После развода. Курорт для бывшей герцогини - Диана Фурсова

Теперь в Равенне рассказывали о полном курорте.

По столице уже пошли слухи о звёздах над водой.

Второй источник, молчавший десятилетиями, проснулся.

И внезапно обнаружилась ошибка.

Эстелия откинулась на спинку кресла.

На столе лежали две книги.

В одной — расходы.

В другой — бронирования.

За окном слышались голоса гостей.

Кто-то смеялся во дворе.

На нижней террасе Бран объяснял новоприбывшим, откуда начинается старая горная дорога.

Дом жил.

Не полностью.

Не так, как прежде.

Но жил.

Кайден хотел его обратно.

Эстелия неожиданно ощутила не страх.

И даже не злость.

Сначала пришло почти оскорблённое удивление.

Неужели он действительно думал, что после всего произошедшего она прочитает это письмо, вспомнит старый городской дом на Белых Липах и согласится?

Потом взгляд остановился на фразе про горный проход.

Эстелия нахмурилась.

Кайден никогда не упоминал его.

Ни во время развода.

Ни за пятнадцать лет брака.

Его отец собирался продать «Семь облаков», но почему-то не продал.

Корона контролировала источники.

Старые архивные документы якобы содержали права, о которых даже Ласнер не знал в ночь подписания.

Слишком много неизвестного вокруг земли, которую семья Марвейров десятилетиями считала бесполезной.

Эстелия достала чистый лист.

Несколько секунд держала перо над бумагой.

Потом написала всего одну строку:

«Герцогу Кайдену Марвейру».

Остановилась.

Нет.

Отвечать сейчас было рано.

Сначала архив.

Потом Ласнер.

Потом документы.

Она отложила перо и ещё раз прочитала последний абзац письма.

«Наиболее разумным решением будет добровольное возвращение “Семи облаков”…»

Эстелия аккуратно сложила лист.

— Не отдам, Кайден, — произнесла она в пустом кабинете. — Ты больше за меня не решаешь.

За окном над террасой поднимался серебристый пар.

А рядом с ним, выше по склону, золотился второй источник, который не работал сорок два года.

«Семь облаков» больше не были бесполезной развалиной.

И Эстелия собиралась выяснить, почему её бывший муж понял это именно сейчас.

Глава 4. Бывший муж хочет всё обратно

Глава 4. Бывший муж хочет всё обратно

Кайден приехал на следующее утро, не дождавшись ответа.

Эстелия узнала его экипаж ещё до того, как кучер свернул с горной дороги во двор. Тёмно-синий корпус с серебряным гербом Марвейров невозможно было спутать с местными каретами, а четвёрка породистых вороных лошадей выглядела здесь почти вызывающе роскошно.

Она стояла у окна бывшей библиотеки, держа в руке список расходов на следующую неделю, и несколько секунд наблюдала, как экипаж медленно пробирается между гостевыми повозками.

Именно гостевые повозки, судя по всему, стали для Кайдена первым сюрпризом.

Его кучеру пришлось остановиться у въезда, потому что возле конюшни разгружали два экипажа вновь прибывших семей. Олдер махнул рукой, предлагая объехать через левую сторону двора, однако там стояла телега с древесиной. В итоге герцог Марвейр, привыкший подъезжать к собственному дому по свободной парадной дороге, несколько минут ждал среди обычных повозок, пока ему освобождали путь.

Эстелия не почувствовала удовлетворения.

Почти.

— Это он? — спросила Тесса, появившаяся за её спиной.

— Он. И, кажется, надолго.

— Быстро.

— Даже ответа не дождался.

Письмо лежало на краю стола. Эстелия не ответила на него ни одной строчкой.

Тесса подошла к окну.

— Вы его ждали?

— Сегодня — нет.

— А выглядите так, будто ждали.

— Я пятнадцать лет была его женой. Если Кайден решает, что разговор должен состояться, расстояние редко его останавливает.

— Может, сказать, что вас нет?

Эстелия посмотрела на неё.

— И где же я буду прятаться? Это теперь мой дом.

Тесса задумалась.

— Ладно. Пусть сам ищет, как к вам подойти.

Карета остановилась у восточной галереи.

Кайден вышел первым.

За ним появился господин Ласнер.

Вот это уже было интересно.

Семейный поверенный Марвейров держал под мышкой кожаную папку, выглядевшую значительно толще той, которую принёс на ужин в день развода.

Эстелия положила список расходов на стол.

— Попроси Нейру предупредить Марту, что у нас два неожиданных гостя.

— Приборы на них ставить?

— Посмотрим, задержатся ли до обеда.

— Могу попросить Марту не стараться. Особенно если они за домом приехали.

— Марта всё равно невкусно не сумеет. Не оскорбляй её.

— Да, на это надежды мало.

Тесса направилась к двери, но Эстелия остановила её.

— И ещё. Ничего не менять.

— Что именно? Я собиралась только…

— Никаких лучших чашек, отдельного стола или особой комнаты. Если Кайден хочет увидеть «Семь облаков», пусть увидит их такими, какие они есть.

Тесса медленно улыбнулась.

— Вот это мне нравится.

— Вот и займись гостями. Я справлюсь.

Эстелия вышла в галерею.

Кайден уже стоял у стойки размещения.

Перед ним находилась молодая пара из Варрена, приехавшая утром. Девушка записывала имя в книгу, пока её муж расспрашивал Нейру, действительно ли ночные звёзды появляются каждый вечер.

Кайден смотрел на них.

Потом на заполненные страницы книги.

Потом на людей, проходивших через галерею.

Он ещё ничего не сказал, но Эстелия слишком хорошо знала его лицо.

В письме он, возможно, уже слышал слухи.

Но не верил им до конца.

Теперь поверил.

— Доброе утро, Кайден.

Он повернулся.

На мгновение они снова оказались супругами, встречающимися после долгой разлуки. Настолько привычным было выражение его лица и настолько знакомым — лёгкое движение головы перед приветствием.

Потом Эстелия увидела господина Ласнера за его плечом.

Прошлое вернулось на своё место.

— Эстелия.

Кайден осмотрел её.

Она выбрала утром простое тёмно-серое платье, которое не жалко было испачкать о старые стены и пыльные книги. Волосы собрала без украшений. На пальцах не было ни одного кольца, кроме тонкого старого перстня матери.

Вероятно, он ожидал увидеть её иначе.

Вероятно, ещё более вероятно — ожидал увидеть хуже.

— Ты не ответила на письмо, — сказал он.

— Оно пришло вчера.

— Хоть пару слов можно было передать. Я ждал.

— А я собиралась сначала разобраться в том, что ты написал.

Ласнер кашлянул.

Кайден посмотрел вокруг.

— Нам нужно поговорить.

Эстелия указала на дверь библиотеки.

— Пройдём в библиотеку.

— Наедине.

— Ты привёз поверенного. Значит, говорить будем о документах.

— Он понадобится позже.

— Пусть сразу послушает. Повторять дважды мне некогда.

Кайден нахмурился.

— Эстелия.

Она слишком хорошо знала эту интонацию.

Раньше после неё обычно следовало: «не сейчас», «не при людях», «мы обсудим это дома».

Теперь они уже были дома.

Только дом принадлежал не Кайдену.

— Проходи, — сказала она.

В библиотеке было теплее, чем в