Моя история. Автобиография Альбано Карризи - Альбано Карризи

Мама не отказывала им в этом удовольствии – она не только охотно отвечала на вопросы, но и предлагала гостям выпить и перекусить. Она сама радовалась моим успехам. Отец же, напротив, проявлял осторожность. Как опытный крестьянин, он сохранял недоверие ко всему незнакомому. «Смотри, ветер может перемениться в любой момент», – говорил он.

Но после выхода «Nel sole» и у папы не осталось никаких сомнений. За несколько месяцев из малоизвестного певца со скромными перспективами я превратился в звезду мировой эстрады. Песня совершила прорыв, возглавив национальные хит-парады, став популярной даже за границей. К концу 1967 года мы продали более миллиона пластинок.

Я написал песню «Nel sole» на основе двух других. Мой учитель, Пино Массара, был автором прекрасной идеи соединить их в одну и получить цельное произведение. Благодаря тексту Вито Паллавичини, одного из величайших авторов всех времен, у нас получилась уникальная и захватывающая композиция. Стоило включить ее, как слушатель переносился в особый мир, исполненный чувств, мечтаний и надежд. Каждый находил в «Nel sole» что-то свое. Песня затрагивала разные струны души – одни предавались ностальгии, другие думали о любви, иные об одиночестве или удаче, о переменах, а кто-то вдавался в глубокие размышления. Первая часть песни повествует о ночи, грусти, желании вырваться из тьмы, а затем, с припева, появляется свет, солнце и стремление к лучшему.

Я исполнял ее изо всех сил, всем сердцем, извлекая из себя все, что принес в жертву, желая доказать свою ценность. Это очень честная, кристально чистая песня, в которой я говорил о себе, а публика приняла и ее, и меня.

Вскоре я получил первый чек от EMI с гонораром. Восемь миллионов лир! Годовой доход моей семьи до вычетов составлял 800 тысяч. Я отправил чек папе, который смог купить трактор и больше не нуждался в обществе мула для работы в поле.

Когда я уехал в Милан, об этом узнал каждый житель нашей деревни. Прознала и моя тетушка Джина, которая скептически морщила нос: «Ну и что, что он в Милане? Ничего он там не добьется, и придется бедолаге бродить по улице с попугаем в клетке, прося милостыню!» – говорила она.

Жаль, конечно, что мне пришлось пойти наперекор надеждам моей тетушки, но жизнь повернулась иначе, и реальность значительно отличалась от ее пророчеств.

24. Большие перемены

Успех песни буквально окрылил меня. Я начал путешествовать по миру, и уже в мае 1967 года состоялся мой первый авиаперелет. Компанию в самолете мне составил великий джазовый музыкант Энрико Интра.

Я отправился на Мальту, где проходил местный песенный фестиваль, и «Nel sole» с «Io di notte» получили первые призы. Отмечу, что впервые оказавшись среди облаков, я явно переживал. В моих глазах одновременно читались изумление и страх. Полет нельзя было назвать удачным, поскольку наш самолет попал в зону турбулентности. Пассажиров то и дело трясло, а мне пришлось сходу приступить к практике обучения владения страхом. Что еще хуже, сидящий рядом Энрико Интра вечно повторял взовлнованным голосом: «Так-так… дела плохи… Боюсь, все кончится очень скверно…» Самолет трясло, а он все не умолкал, и мне, слушая его, приходилось бороться с нарастающей тревогой. Я никак не мог понять – серьезно ли он боится или попросту подшучивает надо мной? Так или иначе, я изрядно перетрухал и с облегчением выдохнул, когда мы наконец приземлились.

Маленькие белые домишки Мальты, каменные стены и пейзажи с оливковыми деревьями напомнили мне родную Апулию. Но я даже не предполагал, что на острове левостороннее движение, как в Англии. «Осторожно! Ты едешь по левой стороне дороги!» – закричал я в ужасе, едва заметив, что водитель едет не так, как я привык. К счастью, он терпеливо объяснил мне местные правила дорожного движения.

Несмотря на первый, не совсем удачный полет, усугубленный причитаниями Интры, я продолжил спокойно пользоваться услугами авиакомпаний. За свою жизнь я совершил тысячи и тысячи перелетов. Я побывал на всех континентах, а открывая для себя новую страну, испытываю подлинную радость. Недавно я впервые побывал в Монголии. Удивительное место! Там проживает три миллиона человек, из которых полтора – в ее столице Улан-Баторе. Кроме того, в Монголии водится 80 миллионов животных, в том числе великое множество лошадей, яков, овец и коз. Раньше я и понятия не имел, что лучший в мире кашемир производят в Монголии! Я выступал с концертом для важнейшего местного производителя этой драгоценной шерсти. Кроме того, здесь я познакомился с итальянским послом Джованной Пиккарретой, с радостью обнаружив, что она, как и я, родом из Апулии.

Однако вернемся к волшебному 1967 году, когда я буквально жил в сказочном вихре. В тот год я выиграл почти все конкурсы итальянской эстрады, в которых принимал участие. Почти, но не все – на Международном фестивале популярной музыки в Венеции я занял второе место и получил серебряную гондолу. Среди новых артистов выступал и Клаудио Липпи. Говорят, услышав мой голос, он сказал: «Похоже, моей певческой карьере конец».

Меня приглашали на самые важные телевизионные программы Европы и США. Люди выкрикивали мое имя, выстраивались в очередь за автографом, а на адрес звукозаписывающей компании ежедневно поступали сотни писем, адресованных мне.

После успеха «Nel sole» я отметил, как вокруг меня возникает все больше и больше девушек. Что греха таить, раньше я не мог похвастать такой популярностью у противоположного пола. Возможно, из-за моей природной застенчивости, или, быть может, я попросту никого из них не интересовал. Будучи подростком в Челлино, мне в разное время нравились две или три девушки. Плевое дело – просто подойти и познакомиться! Но все три мне отказали. Все изменилось, когда ко мне пришла известность.

Годом ранее, после записи «La strada» и «Io di note», мне уже удалось немного погреться в первых лучах славы. Я приехал в родной городок дать небольшой концерт на площади, а у сцены увидел девушек, которые не так давно и знать обо мне ничего не хотели, с цветами в руках. Вместо радости я испытал раздражение. Как так? Я остался прежним, с теми же самыми мыслями, любимыми книгами и семьей. Почему до того, как стать знаменитым, во мне, по их мнению, чего-то не хватало, а теперь я вдруг стал хорош? Я отказывался принимать подобное лицемерие.

Во время этого концерта я заметил еще одну перемену. Выступая, я повернул голову направо, ожидая увидеть небольшую церквушку святого Иоанна, куда в детстве нас водили на занятия воскресной школы, однако ее там не было. На