Топофилия. Исследование окружающей среды. Восприятие, отношение и ценности - И-фу Туан

пол и другие врожденные качества. В то же время очевидно, что наш жизненный цикл влияет на них весьма значительно. Говоря о человеке, социальные науки обычно имеют в виду активную взрослую личность. Однако взрослая жизнь – лишь один из этапов жизни, подобный предшествующим ему младенчеству, отрочеству и юности и последующему старению. Каждый возраст имеет характерный облик и мировоззрение. В течение долгой жизни мы неизбежно переходим от младенчества, которое «блюет и хнычет на руках у няньки», ко второму детству, в котором спрашиваем себя: «Где слух? Где зубы? Зренье? Обонянье?»247

Младенец

Младенец безмирен до такой степени, что не способен отделить себя от окружающей среды. Он воспринимает ее и реагирует на средовые стимулы, при этом, по всей видимости, лучше различая звуки, чем визуальные образы. Он, прежде всего, очень чувствителен к прикосновениям. Как известно каждой матери, младенец обладает сверхъестественной способностью понимать ее настроение в зависимости от того, как она его держит. Говоря точнее, он реагирует на едва заметные изменения давления и температуры, поскольку не воспринимает мать как отдельную личность. Примерно к пятой неделе глаза ребенка способны фиксироваться на предметах. Первая форма, которую он распознает, – это человеческое лицо, или даже абстракция лица, подобная двум точкам и линии, нарисованным на бумаге. Однако он не может различать геометрические объекты с четкими границами вроде квадратов и треугольников. В отличие от человеческого лица, прямоугольник не нужен ему для выживания248. Примерно к трем-четырем месяцам младенец может четко различать лицо матери, но представления о человеке в целом у него по-прежнему нет. Когда ребенок смотрит на кого-то, его взгляд фиксируется на частях тела, он видит рот, руки и т. п. Лишь примерно в шесть месяцев он начинает проявлять признаки восприятия другого человека. Пространственный опыт младенца сильно ограничен. В начале жизни ребенок познает мир ртом, к этому органу сводится все его пространство. Некоторый пространственный опыт сообщает ему дыхание. Горизонтальное положение кроватки и вертикальное положение по отношению к телу матери, когда младенца берут на руки для срыгивания, знакомят малыша с реальностью измерений пространства. Что касается цвета, то младенцы реагируют на него, по-видимому, уже в возрасте трех месяцев.

Маленькие дети, по-видимому, предпочитают теплые цвета холодным. По мере взросления предпочтение теплых цветов, особенно желтого, снижается и с возрастом продолжает уменьшаться249.

Маленький ребенок

Младенец улыбается и человеческому лицу, и листу бумаги с нарисованными точками. Это означает, что при визуальном контакте он не различает одушевленные и неодушевленные предметы. Однако он, вероятно, различает их сенсомоторным способом. Маленький ребенок – анимист: он реагирует на все подвижные объекты так, словно они живы и обладают собственной волей. Даже шестилетний ребенок может считать облака, солнце и луну живыми и способными следовать за ним, когда он ходит250. Мир маленького ребенка ограничен его конкретным окружением. Он по природе своей не любитель глазеть на звезды. Отдаленные объекты и панорамные виды не особенно его интересуют. Для пяти- и шестилетних детей пространство не имеет сложной структуры. Маленький ребенок не воспринимает его как среду, которую можно разделить на отдельные измерения. Первое, что он начинает различать, прежде всего в связи с тем, что эти понятия вытекают непосредственно из строения человеческого тела, – это верх и низ, лево и право, перед и зад. Другие характеристики пространства, вроде открытости и закрытости, компактности и рассеянности, остро- и тупоконечности, начинают осознаваться позже251. Понятие «ландшафт» не имеет для маленького ребенка особого смысла. Во-первых, чтобы видеть ландшафт, нужно быть способным провести четкую границу между собой и всем остальным, а эта способность еще слабо развита у шести- или семилетнего ребенка. Во-вторых, чтобы видеть ландшафт и оценивать его эстетически, требуется способность выделять в природе участки без очевидных границ, осознавая, что их пространственные характеристики обладают согласованностью, и задавая себе такие вопросы, как: видим ли мы здесь четкое противопоставление вертикальных и горизонтальных компонентов? гармонично ли расположены эти закрытые объемы на поверхности открытой равнины? уравновешивается ли густая листва справа чередой ив, растущих слева? Хотя ландшафт ускользает от внимания маленького ребенка, он все-таки отчетливо видит его отдельные составляющие: пень, большой валун, воду, бурлящую на одном из участков речки. Когда ребенок становится старше, его понимание пространственных отношений растет по мере осознания сущности объектов, которые их определяют. Что касается цветовых предпочтений, то для ребенка не представляют особого интереса смешанные цвета вроде сиреневого, бежевого, лавандового, однако яркие оттенки привлекают его до такой степени, что у него появляется склонность группировать геометрические объекты не по сходству формы, но на основе одного и того же цвета. Все, что блестит, – золото. Таким образом, мир маленького ребенка одушевлен и состоит из ярких, четко очерченных объектов, расположенных в слабо организованном пространстве.

Ребенок и открытость миру

Взрослому человеку трудно вернуть утраченную яркость чувственных впечатлений. Редкими исключениями могут быть свежесть пейзажа после дождя, особенный аромат кофе перед завтраком, когда концентрация сахара в крови низкая, острота восприятия окружающего мира во время выздоровления после продолжительной болезни. Ребенок, начиная примерно с семи-восьми лет и заканчивая началом подросткового периода, большую часть времени живет в этом ярком мире. В отличие от малышей ребенок постарше не привязан к ближайшим предметам и окружению. Он способен воспринимать пространство в различных измерениях, различать мельчайшие оттенки цвета и распознавать гармонию линий и объема. Он обладает большинством познавательных способностей взрослого человека. Он способен видеть ландшафт и как участок искусно обустроенной реальности «на улице», и как нечто, что находится вокруг и проникает повсюду, некую силу. В таком возрасте ребенок, как правило, не обременен мирскими заботами, учебой, свободен от укоренившихся привычек и не считается со временем. Другими словами, он полностью открыт миру. Писатель Фрэнк Конрой в автобиографической книге «Остановить время» описывает, как эта детская открытость влияет на восприятие самого обычного окружения. Автору было тогда тринадцать лет, он ехал на велосипеде и никуда конкретно не направлялся:

На первой же заправке я остановился выпить кока-колы и проверить давление в шинах. Мне нравились заправочные станции. Здесь можно было торчать сколько угодно, и никто не обращал на это внимания. Усевшись в тенистом уголке на землю, спиной к стене, я делал маленькие глотки кока-колы, стараясь, чтобы ее хватило надолго.

Детское легкомыслие делает мир большим? Сейчас на заправках для меня нет ничего интересного. Мне не терпится уехать, добраться туда, куда я направлялся, а заправки как будто вырезаны из бумаги, как будто голливудские декорации – фасады, и только. А вот в тринадцать лет, когда я сидел там, прижавшись спиной к стене, это было чудесное место. Восхитительный запах бензина, подъезжающие и отъезжающие машины, шланг подачи свежего воздуха, едва слышные голоса, бормочущие где-то позади, – все это музыкой витало в воздухе и наполняло меня ощущением благополучия. Через десять минут моя душа, должно быть, наполнилась как автомобильный бак252.

Старость

Люди едва осознают, что с возрастом их чувства притупляются. Физиологические факторы, влияющие на это ухудшение, можно измерить. Ребенок имеет многочисленные вкусовые рецепторы на твердом и мягком нёбе, стенках горла и центральной верхней поверхности языка. По мере взросления человека эти рецепторы постепенно исчезают, а вкусовая чувствительность ослабевает. Чтобы ощутить, что раствор сахара сладок, пожилому человеку потребуется в три раза большая концентрация, нежели молодому. Зрение ослабевает.