После развода. Курорт для бывшей герцогини - Диана Фурсова

class="p1">— Я предупреждал, что местные могут не захотеть ехать.

— Нет. Вы предупреждали, что я не готова.

— Вы и не были готовы.

— Вчера об этом думать было поздно. Пришлось справляться.

Он посмотрел на неё.

— Судя по количеству людей во дворе, не самая плохая.

Рейнар представил спутников.

Мужчина оказался специалистом по старым горным сооружениям, которого звали Терен Ладис. Две женщины работали в окружной службе проверки дорог и общественных помещений.

Эстелия напряглась.

— Я думала, комиссия приедет позже.

— Это не комиссия. Я попросил проверить несколько вещей заранее, чтобы у вас было время исправить их до официального осмотра.

Она посмотрела на него внимательнее.

— Вы сами решили их привезти?

— Лучше узнать сейчас. В день комиссии я уже не смогу дать вам времени на ремонт.

— Вы мне всё-таки помогаете.

— Я хочу, чтобы недостатки устранили до осмотра.

— Пусть так. Спорить с вами сегодня не буду.

Терен улыбнулся.

Рейнар посмотрел на него.

Улыбка исчезла.

— Сначала комнаты, — сказал ревизор.

Проверка заняла почти два часа.

Одна из женщин обнаружила плохо закреплённую ступень возле девятой комнаты.

Вторая потребовала добавить ещё два фонаря на повороте лестницы.

Терен проверил печи, окна и часть перекрытий.

Хуже всего оказалось с одной комнатой над кухней.

— Закрыть, — сказал он.

Эстелия стиснула зубы.

— Что пропустили на осмотре?

— Балка под восточной стеной треснула.

— Мастер Хорвен её осматривал.

— Он смотрел снаружи. Оттуда не видно.

— Можно укрепить?

— Да, балку можно укрепить.

— На сколько дней потеряем комнату?

— Два дня.

— Хорошо. Беритесь.

— Госпожа Ровенар, руками чинить будет не я.

— Да, простите. Объясните Хорвену, пожалуйста, что нужно сделать.

Терен усмехнулся.

— Теперь понятно, почему Кальдэн вернулся отсюда прошлый раз с таким лицом.

Рейнар, стоявший у окна, повернулся.

— С каким?

— Будто уже спорил весь день, а ему ещё предстояло.

— Продолжайте осмотр, Ладис.

Эстелия запомнила.

Позже спросит.

Наверное.

Если захочет.

К источникам они спустились последними.

Рейнар увидел верёвку у второго бассейна ещё с верхней террасы.

Остановился.

— Что это?

— То, что вы просили не открывать.

— Я вижу.

Он пошёл быстрее.

Эстелия последовала.

Когда золотой пар показался между деревьями, Рейнар остановился второй раз.

Теперь уже без вопроса.

Терен Ладис выругался вполголоса.

— Когда? — спросил Рейнар.

— В ночь перед открытием.

Он повернулся к ней.

— Вы что-то делали?

— Я обнаружила воду вечером. Ничего перед этим не трогали.

— Никто не чистил канал?

— Нет, мы занимались нижней дорожкой.

— Не разбирал камень?

— И камень не разбирали.

— Не пытался пустить воду?

— Нет. Вы предупредили, я запомнила.

— Я не хотел, чтобы вы восприняли это как…

— Как приказ? А как ещё я должна была его понять?

— Я беспокоился о том, что может случиться.

— Я тоже. Поэтому и не полезла туда.

Терен уже подошёл к ограждению.

— Близко не ходить, — сказал Рейнар.

— Вижу верёвку. Отсюда посмотрю.

— Ладис, я знаю ваше «посмотрю».

— И всё-таки я ещё жив. Иногда любопытство удаётся придержать.

Эстелия наблюдала за ними.

У Рейнара и Терена явно была давняя привычка спорить.

Это делало ревизора чуть менее похожим на государственный документ в человеческом облике.

Он присел возле края дорожки.

— Уровень воды?

Бран ответил:

— С утра поднялся ещё на два пальца.

— Температуру проверяли?

— Рукой, только с края.

— Камень?

— Цел. Никто не разбирал.

Рейнар поднялся.

— Хорошо, что не полезли.

Эстелия скрестила руки.

— Можно уже выдохнуть? Я, кажется, сегодня всё сделала правильно.

— Сегодня — пока да.

— Почему источник открылся?

— Причину пока не назову.

— Даже предположения?

Он посмотрел на воду.

— Предположить кое-что можно.

— Расскажите. Я приму за предположение.

Рейнар некоторое время молчал.

— Старые записи утверждают, что источники иногда меняли силу, когда менялась работа самого комплекса.

Эстелия нахмурилась.

— Что именно менялось? Число гостей, состояние здания?

— Вот этого из записи не понять.

— Но там же должно быть…

— Не всё сохранилось, госпожа Ровенар. Я не скрываю от вас ответ, его у меня нет.

— Где они?

— В окружном архиве.

— Почему вы мне раньше не сказали?

— Потому что до вчерашнего дня у вас был один источник и я не видел причины обсуждать легенды вместо требований безопасности.

— А теперь эти легенды пригодятся?

Он посмотрел на золотой пар.

— Теперь стоит перечитать их внимательнее.

Эстелия вспомнила слова Брана о семи облаках.

— Вы верите, что это связано с открытием?

— Я вижу, что он заработал после начала ремонта. Десятилетиями не работал. Связь может быть, но доказывать её ещё рано.

— Совпадение тоже существует.

— Именно поэтому я не спешу с выводами.

— А мне придётся жить рядом с ним, пока вы не торопитесь.

Рейнар повернулся к ней.

— Вы хотите, чтобы я придумал красивое объяснение?

— Я хочу понять, чего ждать завтра.

— Знаю. Но красивой догадкой я вам не помогу.

Вечером, подумала Эстелия, он был невыносим.

Днём тоже.

— Есть ещё кое-что, — сказала она.

— Ещё один источник?

— Первый источник изменился.

Рейнар сразу стал серьёзнее.

— Как?

— Ночью над водой появились светящиеся точки. Похожие на звёзды.

— Сколько?

— Много. Сотни, наверное, я не считала.

— Когда?

— После наступления темноты.

— Как долго?

— Несколько часов точно. Мы долго стояли у воды.

— Вы касались их?

— Не стала. И остальным не разрешила.

— Гости послушались?

— Да, никто не трогал.

Он посмотрел на неё так, будто ожидал другого ответа.

Эстелия заметила.

— Почему вы так посмотрели?

— Обдумываю, что делать дальше.

— И что надумали?

Он узнал собственные слова и чуть прищурился.

— Нужно приехать вечером, когда они появятся.

— Можно никуда и не ехать.

— Да. Лучше я останусь до темноты.

Она почему-то ощутила, как внимание слишком быстро переключилось с источника на самого Рейнара.

— У нас нет свободных комнат.

— Мне пока нужна только возможность посмотреть.

— Где будете спать?

— До Равенны доеду.

— Тогда звёзды можете не увидеть. Дорога ночью хуже.

— Тогда придётся задержаться. Увижу звёзды — поеду.

— Сами мне про ночную дорогу говорили.

— Говорил. Постараюсь быть осторожнее.

Эстелия почти улыбнулась.