Самозванка. Как исцелить внутреннего критика - Мария Заботина

Но в сладком меде успеха обнаружилась увесистая ложка дегтя. Новость о моем стремительном взлете, о благосклонности самой Дианы Евгеньевны разнеслась по коридорам тренингового центра со скоростью лесного пожара. Неизбежно она достигла ушей администратора Наташи – женщины с непомерными, но ничем не подкрепленными амбициями, способными затмить собой сияние солнца.

Наташа, привыкшая считать себя незаменимой и незаслуженно обделенной вниманием руководства, не питала ко мне теплых чувств. Ее неприязнь повисла между нами, как густой туман, заволакивающий все пространство своей дымкой. Она не упускала ни малейшего шанса испортить мне настроение, отправляя в мой адрес колкие замечания и язвительные комментарии.

– Еще неизвестно, кто кому больше нужен, – злобно шипела она в телефон, делая вид, что поглощена работой. – Диана, конечно, молодец, что разглядела в этой тихоне какие-то таланты. Но пусть не забывает, кто здесь правая рука, кто знает все и всех.

Ее слова острыми лезвиями впивались в спину, оставляя незаживающие раны. Беспощадная хищная птица зависти терзала Наташу, не давая ей покоя.

Однако постепенно я стала замечать, что ее выпады задевали меня все меньше и меньше, пока я совсем не перестала на них реагировать. Словно невидимый щит укрывал меня от хлестких ударов. Кажется, впервые в жизни меня совершенно не волновало, что думают другие. Я просто наслаждалась счастьем, с трепетом наблюдала за ним, как за беспечной пташкой, которая порхает по цветущему лугу и не замечает ползающих в траве муравьев.

Но по-прежнему тосковала по Антону. Призраки прошлого блуждали где-то на границе сознания. Иногда светлые – согревающие душу теплом, иногда темные – пронзающие острой болью. Впрочем, динамичный график работы, водоворот новых эмоций и впечатлений скрывали этих вестников прежней жизни, и я сталкивалась с ними только вечерами, когда поднимался плотный занавес рабочей суеты. Укладываясь в постель, я отпускала мысли на свободу, и они устремлялись к Антону: «Чем он сейчас занимается?», «Думает ли обо мне?», «Счастлив ли?». Боль от расставания не исчезла совсем, но изрядно притупилась, позволяя дышать полной грудью.

Жизнь вернулась в привычное русло, как река возвращается в свои берега после половодья. Работа, встречи с интересными людьми, часы, проведенные за рукописью, – это наполняло мои дни смыслом, отгоняя прочь тоску. С каждым вдохом свежего воздуха перемен я осознавала: черная полоса позади – я смогу жить дальше! Неизвестность пугала и манила одновременно, обещая невероятные открытия и заставляя сердце биться чаще в предвкушении удивительных событий.

Глава 6

– У меня новость, – с улыбкой объявила я в начале следующей терапевтической сессии с психологом. – Диана предложила мне место копирайтера в IRON BALANCE! Мой предшественник уволился из-за проблем со здоровьем, и она решила дать шанс мне. Так что уже неделю как у меня новая должность.

– И как вам? – поинтересовалась Ирина Сергеевна.

– Я в восторге! – с энтузиазмом ответила я. – Творчество меня вдохновляет, да и с Дианой мы больше общаемся. Она много времени уделяет разработке программ тренингов и семинаров, а уже вместе мы работаем над рекламными текстами, постами для соцсетей, рассылками… В общем, я довольна! Конечно, боюсь не оправдать ожиданий, но пока мне комфортно.

– А вы говорите с Дианой на другие темы, помимо работы? – спросила Ирина Сергеевна.

– Она расспрашивала о моей книге и встрече с Инной Градовой. Но в основном – да, говорим о работе.

– Мне кажется, – задумчиво произнесла психолог, – вам важно ее одобрение, ее поддержка.

– Да, безусловно, – подтвердила я. – Тем более я Диану очень уважаю. Работать с ней – большая честь для меня. Так что сейчас жизнь словно заиграла новыми красками: увлекательная работа, книга…

– Кстати, как продвигается книга?

– Непросто, – призналась я. – Писать в таком объеме для меня в новинку, да и ответственность огромная… Что же касается главы про Инну Градову… Это был мой первый опыт интервью, и, как мне теперь кажется, не совсем удачный. Когда-то я хотела стать журналистом (но не сложилось) и изучала много литературы на эту тему. Потому сейчас, спустя время, вижу в том интервью кучу ошибок. Столько, что даже возникали мысли бросить эту затею… Однако, поразмышляв, я все же решила продолжить. Пусть сейчас все неидеально, но без боя я не сдамся!

– Вы говорили, как важно сохранить в книге правду, – Ирина Сергеевна говорила мягко, словно боясь спугнуть мои мысли, – передать чувства живых людей. И для вас значима их оценка.

– Да, очень, – согласилась я. – Не хочу обмануть их доверие. Тема, которую я выбрала, – тонкий лед. Из этого может получиться нечто особенное… Или не получиться ничего. Но я точно не стану ради популярности ворошить чужое грязное белье, бередить раны, бить по больным местам. Возможно, поэтому из меня и не вышло журналиста. Когда я сказала родителям, что хочу поступать на журфак, папа пришел в ужас: «Вика, ты в своем уме?! Там же акулы пера! Растопчут и не заметят!»

– Интересно, – увлеченно подметила Ирина Сергеевна, – но у меня сложилось впечатление, что в вашей семье вам отводилась роль тихой и покладистой сестры. Скажите, часто ли вам приходилось вступать в подобные конфликты?

– Я старалась их избегать, – призналась я. – Проще было промолчать, уступить. Я вообще неконфликтный человек.

– Это вполне объяснимо, – кивнула Ирина Сергеевна. – В отношении разных детей родительские ожидания могут отличаться. Такое часто встречается. Если одна дочь бойкая и решительная, то от второй ждут спокойствия и исполнительности.

Слова Ирины Сергеевны отозвались неприятной горечью. Неужели я и правда всю жизнь играла отведенную мне роль? Незаметная, послушная, старательная… «Младшенькая», как любил говорить папа.

Алена была другой: яркой, шумной, неугомонной. Ей прощались и разбитые коленки, и тройки в четверти, и дерзкие выходки. А я всегда была «папиной умницей».

– Все точно так, как вы говорите, – вздохнула я. – К тому же с новой должностью возникла и еще одна проблема – на работе сложилась крайне напряженная и нездоровая атмосфера. Понимаю, что многим мой карьерный скачок пришелся не по душе. Но одна девушка демонстрирует это особенно откровенно, считает, что вакансию должна была занять она. Я не хочу лишнего шума, но и сдаваться не намерена: кажется, я впервые чувствую себя на своем месте.

– Именно так, – подтвердила Ирина Сергеевна. – Вы не просто нашли свое место, но и, как понимаю, столкнулись с необходимостью его отстаивать.

– Я тоже об этом думаю. – Я решила не скрывать свои переживания. – Волнуюсь, конечно. Вряд ли дело дойдет до открытого противостояния, хотя… В общем, нужно быть готовой ко всему.

– А что значит для вас «быть готовой»? – уточнила психолог.

– Я советовалась с сестрой, – поделилась я. – Она считает, что этот конфликт дан мне как урок: пора учиться оберегать свои границы, а не уступать, как я делала всю жизнь. В отношениях с друзьями, родственниками, коллегами, Антоном…