Тарья берёт своё - Анна Ледова

— Прости, отец.

— Так вот. Пусть у Барятинских больше нет прежней власти, но эта девочка — наш актив, Саша. А Ланские активами не разбрасываются.

— И что с неё можно поиметь? Или… А, ты хочешь выдать её замуж? Да кто на эту уродку позарится?

— Уродка или нет, но эта вогулка — всё ещё урождённая княжна. И потомственный маг земли. А это такой ценный товар, что на её внешность никто и не посмотрит, с руками оторвут. Не разочаровывай меня, Саша. Мы ведь уже обсуждали, что и ты в своё время женишься с умом и для пользы рода. Поэтому нагуляйся во время обучения впрок, в Москве для этого есть все возможности, можешь даже после женитьбы продолжить, но будущая супруга — это не про развлечения. Это вопрос престижа и укрепления рода. Надеюсь, мне не придётся заново втолковывать тебе, что чувства в этом деле неуместны. А для Барятинской, пока я её опекун, я немедленно начну подыскивать выгодную для нас партию. Так что не порть моё имущество.

— Я понял, отец, — смиренно ответил Александр. — Но… ты же не собираешься обучать её магии?

— Разумеется, нет. Достаточно и того, что в её жилах течёт нужная кровь, которую она сможет передать наследнику. В Москве хватает богатых влиятельных бездарей, которые спят и видят, как бы заиметь в роду сильного мага и получить право на потомственное дворянство. Поэтому Барятинская останется у нас, а ты, Саша, прекратишь к ней цепляться. Да, и Рогову скажи, что вогулку отныне тренировать не нужно, негоже девице на выданье по его предмагической методе заниматься. Ей это больше не понадобится.

— Стась упрётся, — хмуро сказал Александр.

— Так и найди для брата новый стимул. Тебе целой губернией в будущем управлять, а ты с одним сопляком не справишься?

Ступая на цыпочках, я поскорее ушла, услышав самое главное: планы Ланских на моё будущее.

Я с ними была не согласна.

Но, на счастье или на беду, коррективы в эти планы, никого не спросив, вновь внесла Промежуть.

Часть вторая

Промежутская пагуба. Глава 12

Тюмень, поместье Ланских, 1933–1934 год

Тренировки, несмотря на повеление графа и прямой отказ Рогова, я не бросила. Ну что они, по рукам-ногам меня свяжут? Так же выходила утром на пробежку и разминалась после. Гимнастический зал, впрочем, для меня закрыли. И ладно бы на ключ. Нет же — поставили магический барьер.

Тогда я стала заниматься в своей комнате по вечерам. Слова «предмагическая метода» не давали покоя, и я с точностью повторяла все упражнения Рогова: на скорость, на ловкость, на умение сосредоточиться на нескольких целях одновременно. Много времени наставник прежде уделял дыханию и медитациям. Глубоко расслабиться. Резко собраться. Разогнать пульс и тут же замедлить его усилием воли.

Теперь я поняла: это была подготовка к управлению магическими потоками. Ведь самоконтроль — главное во владении магией.

Так как Ланские не собирались обучать меня ей, то проблему спонтанных выплесков — обычное дело у подростков — решили по-своему. Граф заказал в городе сдерживающий артефакт — прозрачный камень на стальной цепочке, и наказал носить постоянно. Как он сказал, ради моей же безопасности, а то в период стабилизации магии, который мог длиться до года, подростки часто ранят себя и других.

О да, я прекрасно помнила эти «спонтанные» выплески огня у Александра! Случавшиеся почему-то исключительно в моём присутствии. Сомневаюсь, что я могла бы стать причиной даже небольшого землетрясения, но Ланские решили подстраховаться. Той земной магии-то во мне было — на одну бледную полоску на запястье. Ни о чём. У прочих Барятинских браслеты были яркие, в несколько витков.

Возможно, тот случай с гравием и вовсе был моим максимумом. Поднять с земли пару камешков и швырнуть их на пару метров вверх — вот и всё, на что способна полукровка. Но даже от такой мелочи предусмотрительные Ланские обезопасились.

Прозрачный камень в амулете оказался необработанным алмазом: лишь он достаточно крепок, чтобы впитать земную магию и не расколоться. То есть вышло так, что мы с Тарьей получили первое драгоценное украшение в нашей жизни. И то оказалось ошейником.

Амулет не блокировал магию, лишь поглощал, случись её новый выплеск. Я всё равно снимала его по вечерам и медитировала, пытаясь нащупать внутреннюю силу. Ничего. То ли она изначально настолько слаба, то ли ещё не время.

О земной магии я, разумеется, читала. Сильные земники способны буквально сворачивать горы. А ещё обрушивать на противника песчаные бури, обстреливать каменной дробью не хуже пулемётчиков, чуять металлы и минералы. Как же с такими способностями Барятинские не справились с тремя последними прорывами?

Пока я подходила к магии с рациональной стороны, читала книги, концентрировалась до боли в висках, я ничего не добилась. Зато это удалось Тарье. Утомлённая очередной медитацией в неудобной позе — она не видела в них смысла, Тарья выказала своё негодование. Перехватила контроль над телом и повалилась набок: хватит.

И вдруг застыла сама.

«В меня дышит, — восхищённо прошептала она. — Ёмас ма! Хорошая какая. Добрая. Слушай».

Ма — это земля. Наверное, только Тарья, дитя тайги, могла воспринимать землю, воду, ветер как живых существ, и потому наделять их человеческими чертами. «Хорошая, добрая земля»? Что ж…

И я, отпустив все мысли, теперь слушала и смотрела не столько ушами и глазами Тарьи, сколько её сердцем.

— Дышит, — зачарованно подтвердила я, когда почувствовала под собой нечто огромное и живое.

Земля еле слышно пульсировала, и я распласталась на траве, желая ощутить это всем телом.

— Земники все свиньи, — презрительно бросил незаметно подошедший Александр. — Хлебом не корми — дай в грязи поваляться. И магия у вас такая же: посмотришь на вас — и уже запачкался.

— Так сходи в крематорий, освежись. Тебе там самое место, раз подгорает.

— Да всё лучше, чем твою подкопчённую рожу видеть. Не надейся, Барятинская, магом ты не станешь, хоть с головой в землю уйди. У выродков же силёнок так, на пару пуков… О, или помочь? С радостью прикопаю.

— Ручки свои нежные побереги, а то маникюр испортишь.

— Ничего, вогулка, под мужем-то уже по-другому запоёшь… А отец тебе кого нужно подберёт, не сомневайся.

Я помрачнела. Изучив законы, я поняла, что перспективы у меня далеко не радужные. Хоть браки и