Криминалист 13 - Алим Онербекович Тыналин

— Ну надо же, — сказал он. — Здравствуй, Расти.

Я обернулся.

— Знаете его?

— Знаю ли я его. — Гарни сдвинул шляпу на затылок. — Расти Дин. Тридцать девять лет. Родился в Панаке, вырос в Калиенте. Я его в первый раз брал в пятьдесят девятом за пьяную драку у депо, а в шестьдесят четвертом он подломил магазин в Элай с обрезом и получил от восьми до двенадцати. Вышел позапрошлой осенью. С весны работал в компании на буровой, подсобным.

Дин лежал на брезенте и не смотрел на Гарни.

Я подошел и посветил на его ботинки.

Девятый размер, ровная резина, каблук стоптан с внешней стороны почти до основания.

Багажный отсек вскрывать не пришлось, левая дверь стояла открытой. За передними креслами, на брезенте, под двумя стянутыми грузовыми сетками, лежали шесть слитков, каждый в промасленной бумаге и в холщовом мешочке с завязкой.

Я взвесил один на руке, фунта три с половиной.

Рядом, вдоль борта, за спинкой, стояли три рулона кальки, перехваченные резинками.

Я снял их и разложил один на крыле при свете фар. Сейсмические разрезы, штамп «Невада Минералз», гриф «служебное», подпись геолога. Тэлбот У. Р.

Санитарная машина пришла в четверть четвертого. Дина погрузили и увезли в Калиенте под охраной Соузы.

Ашера посадили в машину Кимбалла, на заднее сиденье, рядом с Рэйберном.

К половине пятого восток стал серым. В этом сером свете полоса вдруг оказалась просто плоским куском глины между двух низких гряд, с накренившимся набок маленьким самолетом и разбитой фарой в пыли.

Гарни стоял рядом со мной и смотрел на юго-восток, на черную кромку западного гребня.

— Слушай, Митчелл, — сказал он. — Я вчера в это чуть сам не поверил. В час ночи, когда оно висело.

— Я ведь тоже видел, — заметил я.

Он повернулся ко мне.

— И как? Тоже чуть не поверил?

— Получилось красиво, — ответил я и пошел к машине.

Глава 9

Угроза утечки

В воскресенье я проспал до одиннадцати и позвонил в Вашингтон в начале первого.

Томпсона я застал дома. По воскресеньям он сидел на веранде с газетами и обычно не любил, когда его беспокоили, но на этот раз сразу снял трубку.

— Опять ты, Митчелл?

— Мы их взяли, сэр. Ночью на аэродроме, при погрузке похищенного сплава.

— Все на месте?

— Все шесть слитков, двадцать один фунт весом плюс три рулона сейсмических разрезов. Опись составили на месте, при свидетелях. Сейчас в сейфе конторы шерифа в Пайоче, вечером повезем в Лас-Вегас.

— Кто похититель?

— Лоуэлл Ашер, сорока восьми лет, доктор физики, главный инженер отдела радиолокационных систем в «Кэнфилд Инструментс». Подрядчик министерства обороны, имеет допуск формы «Q» с шестьдесят шестого. Он же с шестьдесят восьмого консультант «Невада Минералз» по геофизике, мог подписывать заявки на доступ к стволу, где стояло оборудование. Его помощник Расти Дин, имеет судимость за вооруженный грабеж, работал в компании подсобным на буровой.

— А как они создали эти «тарелки»?

— С помощью аргонового лазера, сэр, списанного с инвентаря подрядчика в октябре прошлого года. Дизель-генератор, судовой магнетрон от радиолокатора «Райтеон» шестьдесят первого года использовался как глушилка для раций, а еще вдобавок рупорный излучатель, дымовые шашки и осветительные ракеты. Двигатели глушили радиоуправляемыми размыкателями на трамблере, уставленными заранее. Никакого импульса и физики, сэр. Обычное реле за четыре доллара.

— А что там с погибшим геологом?

— Тэлбот не упал сам, они ему помогли, сэр. Он погиб за семнадцать минут до начала спектакля. Они сбросили его со скалы сэр. Обвинение в убийстве округ предъявит обоим.

Босс помолчал.

— Хорошо, — сказал Томпсон. — Теперь давай поговорим про газеты.

Я ждал этого с самого начала разговора.

— Слушаю, сэр.

— У меня тут перед носом лежит «Сан» за пятницу. Хочешь, прочитаю вслух?

— Не хочу, сэр.

— А я все равно прочитаю. Мы находимся перед явлением, у которого нет научного объяснения. — Он выдержал паузу. — Это сказал ты журналистам, на публику, под запись. Как официальный представитель Федерального бюро расследований.

— Да, сэр.

— Я просил тебя об одной вещи. Только об одной. Не произносить слово «неопознанный».

— Кажется я произнес его несколько раз, сэр.

— Три раза, если быть точным — заметил Томпсон. — Мне помогли сосчитать. Вечером мне звонил помощник директора, а утром мне звонил заместитель директора и спросил, не нужен ли моему отделу консультант по вопросам психического здоровья сотрудников.

Я молчал.

— И вот что интересно, — продолжал он. — Если бы ты проторчал в этой пустыне еще неделю и вернулся ни с чем, я бы писал объяснительную директору. А поскольку ты предотвратил похищение сплава, арестовал убийц и раскрыл дело с НЛО и убийством геолога, объяснительную мне писать не надо. Ты понимаешь разницу?

— Понимаю, сэр.

— Вот и хорошо. Победителей не судят, Митчелл. Победителей вызывают в понедельник и объясняют им, что в следующий раз так не надо. Считай, что я это уже сделал.

— Спасибо, сэр.

— Не за что. — В трубке зашуршала газета. — А теперь бросай все и лети в Филадельфию.

Я выпрямился на стуле.

— Что там?

— Дельгроссо звонил мне вчера в шесть вечера и еще раз сегодня в восемь утра. Он требует, чтобы ты вернулся. Не просит, а требует. Второй раз он разговаривал совсем немного, по телефону объяснять отказался. — Томпсон помолчал. — Мне это не нравится, Митчелл. Когда человек уровня Дельгроссо второй раз за сутки звонит в Вашингтон и не хочет говорить, что именно случилось, это чревато осложнениями.

— Что с ордером, сэр? Он говорил про это?

— Нет, но я знаю, что Векслер продлил его у судьи до двадцатого. Больше мне ничего не известно.

Я посмотрел на календарь на стене номера. До двенадцатого осталась неделя.

— Я вылетаю сегодня же.

— Тогда на кого оставишь дела по Неваде?

— На Кимбалла и на резидентуру Солт-Лейк-Сити. Отчет допишу в самолете, отправлю с почтой из Чикаго. Ашера заберет прокуратура Невады по своей линии, металл уйдет министерству обороны, я тут больше не нужен.

— Хорошо. — Он сделал паузу. — Митчелл.

— Да, сэр.

— В Филадельфии никаких интервью.

Из Лас-Вегаса я вылетел в семь двадцать вечера.

Рейс «Юнайтед» до Чикаго, «Боинг-727», длительностью три часа с четвертью. Внизу почти всю дорогу только темнота, разорванная редкими цепочками огней.

В О'Харе я переночевал в аэропортовой гостинице на четыре часа, дальше на восток до утра пока рейсов не было.

Первым утренним рейсом, в шесть сорок, я вылетел в Филадельфию.

Отчет по Неваде я дописывал на откидном столике над Индианой. Получилось девятнадцать страниц от руки, с