Ничего хорошего. От начала войны до похорон Навального. - Олег Владимирович Кашин

кроме «наведения порядка», кажется, так и нет) способов обустройства лучше дать всему этому рухнуть, заботясь прежде всего о том, чтобы падало не на тебя. Эту часть российского общества с ее спешно освоенной исламской религиозностью, культом единоборств и силы вообще, ее гражданской мифологией с «работайте, братья» и прочим – сама мысль о том, что в ней надо что-то исправлять, сделает вас стороной запрограммированного конфликта, на который, судя по всему, само государство и рассчитывает, не видя кроме открытого гражданского противостояния никаких способов продлить катаклизм после войны и после Путина.

Все давно известные и не раз обсужденные проблемы государственного устройства России в диапазоне от коррупции до многонационалочки – это ведь и не проблемы вовсе, это основы, любая попытка их решения будет форсированием катастрофы, и реальный гражданский выбор сегодня – между адом путинским и адом постпутинским. От этого выбора нужно уклоняться всеми доступными способами. Посмотрите на дагестанцев – они не уклонились, и как теперь выглядят?

1 ноября 2023

Израильская делегация в ООН надевает на себя желтые звезды, не понимая, как выглядит со стороны. Так в путинской России когда-то входили в повседневный обиход гимнастерки времен ВОВ, сначала на поп-артистах, на участниках нашистских акций, потом вообще на ком попало вплоть до младенцев, ну и понятно, что прежнего (без преувеличения сакрального) отношения к этой форме уже не вернешь, паста в тюбик не засовывается. Израильтяне, очевидно, только в начале этого пути, и это раздражает – память о Холокосте не подразумевает автоматического одобрения наземной операции в Газе, а если все-таки подразумевает, тем хуже для памяти, которая, став частью текущего политического контекста, в нем же и останется, и к новому изданию дневника Анны Франк следующий издатель будет вынужден добавлять такое же предисловие, как во времена BLM к «Унесенным ветром» – мол, несет на себе недопустимые в наше время черты своей эпохи, имейте в виду. Желтые звезды тускнеют, очевидные вещи перестают быть очевидными, все как всегда.

Антисемитизм, конечно, по-прежнему категорически неприемлем для любого приличного человека, но сам список категорически неприемлемых вещей имеет свойство расширяться. В этом октябре мы увидели, что для приличного человека неприемлема и израильская военная бескомпромиссность. Можно, наверное, совмещать две неприемлемости, но получается как в анекдоте – «ненавижу расизм и негров», – а поскольку впечатления от происходящего вокруг Газы более свежи и вообще кажутся принципиально новыми, неприемлемость израильской политики оказывается сильнее привычной и потому скучной и даже необязательной неприемлемости антисемитизма, и после все еще желательного «я не антисемит» все чаще напрашивается какое-нибудь «но», которое, как известно, само по себе отменяет все, что говорится до него.

Разумеется, интеллигент, западный или наш, никогда не одобрит ни махачкалинскую толпу в аэропорту, ни бесхитростное «Смерть Израилю» на европейских митингах, ни программные требования ХАМАСа, но это ведь и не требуется – каждый занят своим делом, а прямую связь между интеллектуальным неприятием израильской политики и сожженным кладбищем в Вене не установит ни один суд – неприятие отдельно, кладбище отдельно. Но причинно-следственные дела – это вообще для ценителей (которых в наше время чаще называют конспирологами), и Бог бы с ними. Чем бы это ни было вызвано, фактом ведь быть не перестает – антисемитизма, да такого, о котором до сих пор можно было только в книжках прочитать, за этот месяц стало не просто больше, он родился заново. Те же кладбища, допустим, и раньше время от времени оскверняли, какие-нибудь скинхеды, которых по умолчанию все ненавидели, а в новой системе координат уже и нет повода ужаснуться сожженному кладбищу – пустяк ведь на фоне того, что творит израильская военщина. И вдруг оказывается, что на этом фоне слишком многое уже пустяк, и значит – это же слишком многое оказывается вдруг допустимо.

Как и с другими ноу-хау современных левых, наш советский опыт выглядит одновременно и пугающе сходным с тем, что есть теперь, и совершенно не убедительным для тех, в чьей картине мира все плохое, что было у нас, растет не из левой идеи, а из наших особенностей вплоть до векового рабства. Зумеры изобретают свои «Антисионистские комитеты советской общественности» (наш создали при Андропове, сорок лет назад) и если лозунг против военщины благодаря Галичу и анекдотам возрождению, кажется, не подлежит, то борьба с сионизмом, на которой у нас поколения лекторов и агитаторов съели множество собак, выглядит вполне актуально, а о том, что искусственная антисионистская риторика, смещаясь к низам, делается естественной антисемитской, думать пока не получается – на самом деле не хочется, как не хотелось и советским антисионистам (а там кто заседал – и Райкин, и Элина Быстрицкая, люди тоже самые приличные) думать о том, что их рафинированность и жесткая привязка к внешнеполитическим делам оборачивается «жидовской мордой» в очереди у гастронома. Удивителен консенсус по поводу того, что такого сейчас можно избежать – да как вы избежите, когда мировой законодатель антисионистских мод – не вы, а ХАМАС, которому и дела нет до ваших европейских комплексов, порожденных двадцатым веком, и та смерть, которой он желает Израилю и его людям – это именно смерть, совсем не дипломатическая и не военная, а буквальная, которая всегда будет сильнее любых необязательных оговорок – «я не антисемит, но».

На наших глазах табуированный в последние восемьдесят лет антисемитизм утрачивает свою табуированность, его неприятие делается факультативным, и если кто-то надеется удержать табу в прежнем состоянии – ну попробуйте вспомнить, кому и когда такое удавалось, дохлый номер. Побеждает всегда тот, кто от табу избавляется, это, в общем, и есть прогресс, и если кто-то думал, что прогресс отменяет только вредные и бессмысленные реакционные табу – ему теперь придется доказывать, и прежде всего себе, что и возвращение антисемитизма в пределы допустимого вполне прогрессивно, в самом деле, это же ненормально, когда ненависть именно к одной конкретной этнической группе проходит по отдельной категории, зажились евреи со своей привилегией, и ее лишение – такой же шаг к справедливому устройству мира, как и, скажем, борьба с расизмом, а все издержки, которыми этот прогресс чреват, издержками и останутся. Погромы будут – сейчас в этом можно быть практически уверенным. Евреям (европейским, американским, нашим) стоит бояться, стоит искать способы защититься, а для других и прежде всего для интеллигенции западных народов, включая русский, как и сто лет назад, новая историческая реальность становится тестом на человечность, который, конечно, будет провален, а отчасти и уже провален. Как и в России с