О личности. Книга Эго - Бхагван Шри Раджниш

Познание своей сущности зажигает свет во мраке твоего внутреннего мира, и до тех пор, пока ты не освещен, не просветлен изнутри, весь внешний свет бесполезен. У тебя внутри — потемки, глубокие потемки, неосознанность, и все твои поступки будут исходить из этого мрака, из этой слепоты.

Потому, когда я выступаю против ума, не пойми меня превратно. Я не против ума, и я вовсе не хочу, чтобы ты его уничтожил.

Я хочу, чтобы ты стал оркестром. Одни и те же музыкальные инструменты способны создать какофонию, если ты понятия не имеешь о том, как создать симфонию, гармоничное звучание, как расставить все по своим местам.

Твое естество должно стать кульминацией… нет ничего выше, это частичка Бога в тебе. Оно способно дать тебе то, чего ни ум, ни сердце дать не могут, — безмолвие. Оно подарит тебе спокойствие. Оно подарит тебе безмятежность. Оно подарит тебе блаженство и, в итоге, — ощущение бессмертия. Когда познаешь свое естество, смерть становится иллюзией, а жизнь обретает крылья вечности. Человека, ничего не сведущего о собственном существе, нельзя назвать по-настоящему живым. Он может быть только утилитарным механизмом, роботом…

С помощью медитации отправляйся на поиски своего естества, своей истинной сущности, своего бытия. С помощью любви, с помощью своего сердца делись блаженством.

Вот в чем суть любви: делиться блаженством, делиться радостью, танцем, экстазом.

Ум выполняет свою функцию на рыночной площади, но когда ты приходишь домой, он не должен продолжать свою болтовню. Как только ты снимаешь деловое пальто, шляпу, ботинки, скажи своему уму: «А теперь умолкни, это не твой мир». Это не означает быть против ума. Скорее это значит дать уму возможность отдохнуть.

Дома — с женой, с мужем, с детьми, с родителями, с друзьями — нет потребности в уме. Существует лишь потребность в изливающем любовь сердце. До тех пор пока место, где ты живешь, не наполнится льющейся через край любовью, оно не станет домом, оно так и останется всего лишь зданием. И если дома ты отыщешь хоть немного времени для медитации, для исследования своей истинной природы, это возведет его в высший ранг — храм.

Одно и то же жилое пространство… для ума оно — всего лишь жилище, для сердца оно становится домом, для твоего естества это — храм. Помещение остается все тем же, ты меняешься — меняется твое мировоззрение, твое измерение, твой взгляд на вещи и твое понимание. А дом, в котором не присутствуют все три компонента, — неполон, беден.

Человек, в котором отсутствует гармоничное единство — ум, служащий сердцу, сердце, служащее твоему естеству, и естество, подчиненное Разуму, охватывающему все бытие… Люди назвали это Богом; мне по душе звать это Божественностью. Нет ничего выше этого.

«The Razor’s Edge», глава 25

Является ли ум моим собственным или же мне его навязали другие?

Ум находится внутри тебя, однако в действительности это проекция общества внутри тебя. Это не изначальная данность.

Ни один ребенок не наделен умом от рождения. Он рождается, имея мозг. Мозг — это механизм; ум — это идеология. Мозг возделывается обществом, и каждое общество создает идеологию сообразно своей обусловленности. Именно по этой причине в мире существует такое множество идеологий. Индуистская идеология непременно отличается от христианской, а коммунистическая идеология, несомненно, отлична от буддийской.

Но индивидууму прививают заблуждение, будто эта идеология — его собственная, и он начинает поступать в соответствии с требованиями общества, следовать требованиям общества с полной уверенностью, что это его собственная затея. Это ловко отработанный механизм.

Георгий Гурджиев часто рассказывал одну историю…

Один маг, живший далеко в горах, держал стадо овец, и дабы не отягощать себя слугами и самому не разыскивать овец, всякий раз теряющихся в лесу, он загипнотизировал все стадо, внушив каждой овце свою историю. Каждой овце он дал другой ум.

Одной он сказал: «Ты — не овца, ты человек, и тебе не нужно бояться, что однажды тебя убьют, принесут в жертву, подобно другим овцам, — они ведь всего лишь овцы. Поэтому тебе нет нужды переживать о том, что тебя ждет по возвращении домой». Другой овце он сказал: «Ты — лев, а не овца», а третьей внушил, что она — тигр. И с того самого дня маг не знал хлопот: овцы стали вести себя согласно тому, что им внушили.

Теперь он мог убивать овец — каждый день он убивал по одной, чтобы прокормить себя и свою семью, и те овцы, которые пребывали в уверенности, будто они — львы, люди или тигры, — просто смотрели и хихикали: «Вот что случается с овцами». Но они совершенно не испытывали страха — не то что прежде.

Если раньше он убивал одну овцу, то остальные тряслись от страха:

«Завтра наступит мой черед. Сколько мне еще осталось жить?» Потому они и убегали в лес — чтобы не угодить в руки мага. Теперь же никто не убегал.

Все они были тиграми, львами… всех их наделили различным сознанием.

Твой ум не является на самом деле твоим — вот что следует запомнить в первую очередь. Он — имплантат того общества, в котором тебе довелось родиться. Если ты родился в христианской семье, но в скором времени попал в мусульманскую и воспитывался мусульманами, то уже будешь обладателем иного сознания; твой ум обретет совершенно иное качество — ты даже представить не можешь, насколько иное.

Бертран Рассел, один из гениальнейших людей нашей эпохи, задался целью избавиться от христианского сознания, — но не потому, что был христианином, а потому, что христианство навязали ему другие. Он стремился к собственному незамутненному взгляду на вещи. Он не хотел воспринимать мир сквозь чужие очки; он хотел войти в прямой и непосредственный контакт с реальностью. Он хотел жить собственным умом.

Поэтому дело было вовсе не в противлении христианскому сознанию; будь он индуистом, или мусульманином, или даже коммунистом — он поступил бы точно так же.

Все дело только в том, является ли ум твоим собственным или же он навязан другими, ведь тебе насаждают ум, который служит не твоим целям, а только их.

Твои родители, учителя, священники, образовательная система готовят тебя к тому, чтобы ты обладал определенным типом ума, и именно этим умом ты проживаешь всю свою жизнь. Это заимствованная жизнь. Вот потому в мире так много страданий: никто не живет своей жизнью, никто не живет настоящим собой, все попросту следуют