Военная организация поздней Римской империи в 353-395 гг. На пути к разделению империи. - Евгений Александрович Мехамадиев

Галлию и вместе с ним прибыли на континентальную часть империи. Но в 387 г. Магн Максим оставил на рейнской границе те регулярные римские подразделения, которые размещались в Бельгике Первой, в городе Августа Тревирорум (Трир), т. е. составляли галльскую экспедиционную армию. Следовательно, когда в 388 г. Феодосий! совершил военную экспедицию в Италию и разгромил Магна Максима, он присоединил к своей победившей армии наемные отряды аламаннов из поверженной армии узурпатора, а также подразделения, составленные из бриттов и аттакоттов.

Через четыре года, в 392 г., на западе империи произошла новая узурпация — главнокомандующий римскими экспедиционными войсками в Галлии Арбогаст и его союзник-ставленник Евгений подняли мятеж, скорее всего, физически устранили императора Валентиниана II и захватили высшую законную власть на западе империи. Арбогаст провозгласил Евгения императором, соответственно, во всех последующих событиях, связанных с противостоянием Евгения — Арбогаста, с одной стороны, и Феодосия I — с другой, была непосредственно задействована экспедиционная армия Галлии, она принимала во всех этих событиях прямое и самое активное участие.

К 392 г., когда произошел мятеж, Феодосий I провел крупные реорганизации во внутренней структуре своих собственных экспедиционных войск — создал три новые экспедиционные армии из тех пограничных войсковых подразделений, которые первоначально, до 379–384 гг., располагались на римском Ближнем Востоке, а затем, в 379–384 гг., были переведены на нижний Дунай для борьбы с готами. В первую очередь, еще в 386–387 гг., Феодосий учредил самостоятельную, обособленную, полноценную экспедиционную армию Фракии, предоставив ранг comitatenses и тем этническим отрядам, которые состояли из готов Атанариха. Затем, в 388 г., незадолго до похода против Магна Максима, Феодосий перегруппировал оставшиеся пограничные войска, размещавшиеся в нижнедунайских провинциях, переместил их в предместья Константинополя и сформировал из них еще две отдельные центральные экспедиционные армии, которые располагались непосредственно вблизи восточноримской столицы. В состав этих армий совершенно точно входили вексилляции лучников и лучников-всадников, столь необходимые для проведения быстрых и маневренных боевых операций.

Скорее всего, именно с этими двумя центральными армиями Феодосий отправился во второй поход в Италию, на этот раз против Евгения и Арбогаста. Помимо собственно римских войск, Феодосия сопровождали этнические племенные группы (ополчения) вестготов, живших во Фракии, а также гуннов и алан, располагавшихся за пределами римских владений, т. е. за Дунаем, вблизи Фракии. Армия Арбогаста, как показывают надписи из Конкордии, тоже состояла как из римских, так и из вспомогательных этнических подразделений, в основном состоявших из наемных франков. Тем не менее, в отличие от армии Феодосия I, вспомогательные этнические отряды, подчинявшиеся Арбогасту, были сформированы из германцев, которые к 394 г. жили за пределами Римской империи, в данном случае — за Рейном, для них римское государство было совершенно чужой территорией, поскольку ранее, до 394 г., они никак не были интегрированы в военные структуры западной половины империи.

Соответственно, отряды этих наемников без особых затруднений оставили лагерь Арбогаста во время битвы при реке Фригид, бросили свои боевые позиции и перешли на сторону Феодосия, поскольку он подкупил племенных вождей этих франков. В результате, когда на второй день битвы войска Феодосия нанесли новый удар по войскам Арбогаста, регулярные римские подразделения галльской экспедиционной армии просто не выдержали натиска численно превосходившего противника и были разгромлены. Как показал анализ надписей из Конкордии, именно галльские экспедиционные подразделения армии Арбогаста понесли наиболее существенные потери в битве, тогда как в армии Феодосия такой урон понесли скорее вспомогательные племенные ополчения вестготов, прибывшие вместе с Феодосием из нижнедунайских регионов.

Заключение

Во Введении нашей работы мы уже отметили, что в Заключении ответим на вопрос: как материалы, собранные и рассмотренные в основной части книги, меняют и обновляют сложившиеся в историографии представления о варваризации позднеримской армии во второй половине IV в. Теперь, непосредственно в самом Заключении, мы хотели бы уточнить и в то же время расширить задачу, которую мы ставим перед Заключением: в заключительной части нашей работы мы рассмотрим, как метод исследования, предложенный нами во Введении, т. е. фокализация, меняет, расширяет или обновляет сложившиеся в историографии представления о процессах политической и административно-территориальной истории поздней Римской империи во второй половине IV в. Другими словами, мы ставим вопрос о том (и, конечно же, отвечаем на этот вопрос), как метод фокализации, т. е. подход, активно применяемый в современном литературоведении, позволил изменить представления о политическом и административно-территориальном развитии империи во второй половине IV в.

Подчеркнем — речь идет именно о политическом и административнотерриториальном, а не о военном развитии, поскольку, во-первых, мы уже перечислили в итоговых параграфах после каждой главы основные изменения, произошедшие в военной организации империи, а во-вторых, мы хотели бы рассмотреть, как материал по военной истории, т. е. узкий исследовательский сюжет, позволяет обновить знания о более общих и широких процессах позднеримской истории. Для нас принципиально важно показать эффективность, действенность метода, предложенного во Введении, — какой вклад метод фокализации вносит в понимание процессов политической и административнотерриториальной истории.

Напомним, мы понимаем под фокализацией сопоставление сведений разных источников (по сути — точек зрения нескольких авторов) об одном и том же войсковом подразделении или об одной и той же группе войсковых подразделений, т. е. об одной и той же региональной армии. Следуя этому методу и рассматривая в качестве действующих лиц каждого отдельного сюжета либо сами подразделения, либо полноценные и самостоятельные армии, мы пришли к выводу, что, по сути, главным структурным элементом позднеримской военной организации во второй половине IV в. была галльская экспедиционная армия, можно даже сказать, что экспедиционная армия Галлии была главным действующим лицом процессов военного развития империи во второй половине IV в.

Фактически можно признать, что именно галльская экспедиционная армия определяла характер развития позднеримской военной организации во второй половине IV в., именно от этой армии, от её внутреннего устройства и состояния, зависело соотношение сил между западной и восточной половинами империи, распределение войсковых подразделений и обособленных группировок по другим регионам, и наконец, именно от этой армии зависели взаимоотношения империи и варваров как на Рейне, так и на Дунае. К примеру, если до 353 г., т. е. в первой половине IV в., главную роль в развитии позднеримской военной организации играла дунайская экспедиционная армия, созданная Константином! Великим в 316–324 гг., то после 353 г. такую роль стала играть галльская армия.

Прежде всего обзор событий показал, что варваризация позднеримской армии и всего позднеримского государства в течение второй половины IV в. была физически невозможна, поскольку именно галльская экспедиционная армия не позволяла племенам германцев осуществить массовый и полномасштабный прорыв рейнской границы. Наличие в Галлии мощных экспедиционных группировок не давало германцам возможности сформировать единый и обширный союз племен, чтобы затем вторгнуться в земли империи по всей линии