Тот, кто выжил - Ольга Владимировна Которова

— И много у него было врагов? — уточнил Давид.

Усач усмехнулся.

— Я бы сказал — очень много. Андрей освещал криминальные новости, вел собственные расследования и всегда писал лишь правду. Ему постоянно угрожали, но он воспринимал все как шутку. Казалось, ничто не могло его напугать. — Владимир развел руками и снова скрестил их на груди. — Перед тем как исчезнуть Андрей был на взводе. Обещал в ближайшем будущем выдать сенсацию, которая всколыхнет жизнь города. Рассказывал, что больше полугода ведет расследование и уже нашел ответы на все вопросы, осталось правильно подать их читателю. Как мне известно, он написал статью, сдал ее главному редактору. Статья даже вышла, только весь тираж изъяли и сожгли. Вряд ли кто-то, кроме Андрея и главного редактора, успел ее прочесть.

Мила и Давид переглянулись, догадываясь, о какой статье речь.

— А затем Андрей пропал, — продолжал Владимир. — Его сестра утверждала, что он ушел рано утром на работу. Но в редакции он точно не появлялся. И где он, никто до сих пор не знает. Ходили слухи, якобы кому-то из местных криминальных авторитетов не понравилась написанная о нем статья, и они его убрали. Но подтверждений этому не нашлось.

— А что с главным редактором?

— Пять лет назад отправился к праотцам.

— А в редакции, случайно, не остались какие-то личные вещи Андрея? Может, записи или наброски статей? — спросила Мила, отчаянно надеясь на положительный ответ, хоть и понимала, что эта надежда нереальна.

— Он никогда ничего не хранил в редакции, — покачал головой Владимир. — Его стол всегда оставался идеально чистым. Если и существовали какие-то документы или записи, то он забрал их домой. Об этом если кто и знал, то разве что его сестра.

— Вы можете подсказать, где ее найти?

Ардо занесла ручку над листом блокнота, готовясь записывать адрес, но мужчина ее разочаровал:

— На кладбище. Умерла несколько лет назад от рака. У нее осталась дочь, племянница Андрея. Возможно, ей известно, есть ли какие-то записи или его личные вещи. Впрочем, это маловероятно.

— Почему? — нахмурилась Мила, непонимающе глядя на усача.

— Спустя три дня после исчезновения Андрея его дом сгорел дотла. Ничего не осталось. Пепелище.

Мила разочарованно выдохнула. Ну вот и все, они снова зашли в тупик.

— И все же, вы знаете, где живет племянница Андрея? — настоял Давид. — Мы хотели бы поговорить с ней. Может, она подробнее расскажет о дяде. Все же родственники. Были.

— Да, конечно. Она живет в доме своей матери. — Владимир взял ручку, записал на клочке бумажки адрес и передал Миле. — Возможно, она и правда расскажет вам что-то интересное.

— Спасибо. Вы тоже много интересного рассказали, — улыбнулась усачу Ардо.

— Надеюсь, что помог вам.

Распрощавшись, Мила и Давид вышли из редакции. Их разговор с журналистом занял чуть больше часа, и на улице практически стемнело.

— В гостиницу? — спросила Мила, поежившись от порыва ветра.

— Нет. Давай скатаемся кое-куда. Ты согласилась помочь мне с одним делом, — напомнил Давид, направляясь к припаркованной машине.

Мила последовала за ним. Обещала же.

Сообщать Федору Ардо ничего не стала. Он еще не звонил, значит, до сих пор спит. Будить его Мила не хотела, пусть отдохнет. А она пока поможет Давиду.

Глава 10

Ехали они недолго, минут десять, но уже успело полностью стемнеть.

Давид вышел из машины, открыв заднюю дверцу, забрал с сиденья рюкзак, с которым редко расставался. Мила знала: там он хранит необходимые для работы атрибуты.

— Идем, — поторопил Давид, осматриваясь.

Не дожидаясь Ардо, он пошел вперед. Мила задерживаться тоже не стала. Она не задавала вопросов — бесполезно, Давид все равно бы не ответил. Губы напарника двигались, словно он что-то нашептывал, а пальцы правой руки будто перебирали невидимые струны. Судя по всему, он общался со «своими» призраками — духами рода, с которыми обычно работал.

Миновав с десяток частных домиков и очутившись на другой улице, Мила поняла, куда они приехали. В центр. Вчера она проезжала здесь с Федором.

А когда Давид подошел к отдельно стоящему одноэтажному панельному зданию с опечатанной входной дверью, до Ардо дошло.

— Ты что?! — Она догнала Давида и поравнялась с ним. — Это же библиотека!

— Ага.

— Только не говори, что нам надо внутрь!

Давид промолчал, но красноречиво кивнул.

— Это противозаконно! — возмутилась Мила шепотом, с опаской осматриваясь. К счастью, улица пустовала.

Бросив на Ардо веселый взгляд, Давид съязвил:

— Разве тебя это когда-то останавливало?

— Разве тебе мало того, что тебя с утра полицейские задержали? Соскучился по камере? — парировала Мила.

Давид остановился и обернулся. Не ожидавшая таких резких действий Мила врезалась ему в грудь и неосознанно вдохнула воздух, пропитанный ароматом его одеколона. Медленно подняла голову. В темноте зеленые глаза мужчины казались загадочно-черными.

Давид наклонился. Между их губами оставалось несколько миллиметров, когда он тихо произнес:

— Неужели ты боишься?

Мила сглотнула, хоть и понимала — он ее поддразнивает. Она и правда порой рисковала жизнью, движимая интересом и желанием докопаться до истины. Даже, бывало, влезала в опечатанные квартиры.

Ею овладели чувства, которые последнее время частенько проявлялись, когда рядом находился Давид. И Мила отдавала себе отчет, что это за чувства. Влюбленность, будь она неладна! Он ей нравился вопреки всем его закидонам и трудному, невыносимому и — да что скрывать! — сволочному характеру. Но она пыталась держаться от него подальше. Одной легче, а отношения и всякая романтика — не для нее. И это отчетливо продемонстрировала недолгая семейная жизнь с Федором.

— Я не боюсь, — сглотнув вязкий ком в горле, хрипловато ответила она.

— Тогда откуда столько возмущения? — как ни в чем не бывало спокойно проговорил Давид. Он отстранился и шагнул назад.

— Это противозаконно, — напомнила Мила.

— Давно ли тебя стал волновать закон? Помнится, даже когда работала следователем, нарушала его. А тут вдруг вспомнила.

Мужчина усмехнулся, и Мила сдалась.

— Ладно. Что ты хочешь там сделать? — уточнила она, махнув рукой на дверь библиотеки.

— Вызвать дух Татьяны. Спросить, кто ее убил и что убийце было нужно.

— А вдруг что-то случится?

Мила еще помнила последний раз, когда Давид вызывал духов. В тот день они чудом остались живы, но другому человеку так