Тот, кто выжил - Ольга Владимировна Которова

в сторону дыры, и Федор резко подался назад. Тихо выругавшись, он по-прежнему бесшумно вернулся в машину, приготовившись ждать. Ему даже интересно стало, как «человек-невидимка» выберется из здания и пройдет по открытой местности мимо охраны и собак.

В полнейшем напряжении Мареев прождал полтора часа. Все это время он пристально следил то за охраной, то за зданием. Пару раз ему казалось, что в окнах мелькнул свет фонарика и силуэт человека.

Наконец из лаза в заборе показался ночной гость, чему Федор чрезвычайно удивился: он и не заметил, как тот прошмыгнул по территории. А вот собаки его учуяли: стоило человеку пролезть через забор, животные залаяли. Охранник сразу же куда-то побежал, а потом пропал из виду.

«Человек-невидимка» пошел к кустам, откуда изначально явился, но на полпути остановился и посмотрел прямиком на Мареева. У Федора по спине пробежали мурашки. Он не видел лица мужчины, но отчетливо понял: тот его заметил.

Секунда — и незнакомец скрылся среди ветвей.

После того как человек ушел, а собаки перестали лаять, Федор снова вышел из машины и прокрался к кустам. Он не знал, что собирается найти, уж ночной гость точно его там не ждал, но проверить был обязан.

Включив фонарик, Мареев внимательно осмотрел оставшиеся на земле следы от обуви. Зашел за кусты и окинул взглядом забор. Теперь стало понятно, почему «человек-невидимка» заметил машину только на обратном пути. Черный автомобиль не так-то просто разглядеть во мраке среди деревьев, а вот отсюда, по дороге от забора к кустам, с трудом, но можно увидеть.

А вероятнее всего, у незнакомца сыграла такая же чуйка, как и у Федора, когда он заметил ночного гостя.

Не найдя ничего примечательного в кустах, Федор обошел забор еще раз и устроился на водительском сиденье. До утра ночных гостей больше не появлялось.

Глава 8

Давид любил пробежки, они отлично прочищали мозги. Каждое утро независимо от погоды он бегал, и сегодняшнее не стало исключением. Без будильника проснувшись в пять, мужчина переоделся в спортивную форму и вышел на улицу.

В утренних сумерках над землей клубился густой туман, скрывая все на ближайшие пять метров. Сунув в уши наушники, Давид запустил на телефоне плейлист и побежал. В лицо ударил холодный ветер.

На тренировку ушло полтора часа: час пробежка, затем — отжимания и пресс. Вернувшись в гостиницу, Давид принял контрастный душ, надел джинсы и свитер и вышел в комнату.

Посмотрел на часы. Без десяти семь.

Пройдя в ванную, он повесил полотенце на полотенцесушитель и протер запотевшее зеркало. Пальцами провел по щетине, уже превратившейся в небольшую бородку. Пожалуй, стоило бы побриться.

Дальнейшие мысли прервал настойчивый стук в дверь.

Давид пошел открывать, по пути гадая, кто это: рано проснувшаяся Мила или уже вернувшийся с ночной слежки Мареев. Но ни одно из предположений не подтвердилось. За дверью оказалось двое мужчин в полицейской форме.

— Доброе утро, — проговорил один, постарше. — Давид Тост Тосте Кхм

Полицейский замолчал, его пухлые щеки покраснели.

Давид вздохнул. И почему большинству так сложно произносить его фамилию?

— Тостейнссон, — закончил он за полицейского. — Что-то случилось?

— Да. Просим вас проехать с нами.

— Причина? — холодно уточнил Давид.

— Причину вы узнаете на месте.

Давид мог бы с ними поспорить, например, указать на ошибку: полицейские не представились. Мог никуда не ехать. Но ему стало интересно. Они узнали, где он поселился, заявились с самого утра. Что же такого произошло и что полиции от него нужно? В голову не приходило никаких идей.

— Минуту. Я оденусь.

Давид распахнул дверь шире, пропуская полицейских в номер. Достал из рюкзака паспорт и удостоверение журналиста, прихватил с тумбочки телефон, надел сапоги и шапку. Сняв с вешалки куртку, он направился на выход.

Первым вышел полицейский помоложе. Полицейский постарше пропустил Давида вперед, затем вышел сам и дождался, пока он закроет дверь на ключ.

Возле номера Милы Давид сбавил шаг, решая — постучать или нет? Все же стоит предупредить, зачем и куда он уходит. Но вспомнил, сколько сейчас времени, и прошел мимо. Он знал, что она любит поспать подольше, незачем ее тревожить. К тому же, разбуди он ее и расскажи, что его забирает полиция, Ардо стопроцентно поднимет панику. Обязательно позвонит Громову, и Евгений быстро все разрулит. Ему же все сильнее хотелось выяснить, что случилось.

Спустившись на первый этаж, Давид сдал ключ от номера Галине и попросил ее, когда она увидит Милу, сообщить, что он уехал в полицейский участок.

Сопровождающие его служители закона всю дорогу молчали, Давиду так и не удалось выяснить причину задержания. Лишь старший на все вопросы иногда отвечал: «Все узнаете, как приедем». Второй, помоложе, не произнес ни слова, Давид даже заподозрил, что он и вовсе немой.

Полицейский участок Давида удивил. За время работы на «Око бесконечности» он побывал практически во всех уголках России и видел множество полицейских участков в таких маленьких городках, как этот. Увы, но в большинстве своем здания полиции находились в плачевном состоянии. В этом же, снаружи совершенно непритязательном, совсем недавно был сделан хороший, качественный ремонт. Здесь еще пахло штукатуркой и краской, новенькие двери и окна едва ли не сверкали. Стены не темного, а приятного молочного цвета и пол, покрытый светлой плиткой, радовали глаз. Даже прутья решетки были новенькими.

Отметившись у дежурного и получив пропуск, полицейские проводили Давида на второй этаж. Подвели к кабинету следователя и предложили сесть на стул для посетителей, но Давид отказался. Полицейский постарше постучал и вошел в кабинет, а молодой остался в коридоре.

Не прошло и минуты, как второй полицейский вернулся и, шире открыв дверь с табличкой «Следователь Виктор Степанович Куницын», пригласил:

— Проходите, вас ждут.

Сняв шапку и пригладив волосы, Давид шагнул внутрь кабинета. Там ярко светили потолочные лампы и тоже был свежий ремонт.

Кабинет оказался довольно просторным. Всю стену справа от двери занимал стеллаж с папками и какими-то книгами. Слева располагались кресло и столик, на котором скучали чайник, кувшин с водой и стаканы на подносе.

Из-за стола, стоящего возле широкого окна с жалюзи, поднялся мужчина лет пятидесяти.

— Здравствуйте.

Он больше напоминал деревенского простачка, чем следователя: на голове залысины, круглое, пухлое, красноватое лицо, светло-голубые глаза, нос картошкой и широкая улыбка. Казалось, он физически не мог представлять для кого-то опасности. И только тот, кто догадывался внимательно присмотреться к его голубым глазам, понимал: следователь Куницын не так-то прост.