Военная организация поздней Римской империи в 353-395 гг. На пути к разделению империи. - Евгений Александрович Мехамадиев

наоборот, присутствия экспедиционных войск в пределах той или иной территории. В таком случае мы можем подчеркнуть, что метод фокализации активно и вполне плодотворно сочетается с дискурс-анализом, в сочетании с дискурс-анализом фокализация позволяет связать морально-философские рассуждения автора с конкретной военно-политической ситуацией, сложившейся в том или ином регионе империи.

Такую же связь метод фокализации позволяет установить и при изучении событий персидской военной кампании императора Юлиана, состоявшейся в 363 г. Прежде всего отметим, что, рассматривая состав римской экспедиционной армии, воевавшей против персов, мы намеренно уделили главное внимание сведениям не Аммиана, а самого Юлиана, т. е. мы начали обзор событий с его полемического трактата «Мисопогон». Такое смещение фокализации раскрыло важную особенность источников, сообщающих о военном походе против персов, — практически все они, за исключением Иоанна Малалы, упоминают в качестве основной ударной (боевой) силы армии Юлиана галльские войсковые подразделения, и эта традиция восходит к самому Юлиану. В своем трактате «Мисопогон» Юлиан настойчиво заявляет жителям Антиохии, которые враждебно воспринимали его присутствие в городе, что галльские войска и в целом население Галлии сразу поддержали его, признали императором и безоговорочно последовали за ним на восток. Тем самым Юлиан уверял население восточных регионов империи, сомневавшееся в законности его власти, что жители Галлии и западных провинций империи, наоборот, сразу поддержали его намерения, провозгласили императором и отправились воевать на восток.

Мы можем признать, что и другие авторы (как современники событий, так и представители последующих поколений), рассказывавшие о персидском походе Юлиана (Аммиан, Либаний, Зосим), приняли идеологию Юлиана и ту версию событий, которую он высказал в «Мисопогоне», — как и сам Юлиан, они доказывали читателю, что галльские войска изначально поддержали его, а значит, его власть изначально и неизменно была законной. Следовательно, метод фокализации позволяет заключить, что изложение хода военных действий Юлиана против персов в трудах позднеримских авторов во многом зависело от дискурса власти, т. е. от вопроса о легитимности полномочий правителя и прихода его к власти.

Применительно к истории дворцовых схол во второй половине IV в. метод фокализации показал, что, вопреки мнению, распространенному в предшествующей историографии, дворцовые схолы состояли не только из германцев, но и из местных (римских) жителей империи, т. е. дворцовые схолы представляли собой подразделения смешанного этнического состава, в каждой из схол германцы служили вместе с римскими гражданами. Скорее всего, Константин I Великий, создатель дворцовых схол, включил в них не только германцев, но и римлян, чтобы, если можно так сказать, «разбавить» германский элемент, ослабить влияние германцев, т. е. либо уравновесить количество германских и римских воинов, либо поставить первых под командование вторых. Более того, сведения Аммиана Марцеллина, Фирмика Матерна и эпиграфических источников позволили установить, что дворцовые схолы как восточной, так и западной половины империи обладали примерно одной и той же внутренней (организационной) структурой, и в восточных, и в западных схо-лах были такие командные должности, как сенатор, дуценарий и центенарий.

Для изучения же позднеримской военной организации на верхнем Рейне мы использовали тройную фокализацию, т. е. сопоставили сведения о пограничных гарнизонах этого региона, содержащиеся в трех видах источников — штемпелях (печатях), панегириках Квинта Аврелия Симмаха и в историческом труде Аммиана Марцеллина, но опять же, как и в случае с персидской кампанией Юлиана, мы сместили центр внимания на тот источник, который традиционно мало привлекается для изучения военной истории позднеримского верхнего Рейна. В основу нашего анализа мы положили сведения Симмаха, а не Аммиана, мы сознательно решили рассмотреть сведения штемпелей, упоминающих различные пограничные войсковые соединения верхнего Рейна, в контексте политической идеологии Симмаха, выраженной в форме весьма риторических заявлений.

Симмах неоднократно упоминает о наличии многочисленных крепостей по верхнему течению Рейна и по течению реки Неккар, одного из правых притоков Рейна, ритор прославляет императора Валентиниана I за усиление защиты рейнских берегов и в связи с этим даже торжественно заявляет о присоединении Аламаннии, т. е. исконных земель проживания аламаннов, к римскому государству. Конечно же, слова Симмаха прямо и недвусмысленно подтверждают, что именно Валентиниан I официально учредил отдельный военный округ с центром в Могонтиаке (Майнце), располагавшийся вдоль верхнего течения Рейна, и мы полагаем, что штемпели, происходящие с территории этого округа, упоминают войсковые подразделения, впервые переместившиеся на верхний Рейн именно по приказу Валентиниана I. Но важно и другое — на наш взгляд, войсковые подразделения, упоминаемые в штемпелях, разместились как раз в тех самых крепостях, о которых столь торжественно заявляет Симмах, собственно, ритор рассказывает об этих крепостях как раз в связи с тем, что в них находились совершенно новые подразделения, которые ранее, до Валентиниана, не располагались в пределах Верхней Германии.

Эти подразделения прибыли в земли Верхней Германии из внутренних регионов Галлии и достаточно успешно защищали прибрежную территорию вдоль верхнего Рейна от нападений со стороны аламаннов, соответственно, сам факт размещения новых войск в Верхней Германии и создание на её территории самостоятельного и полноценного военного округа отразились в рассуждениях Симмаха, когда он говорил о присоединении Аламаннии к Римской империи. Другими словами, Симмах стремился внушить читателю мысль о том, что новые пограничные войска, переместившиеся на верхний Рейн, не просто обороняли береговую линию от аламаннов, но и завоевали земли проживания самих аламаннов, присоединили эти земли к империи и тем самым расширили её пределы, а значит, прославили власть и могущество императора Валентиниана I.

Благодаря методу фокализации мы можем признать, что именно военный округ с центром в Могонтиаке (Майнце) был главным элементом защиты рейнской границы империи и земель Галлии от нападений германцев, — более того, мы можем заключить, что, учредив данный округ, Валентиниан I усилил систему обороны рейнского фронта сразу на трех направлениях: на юго-западе, по верхнему течению Рейна, вторжения аламаннов отражали войска Могонтиака; на северо-западе, вдоль Галльского побережья, располагались войска т. н. морского округа (tractus maritimus), которые обороняли прибрежные земли от нападений франков и саксов; в то же время на северном направлении, по нижнему течению Рейна, к северу от Кёльна, находились союзники Валентиниана I — бургунды, которые блокировали перемещения аламаннов в регионы прибрежной Германии, находившиеся к северу от Могон-тиака. Бургунды, с которыми Валентиниан I поспешил заключить военный союз, не позволяли аламаннам продвинуться севернее Могонтиака, соответственно, аламанны, зная о присутствии на верхнем Рейне римских регулярных войск, не рисковали совершать крупномасштабные вторжения в Юго-Восточную Галлию, Рецию и Северную Италию.

Конечно же, в такой ситуации аламанны опасались перспективы войны на два фронта — с юга по ним могли ударить войска Могонтиака, а с севера — бургунды, поэтому мы можем признать, что Валентиниан I в определенной степени стабилизировал положение на рейнской границе и остановил продвижение германцев. В этом смысле следует отметить, что