»

И она не стала спорить.

Ровно в семь сорок на тихую улицу выехал низкий, хищный силуэт чёрного автомобиля. Не байк. Не обычная машина. Это был настоящий гоночный болид — матово-чёрный, с агрессивными аэродинамическими обвесами, низкой посадкой и приглушённым, но мощным рычанием двигателя.

Стас остановился прямо напротив неё, опустил тонированное стекло и слегка улыбнулся.

— Доброе утро, — сказал он, глядя на неё так, будто вчерашняя ночь всё ещё продолжалась.

Лера застыла на секунду, будто пыталась решить: сделать шаг вперёд или развернуться и уйти обратно в подъезд. Машина выглядела... слишком. Слишком ярко, слишком заметно для их маленького города и её тихой жизни.

— Ты серьёзно? — выдохнула она, подходя ближе. — Это же... гоночная?

— Ты же не думала, что я всю жизнь буду катать тебя на байке. Тем более похолодало, — спокойно ответил Стас. — Обещаю не нарушать правила. Почти.

— Кажется, ты неправильно понимаешь смысл выражения «не привлекать внимание», — фыркнула Лера. — Мог бы просто приехать на обычной машине. Без этих спецэффектов.

Стас вышел, обошёл машину и открыл перед ней пассажирскую дверь.

— Не в моих правилах. И иногда спецэффекты нужны, — произнёс он. — Чтобы напомнить, что жизнь — это не только серые будни.

Лера вздохнула, всё ещё колеблясь, переминаясь с ноги на ногу. Холод пробирался под пальто, но страх перед тем, как на неё будут смотреть в университете, был сильнее.

— Садись, замёрзнешь. Кофе ещё горячий. И да, я помню, какой ты любишь.

Лера улыбнулась уголком губ, и напряжение, стягивавшее плечи с самого утра, чуть ослабло. Она снова уступила.Салон пах кожей, дорогим пластиком и едва уловимым запахом его парфюма.

Дверь мягко щёлкнула, отрезая её от улицы, от взглядов редких прохожих, от всех «что скажут люди».

Стас вернулся за руль, завёл двигатель, но смотрел не на дорогу, а на Леру.

— Что? — она чуть нахмурилась, чувствуя, как под этим взглядом снова всё начинает дрожать внутри.

— Ничего, — тихо сказал он. — Просто смотрю. Соскучился.

Он притянул её к себе и жадно впился в губы. Лера на секунду замерла, будто пыталась удержаться за остатки своей осторожности, но уже в следующее мгновение сдалась: обняла Стаса за шею, прижалась крепче.

Его рука легла ей на затылок, пальцы запутались в волосах. Поцелуй был голодным, почти отчаянным — будто они оба боялись, что это может быть последний раз. Мотор продолжал низко урчать, вибрация отдавалась по всему телу, смешиваясь с жаром, который разливался внутри.

Когда они наконец оторвались друг от друга, Лера уткнулась лбом ему в плечо, пытаясь выровнять дыхание.

— Ты... ты не должен так меня целовать, — прошептала она чуть дрожащим голосом. — Я и так едва держусь.

— Ты думаешь, я столько времени ждал для того, чтобы теперь сдерживаться? Я хочу тебя постоянно, и ничего не могу с этим поделать, — сказал он, наклоняясь, чтобы коснуться губами её виска.

Затем медленно отстранился ровно настолько, чтобы видеть её лицо, протянул ей стаканчик кофе и, не отрывая взгляда, положил руку на рычаг переключения передач.

— Держись, — коротко бросил он, и машина рванула с места.

Лера вжалась в сиденье, судорожно сжимая стакан руками, и покосилась на Стаса. Он вёл уверенно, легко, будто машина была продолжением его самого.

— Знаешь, — тихо сказала она, когда он чуть притормозил, пропуская пешеходов и тишина в салоне стала слишком громкой, — ты мог бы просто взять обычную машину. Без этих... крыльев и спойлеров.

— Обычные машины скучные, — спокойно ответил Стас, не отрывая взгляда от дороги. — И я хотел, чтобы ты запомнила это утро.

Лера отвернулась к окну, но улыбка всё равно коснулась губ.

— Если бы ты приехал просто на трёхколёсном велосипеде, я бы всё равно запомнила, — выдохнула она, не глядя на него.

— Хорошая идея, — рассмеялся Стас, — надо взять на заметку.

Машина снова рванула вперёд. Город ещё только просыпался, а они уже летели по почти пустым улицам. Стас вёл уверенно, но не агрессивно — ровно настолько, чтобы она почувствовала мощь машины, но не испугалась.

На одном из светофоров он положил руку на